Всегда есть подвох!
Шрифт:
Фонарщик учтиво поклонился.
– Спасибо вам. Если будет что-то, что бы я смогла для вас сделать, то... легко.
– Девушка убрала с лица красную прядь и посмотрела на фонарщика.- Не люблю быть кому-то должна.
Марк улыбнулся и почесал подбородок.
– Говоришь так, будто прощаешься. Но не уверен, что мы четверо скоро расстанемся. Давай мы с тобой пойдем.
Девушка посмотрела на книгочея.- Куда?
– Это ничего, что ты опоздала на похороны своего деда. Такие уж были обстоятельства. А мы прямо сейчас, пойдем на его могилу. Главное ведь то,
– Я тоже его помню,- вдруг произнесла блондинка.- Твой дед был хорошим человеком, хоть и сумасшедшим немного. Правда я маленькой была, когда его последний раз видела.
Маша усмехнулась.
– Да я и сама была маленькой.
– Есть вещи, которые нельзя изменить,- повторил Улимор.
– Если решили идти, скажите куда, а я открою вам дверью.
Маша кивнула.- Хорошо, я буду рада, если вы все со мной пойдете. Так веселее будет. На кладбище все-таки идем,- отшутилась она.
– Договорились,- согласился Нэльс. Хотя его совсем не устраивала перспектива разгуливания по городу, зная, что за ними будит охотиться безжалостный монстр. Но он был солидарен с чувствами первого хранителя и уважал ее права.
– Идемте собирать вещи.
Марк и Ольга вылетели из комнаты, громко хлопнув дверью.
– Маш, останься здесь. Я принесу твой рюкзак,- произнес Нэльс и вышел за остальными.
– У тебя хорошие друзья, - заметил лекарь.
– Похоже, что так, - согласилась девушка.
Они оба замолчали.
– Я.., - вдруг робко произнес длинноносый смотритель гостиницы, но не договорив смолк.
– Что?- удивилась Маша.- Вы что-то хотели сказать?
Господин Харвенкус оглядел милую ему девушку. Он хотел кое-что предложить ей, но, ни как не решался на это.
Маша подняла брови и широко улыбнулась.
– Ладно вам, если хотите что-то спросить, спрашиваете.
– Нет ни в этом дело.
– А что тогда?
– Я, пожалуй, кое, что тебе должен...
– Улимор запустил руку в карман пиджака и вытащил оттуда баночку сушеной приправы.
– Укроп?- Удивилась Маша.
– Опаньки, прости не то. Все забываю его выложить, - банка с зеленью отправилась обратно, а смотритель взволнованно похлопал по всем карманам.
– А вот он, - найдя нужное обрадовался он.
В руках господина Харвенкуса засверкал золотой медальон. Тот самый, что излечил девушку.
– Это ценная вещь. Ни золотом исчисляемая, а спасенной жизнью. Носи его всегда, - произнес он и протянул волшебный кулон Маше.
– В смысле всегда?- в очередной раз удивилась девушка.- Вы что, мне его дарите?
– Совершенно верно.
– Спасибо конечно, но...
– Лучше на твоем месте, согласиться и взять его. Вещь не спорю, мне очень дорогая, но я хоть как-то должен искупить то, что натворил.
Маша взяла медальон.- А что вы натворили?
– Скажем так, поставил не точный диагноз.
– Надеюсь не мне?
– Нет, нет. Ни в этот раз.- Улимор Харвенкус не хотел об этом говорить, поэтому быстро сменил тему.- Тот, кто напал на тебя, может сделать это вновь. Но если ты будишь носить этот амулет. В лучшем
случае, он тебя не заметит, ну а в худшем, не сможет тебя снова отравить. Вещь сильная, надень и не снимай.– Спасибо,- это единственно, что могла сказать Маша. Она приняла подарок, быстренько надела его на шею, и скрыла под майкой.
– Не благодари,- облегченно вздохнув, произнес длинноносый смотритель гостиницы.- Рад помочь.
Через несколько минут в комнату вошли Нэльс, Марк и Ольга.
– Ну, все мы готовы,- радостно произнес книгочей.- Можем идти.
– Твоя сумка,- фонарщик протянул Марии рюкзак, и она тут же накинула его на плечи.
– Только знаете что,- остановила Маша.
– Давайте кое-куда в начале сходим. Точнее к кое-кому.
– Это к кому ещё?- подозрительно переспросил Нэльс.
– К Ивану Ивановичу.
– К кому?
– Иван Иванович, почтальон, он мне письма от деда передавал. Тетка Лиза запрещала же нам общаться. Его наверняка не было на похоронах. Там быть может вообще никого не было...
Марк и Нэльс переглянулись.
– Ну, если ты хочешь и считаешь нужным,- пробубнил книгочей.
– Считаю,- твердо заявила Маша и обратилась к смотрителю гостиницы.- Если я скажу адрес, покажите дверь.
– Конечно, - согласился Улимор и протянул девушке листок бумаги и карандаш.- Пиши адрес.
Маша быстро вывела на бумаге местонахождение почтового отделения номер тринадцать.
Смотритель достал из дубового стола толстенную книгу, пролистнув несколько страниц и что-то подсчитав, он указал на дверь, находящуюся наверху.
– Вот та, ваша.
– Ничего себе!- воскликнула Ольга.
– А как туда залезть?
Господин Харвенкус улыбнулся и вытащил из-за тяжелой портьеры стремянку.- У меня вот что есть, на такие случаи.
Марк почему-то радостно захлопал в ладоши. Веселье исчезло, как только книгочей поймал на себе суровый взгляд фонарщика.
– Ну а что?- удивился Марк.- Я и не знал, что мир настолько интересен. Меня это просто забавляет.
– А тебя не забавляет, что он к тому же и опасен?
– Это ни делает его менее интересным,- проворчал тот и первым полез на стремянку.
За ним последовали и Маша и Оля.
Фонарщик медлил. На протяжении последней недели сомнения освещали его дорогу, поэтому юноши приходилось продвигаться на ощупь.
– Почему вы нам помогаете?- подозрительно покосившись на длинноносого лекаря, спросил Нэльс.- Почему допустили нас до этой комнаты? Не каждый, кто снимает у вас номер, появляется здесь, верно?
Лукаво сверкнули голубые глаза Улимора Харвенкуса.
– Не каждый,- прошептал он.- Но вы особенные.
– Что вы задумали?
– Ах, юноша, вы слишком подозрительны. Хотя в вашем положении это и правильно.
– В каком нашем положении?
Господин Харвенкус подошел к фонарщику ближе.
– Тот, кто отравил вашу подругу, не упырь вовсе. Он приходит через двери, а в этой комнате их сотня. Шанс, что Он не найдет нужную увеличивается. Я не мог допустить этого монстра сюда.