Вселенная шай-ти
Шрифт:
– … Зверинец закрыт, звери-у отправлены в различные зоопарки, Кор-ар банкро-о-ут и персона нон-грата, а ты свободна, как ветер, - улыбаясь в усы и дергая правым ухом, заявил Граф.
– Скажешь тоже! Свободна!
– обняв колени, заспорила Соня.
– Мне кажется, что я просто сменила одну тюрьму на другую, Граф.
– Разве ты заперта-у здесь круглые сутки-мряу? Разве тебе-у не предоставиляу доступ во все помещения вплоть до командного пульта-у управления?
– Н-нет, но….
Соня задумалась: действительно, в этот раз ее не запирали, в капсулу не укладывали и вообще никак не ограничивали. Захочешь - в каюте сиди круглыми сутками, занимайся, чем душе угодно, захочешь - по кораблю
Корабль Соне удивительным образом понравился: вытянутый, похожий на приплюснутый овал, но только с ‘крыльями’ - огромными полупрозрачными парусами по бокам. Как они работали, Соня даже предположить не пыталась, но красота была неописуемая: сияющая в темноте полупрозрачная ткань…
А вот каюта показалась неуютной и пустой, сотня метров одиночества, среди которых почти невозможно найти себе места, приткнуться в какой-нибудь угол за их полным и абсолютным отсутствием. Зато кровать, усыпанная десятками покрывал разной степени плотности и теплоты, занимала чуть ли не треть всего свободного пространства. Подушек же было всего несколько: на одной из них как раз и устроились сейчас Соня с Графом.
– Но тебе хочетсяу домой, - понимающе заметил кот.
– Толькоу никто не знает здесь дорогияу до Земли.
– Но Крыс знал!
– Крыс пролетал мимоу. Случайность. Рок. Судьба-у. Называй как хочешь, суть от этого не изменится, мрыу.
– То есть мне теперь всю жизнь жить с этими… шай-ти?
Эти новые инопланетяне вызывали у Сони очень противоречивые чувства. С одной стороны, вроде как помогли, доказали, что она разумное существо, из Зверинца вызволили, а с другой - мало ли чем они руководствовались в своих действиях, все-таки чужой мир, чужая логика, может, на опыты забрали?!
Единственный, из-за кого Соня и не сбежала еще с этого корабля сломя голову в бескрайний космос - кто бы ей дал!
– был тот, который на руках вынес ее из клетки.
– А разве это так уж и плохоу?
– потягиваясь, хитро посмотрел на Соню Граф.
– Отдельное жилье, кормят-поят, одевают, работать не нужно…
– Плохо!
– отрезала Соня. Вышло резче, чем хотелось.
– Я не боюсь работать. Да хоть заборы красить или полы мыть - какая разница?! И уж иж-ди-вен-кой, - по слогам выговорила она несколько раз услышанное дома слово, - точно быть не собираюсь!
– Тогда зачем ты пошлау с ними-мр?
Соне вспомнились высоченные, почти черные на фоне обесточенного города, фигуры. Открыто смотревшие на нее с больной жалостью: как будто и рады они были бы потеряться по дороге, избежать этой встречи, но время назад уже не отмотаешь.
А тот тогда глядел на нее, словно всю жизнь до этого бродил во тьме, а теперь увидел солнце. И руки у него дрожали.
– Я… не с ними пошла, - с собой надо быть честной, считала Соня.
– Я с ним…
– Тогдау и нечего обсуждать здесь, не так ли?
– удовлетворенно заключил кот.
– Тем более, что шай-ти, мяу, не такие плохие, как ты думаешь… Не идеал, конечно, очень уж на вас, людей похожи, но это ведь не плохо?
Соня пожала плечами, а потом все-таки ответила:
– Не знаю, если честно. И похожести в упор не вижу.
– Это просто ты не туда смотришь…
Тебя, по внешности, можно сравнить с шей-ти, их женщинами.– Шай-ти, - незаметно для себя поправила Графа Соня.
– Ничего я не перепутал, вот еще! Шай-ти - мужчины, шей-ти - женщины, и последних нет ни одном на корабле, - объяснил рыжий гость.
– Почему?
– Потому, что слабая половина этого народа, если использовать земные выражения, почти никогда не покидает свои планеты. Их у шай-ти три, между прочим. Но это я имею в виду входящие в состав их родной солнечной системы, а есть еще открытые или завоеванные, - начал рассказывать Граф лекторским тоном - смешно!
– Так вот, шей-ти не выше тебя, но плотнее, никаких четырех рук нет и в помине, всего две, а черты лица у них крупнее и мягче, чем у их вторых половин. Считается, что шей-ти слабее шай-ти, но это только считается, просто сила и сфера ее приложения у них разные.
– Это как?
– не поняла Соня.
– Сама потом узнаешь. Ты только запомни самое главное-у: жить они способны только в парах.
– Любишь ты говорить загадками…
Лицо у Сони стало серьезное, но глаза потеплели. Она, как и Граф, всегда считала, что любой опыт необходимо приобретать на собственной шкуре: говорить могут всякое, советовать тоже, но пока внутри себя, сам не дозреешь до чего-то, все бессмысленно.
– А то! Я же-у кот!
– гордо-гордо распушился Граф.
– А котаум положеноу говорить загадками.
– Но хоть на один вопрос ответить-то можешь?
– Смотряу какой.
– Как хоть зовут его, того, который мой?
– несчастно-отчаянно задала терзающий ее вопрос Соня.
По каюте волной разнеслась тонкая трель, словно струну у гитары тронули: кто-то стоял по ту сторону двери. Просто так никто в это помещение войти не смел, только с разрешения Сони. Корабль - не ее, но она гость, и границы ее территории священны.
– Вот и спросиушь сейчас, - рассмеялся Граф, качая хвостом.
– А я - пошел!
Ловкий прыжок, двойное сальто, и рыжий бродяга исчез в сияющих разноцветных искрах: по снам бродить ушел, а может, и в другие миры. Соня понадеялась, что Граф расскажет ей о них. Или покажет - он умеет, этот самый замечательный кот в мире!
Соня покачала головой, поднялась с такой уютной кроватоподушки и, выдохнув, поспешила к двери: невежливо заставлять гостей ждать! А отголоски разговора осели в голове снежными хлопьями и новогодними шарами. Почему так, девочка не смогла объяснить, но собственный разум порой напоминал ей чердак, где хранилось много разного и на первый взгляд бесполезного. Даже для самой Сони.
– Да-да, входите!
– сказала Соня, одновременно со словами нажав на сенсорную панель раскрытой ладонью, чтобы открыть дверь. И только потом, увидев удивление на лице пришедшего шай-ти, осознала: снова по-русски заговорила, забыла про мало-мальски знакомый межгалактический.
– Шххе?
Соня каким-то седьмым чувством поняла: тут не столько удивление, сколько интерес. И не к самим словам - к ней, Соне. Этот странный шай-ти считал важной каждую мелочь, которую она была готова с ним разделить. Но откуда пришло это знание, Соня сказать не могла.
– Вы… что-то хотели?
Шай-ти кивнул, согласившись и протянув вперед раскрытые ладони, на которых матово блестела небольшая сережка-клипса.
– Это для вас, - объяснил он, смотря на Соню почти не моргая и не двигаясь, ожидая ее выбора: возьмет или нет?
И Соня взяла, отгоняя сомнения и поднимающуюся изнутри панику: почему-то именно сейчас ей вспомнился ошейник и браслеты с их электрическими разрядами за неповиновение.
Сережка была круглая, теплая и похожая на гладкий морской камешек. Соня повертела ее так и эдак, не понимая, что ей делать с этим… подарком?