Чтение онлайн

— В смысле?

— Сонь, — обратилась она к невесте.

— Да?

— У тебя есть валерьянка?

— А что, кому- то плохо? — озадачено уставилась на подругу.

— Ага. Вон этому зализанному дай, а то по пустякам загоняется. Возраст, наверное, — несколько раз многозначительно поиграла бровями.

Соня и Алекс засмеялись.

— Что? Какой возраст? Ну ты, твою ж… У меня слов нет!

И вот так всегда: ты слово — она сто в ответ. Бесит, как же она меня бесит!

Итак, отец последний год во главе холдинга. Через год я встану у руля. Ответственность большая, но надо сказать, и сейчас большинство задач по управлению лежит на мне. Должен ли я был приехать в это подразделение,

чтобы сам лично разобраться с тем, что тут происходит и почему показатели стремительно падают? Нет, не должен. На это есть специально обученные люди, которые за это получают деньги. Но как говорит мой папа, мозг имеет тенденцию ржаветь, если его не прокачивать. А потому, помимо того, что безвылазно сижу в кресле вице-президента, я занимаюсь разными сферами деятельности нашей компании, что помогает быть в тонусе и держать руку на пульсе.

Я планировал в этом филиале пробыть не больше недели, а потом передать все новому директору на проверку и урегулирование деталей. Но, думаю, задержусь. «Вечер перестает быть томным», — усмехнулся я про себя. Нервы потрепать Рыжей — святое дело.

Вечером все сотрудники как белые люди шумели, суетились, собираясь домой. Все, но не я. И за это «спасибо» надо сказать клопу. Злости моей не было предела. Через час после миллиарда ошибок в тексте, после тонны проклятий в адрес упыря и одного сломанного карандаша пополам я сдалась, перестала насиловать комп и просто вырубила его. Завтра на свежую голову сделаю. Придется, правда, приехать пораньше. Вышла уже на пустую парковку и обалдела. Мою избитую «малышку» подпёр черный Ренджровер Борисова. Да так искусно, что выехать я ну никак не могла, при всем моем желании. А мне через полтора часа надо в гаи нарисоваться, что-то подписать, что-то забрать для страховой компании. Я от души пнула по колесам. И ничего. Пыталась чуть качнуть машину, но мне это не по силам. Ну, пипец! Борисов, тебе конец!

Я сидел на первом этаже в кофейне, отпивал мелкими глотками горячий напиток и с удовольствием наблюдал за тем, как мелкая скачет вокруг моей машины, это было до одурения забавно! Я даже засмеялся в голос, чем привлек к себе внимание рядом сидящих посетителей. Думаю, Вы поняли, что сделал это я специально, и уже как целый час сидел в своей засаде, ожидая прихода Рыжей. Но, клянусь, это стоило того! Получив порцию бодрости от кофе и моральное удовлетворение от немого кино, я кинул купюру на стол и вышел из кофейни. Медленно, стараясь не шуметь, подошел к ней сзади и расслышал такое количество проклятий в свой адрес, что появилось искреннее желание ринуться к бабке-шептунье за обрядом. А уж сколько ласковых имен мне присвоил ее изощренный ум! Самое безобидное: клоп уродливый. Вот тут я не соглашусь: почему клоп? Почему? Где у этой женщины логика? Клоп — это маленькое что-то, во мне же было сто девяносто сантиметров роста и спортивная фигура. Спорт я уважал: большой теннис, плавание, ну и собственно саму тренажерку. Уродливый? А это-то почему? Девушки все как на подбор пели дифирамбы моей внешности. Да и я не слепой, в зеркало смотрюсь иногда. Это не значит, что я нарцисс, нет. Но обычными доступными вещами для поддержания мужского лоска пользуюсь.

— У тебя зарядка вечерняя или просто танцуешь какой-то священный танец вокруг моей машины?

Она медленно повернулась на звук моего голоса. Я посмотрел в ее глаза — они сверкали от гнева. Она была на взводе. А я, прям, питался этими эмоциями. Это круто!

— Танец, танец. Вот думаю, может, исчезнет эта гробина отсюда?

— Конечно, исчезнет, когда водитель того захочет. А он не захочет, так как у него сегодня планы на вечер, которые предполагают алкоголь, а потому, здесь вынужден тачку бросить.

Повернулся, чтобы уйти, еле сдерживая смех. Видела бы она свое лицо. Это тебе щелчок по носу за утро.

— Борисов, как

же ты меня бесишь!

Я повернулся, не сдерживая улыбки, произнес:

— Аналогично, Филиппова.

И продолжил идти, ожидая, как она будет останавливать, молить, но за спиной тишина. Повернулся. Она по-прежнему стояла около своей машины, достала телефон и что-то просматривала в нем. Вздохнул и подошел обратно к Ренджроверу, молча завел мотор и запарковался слева от ее помятого недоразумения.

Она следила за моими действиями.

— Не надо благодарности, — произнес, выйдя из машины.

— Совесть замучила? — хмыкнула она, открывая дверь своего ниссана.

Охренеть! И вот как ее переспорить? Никак.

В очередной раз, вздернув свой чуть курносый нос и, оставив последнее слово за собой, она села в машину. Но при попытке завести это чудо автопрома, оно издало невнятное трещание и затихло. Не баба, а ходячая беда. Вышел из тачки, подошел к ее и постучал. Она приоткрыла окошко.

— Борисов, чего тебе еще надо?

— Хм, мне кажется, это тебе надо. Не заводится?

Она кинула на меня раздраженный взгляд, будто я виноват в состоянии ее автомобиля.

— Заводится. Просто, у нее настроения сейчас нет.

— Что? — непонимающе уставился.

— Борисов, ну не тупи. Сам же все видишь. Что за тяга задавать глупые вопросы, заранее зная на них ответ? А?

Я почувствовал, как привычное в ее обществе раздражение замаячило на горизонте. Резко открыл дверцу с ее стороны.

— Вылазь!

— Что?

— Вылазь, говорю, — терпеливо повторил.

Она вышла из машины. Я сел на водительское сидение. Как тут люди помещаются? Все настолько маленькое, мне с моими сто девяносто даже ноги некуда деть. Хотя для этой метр с кепкой — это как БТР.

— Тачка для карликов, — пробурчал я под нос.

— Что ты сказал? — воинственно прищурившись, спросила она.

— Забудь.

Посмотрел на датчики, поиграл с ключом зажигания — машина не издавала ни звука. Аккумулятор, что ли?

— У тебя проблемы с аккумулятором были?

— Нет, — в подтверждение покачала головой.

— Это первый раз, когда не заводится?

— Да.

— Хм…

— Я сегодня в аварию попала, может, с этим связано?

— Может. Короче, тачку надо в мастерскую оттащить и все скопом сделать.

— Мистер очевидность, — хмыкнула она. — Так и знала, что толку от тебя ноль, только кислород на планете зря сжигаешь.

— Слушай, в чем твоя проблема? Ты че такая агрессивная? У тебя недотрах классический, что ли?

Она резко выдохнула и убила меня. Вначале била долго ногами, потом, как минимум, провела удушающий прием, а потом прикончила окончательно — и все это глазами, не сходя со своего места.

— Пошел вон из моей машины!

От греха подальше я вылез. Наблюдал, как девушка закрывает дверь, разворачивается, проходит мимо меня, потом останавливается, идет обратно, подходит очень близко, почти вплотную и манит пальчиком:

— Что? — невольно склонил голову.

— Олежка, — тихим голосом с каким-то придыханием, сказала мне на ухо. Как же я не люблю, когда меня так называют и эта заноза знала об этом. Я невольно поморщился, а она продолжила касаться своим дыханием моей щеки. — Недотрах — это то, что ты получаешь в кровати со своими тёлками. Со мной такой вариант в принципе исключен.

Развернулась и быстрым шагом направилась прочь с парковки.

Я же так и остался стоять с чуть склоненной головой, приходя в замешательство от реакции собственного организма на этот шепот.

Через минуту спохватился, впрыгнул в машину, догнал девушку, открыл окно с пассажирской стороны.

— Эй! Секс-богиня, давай, подброшу.

— Слушай, ты че ко мне пристал, а? — развернулась она и вперила в меня недовольный взгляд.