Чтение онлайн

Дождавшись, когда нежелательный гость выйдет, фонарщик спросил:

– Какой совет?

Марк вместо ответа дернул бровями и посмотрел вверх.

– Верховный совет!- Воскликнул Нэльс.

Книгочей кивнул.

– А кто созвал? Старейшина Горвин?

Марк снова кивнул.

Фонарщика эта новость и порадовала, и разочаровала одновременно. То, что до решения, вынесенного на совете, первый хранитель будет жива, это хорошо. Но плохо то, что Нэльс отчетливо осознавал, что на совете не соберется нужное количество, поддерживающее старейшину. Большая часть тех,

кто хоть как-то был связан с магией, давно люто ненавидит магистериум, но и так же сильно боится его.

Нэльс в очередной раз попытался встать, Марк помог ему подняться.

– Скорее всего, мы проиграем,- произнес фонарщик. Ему самому стало дурно от этих слов.- Чтобы перевес голосов был возможным, на совете должно присутствовать минимум четыре старейшины. У нас один. Хотя есть надежда, что узнав о возвращении хранителей, они сами вернуться. Но вероятность того, что кто-то из них до сих пор жив, ничтожно мала.

Книгочей возмущенно шлепнул друга по плечу.

– Эй! И это ты призывал нас, поверить в сказку?

– Тш-ш,- прошипела блондинка.

Марк не унимался.- Видимо ты действительно себя плохо чувствуешь, коль так настроен. Очнись Нэльс, они же волшебники! Маша открыла дверь для магии. Все теперь будет по-другому!

Фонарщик виновато опустил глаза.

– Если вердикт не вынесут в нашу пользу, возможны два варианта.... Совет примет решение отдать хранителя Серой Баронессе, или же, чтобы реликвия не досталась никому... убить Марииль.

– Убить? За что?- вскрикнула Ольга.

– Тихо,- теперь успокаивал книгочей.

– За те возможности, за ту магическую силу, которой она обладает.

Блондинка махнула рукой.- Да ничем, Машка, не обладает! Ерунда. Подумаешь кольцо, да пусть она его отдаст, от греха подальше.

– Ни в коем случае!- Возразил фонарщик и болью в груди ответили его чувства. Он заговорил в пол силы:

– Любая из реликвий может быть без потерь утеряна. Но только не та, что хранит Марииль.

– Лучше ей умереть, по-твоему?

Нэльс удивленно посмотрел на Олю.
– Тогда реликвия никому не достанется. Ребята, друзья мои, вы видимо не поняли. Любая из сторон может воспользоваться этим.

Книгочей поперхнулся.
– Хочешь сказать, что если решение совета будет не в Машину пользу, то ее смерти захотят и те, кто сейчас ее защищает? Ты думаешь ее собственный дедушка?

– Да нет же, я говорю о советнике Карле. Чтобы сохранить даже этот худой мир, он пойдет на это. Я много лет знаю его. А этот наместник, нам о нем вообще ничего не известно. Он спокойно может оказаться шпионом магистериума.

Марк озадаченно развел руками.- Так что же нам теперь делать?

– Мы ничего не сможем предпринять, до начала совета, Марииль очень хорошо охраняют. Единственный шанс ее выкрасть, это, пожалуй, в момент, самого обсуждения. Инквизиторы будут больше озабоченны порядком в зале.

– Погоди, погоди,- удивилась блондинка.- Ты хочешь ее выкрасть? Я не ослышалась?

– Мне тоже показалось, что он это произнес,- согласился книгочей.

На лице Нэльса не дрогнуло ни одного мускула. Он был серьезно

настроен.

– А, как иначе мы сможем помочь первому хранителю? Если совет вынесет решение не в нашу пользу...

– Тогда быть может дождаться совета?- Перебила фонарщика Ольга.- Вдруг повезет.

Нэльс глубоко вздохнул.

– А если нет. Нужны обходные пути.

Книгочей засмеялся.
– Нет, Нэльс. Как мы, блондинка, книгочей и фонарщик, сможем выкрасть, охраняемого Святой Инквизицией, Первого Хранителя, да ещё прямиком с Великого Совета? Это не просто безумство. Это абсурд! Ты головой не ударялся?

– Сколько у нас дней до совета?- Вместо того чтобы ответить, спросил фонарщик.

– Кажется один,- вспомнил Марк.

– Приходите завтра, я постараюсь все обдумать.

– Ну, надо хотя бы кого поопытней привлечь,- предложила Ольга.- Машиного деда и тех двоих. Они явно больше нас смогут.

Нэльс преисполненный благодарностью посмотрел на парочку растерянных друзей.
– Лично я, никому кроме вас не доверяю.

– И зря,- отозвался вошедший в палату Улимор Харвенкус.
– Доверяй, но проверяй.

Длинноносый плут улыбнулся и помаячил перед фонарщиком, баночкой с подозрительным содержимым.

– Это что?

– Это стальные осьминоги.

– Для чего?

Улимор присел рядом с фонарщиком.

– Это для твоих сломанных ребер. С помощью этих осьминогов, во время войны Кроноса со своими родственниками, здесь восстанавливали воинов. Пару дней и все переломанные кости срастались. Позволишь?

Нэльс переглянулся с книгочеем. Тот лишь пожал плечами.

– Пару дней говорите?- переспросил фонарщик.

– Всего пару,- подтвердил длинноносый лекарь.

– Пожалуй, и это слишком долго. Но... Мне что нужно их съесть?

Господин Харвенкус осторожно повернул крышку склизкой баночки и предупредил.- Да. Правда будет немного больно, живой организм все-таки проглотишь.

Нэльс кивнул.

Улимор открыл баночку и достал липкого серенького маленького осьминога.

– Только не жуй.

Фонарщик смело проглотил предложенное ему существо и в ожидании результата огляделся по сторонам.

– Проглотил?- С хитрой улыбкой поинтересовался Харвенкус. Как только длинноносый лекарь получил положительный ответ в виде уверенного кивка головой, то в буквальном смысле сразу набросился на Нэльса. Схватив бедолагу за запястья, Улимор с силой прижал фонарщика к кровати.

– Что все это значит?- Удивился Нэльс.

– Потерпи,- предупредил Улимор Харвенкус.- Сейчас будет очень больно.

Фонарщик и книгочей переглянулись.

Через несколько секунд, острая боль сковала грудь Нэльса. Настолько сильная, что юноше показалось, будто его ребра выламывают изнутри. На самом же деле, сантиметр за сантиметром в его кости проникали холодные щупальца осьминога. Остывая, они превращались в метал, раздирая грудь Нэльса на мелкие кусочки. Фонарщик изогнулся и терпел инородное напряжение столько, сколько выдерживала его воля. Но уже через несколько секунд, палату озарил душераздирающий крик.