Все реки текут
Шрифт:
Дели попросила Чарли охладить бутылку, а сама с мистером Джеймсом прошла в рубку, чтобы отметить на ее карте расположение шлюзов № 5 и № 7.
– Похоже, только они и будут иногда нас беспокоить, – они стояли в рубке, разделенные широким штурвальным колесом. – Карта тут ни при чем, просто хотела немного поговорить с тобой.
Его глаза широко раскрылись, он шагнул в ее сторону, но она предостерегающе подняла руку.
– Пожалуйста, Сайрэс! Выслушай меня. Сейчас я не могу обратиться к Брентону ни за каким советом, и поэтому хочу поговорить с тобой. О моей дочери, Мэг.
Она рассказала о странном поведении
– Что же мне теперь делать? Нет ли чего-нибудь в законе о правах над несовершеннолетними? Эта женщина завладела Мэг, отказывается ее отдавать, настраивает против меня. Не сможет ли она забрать ее на законных основаниях?
– Трудно сказать. Мать обычно имеет преимущество, если только не будет доказано, что она не способна воспитывать ребенка…
– В том-то и дело! – Дели покраснела. – Она старается доказать, что я не способна, потому что… у меня когда-то было плохо с легкими, много лет назад, и потом… мой последний ребенок… умер на пароходе. И она говорит… О, это невероятно! Она всегда так хорошо ко мне относилась, брала к себе детей, помогала мне с ними и… и… – Дели закрыла лицо руками и оперлась на штурвал.
– О, Дели! Как бы мне хотелось помочь тебе! Если бы ты дала мне на это право! Но я ничего не могу поделать. Я никто для вас. Я не могу на тебе жениться и стать хотя бы отчимом Мэг. Скажу тебе только одно – езжай в город и получи официальный совет. Сделай это как можно скорее. Чем дольше она там проживет, тем труднее будет вернуть ее обратно. Пока она еще привязана к тебе, но ты не знаешь, под каким влиянием она находится.
– Ты хочешь сказать, что мне нужно судебное постановление, предписание, что-нибудь в этом роде, чтобы та женщина перестала ее удерживать?
– Да, и я не думаю, чтобы с этим у тебя были сложности, – ты ее родная мать. Но Мэг достаточно взрослая и может заявить о своих желаниях. Ты говоришь, она не очень хочет возвращаться?
– Есть какая-то причина, которой я не могу понять. Мне кажется, она что-то скрывает.
– В таком возрасте это обычно мальчик.
– О нет! Не думаю. Мэг еще ребенок. Я буду обратно не раньше, чем через неделю, нужно доставить партию товаров до Руфуса, но как только мы вернемся в Морган, я съезжу в город. Спасибо, Сайрэс, дорогой. Ты меня очень поддержал.
– Хотел бы я, чтобы ты позволила мне поддержать тебя еще и по-другому, – с чувством сказал он.
Она улыбнулась и выскользнула из-за штурвала.
20
Мэг пять раз провела щеткой по волосам, потом расчесала их снизу, чтобы они стали пышнее. Она очень волновалась в ожидании обещанной Гарри охоты на лис; от страха и волнения у нее даже заболел живот. Она будет с ним ночью одна, и вдруг что-нибудь произойдет.
Она вспомнила конец одного из рассказов в журнале «Мир женщины»: мужчина был гораздо старше девушки, она казалась ему просто ребенком, пока он неожиданно не осознал, что она уже взрослая; все закончилось свадебными колоколами.
Но сквозь радостное волнение пробивалось какое-то беспокойство. Мэг старалась не замечать его, но оно не проходило – ей вспоминалось лицо ее матери перед возвращением на судно: обиженное, удивленное и сердитое. О чем они говорили с Мелви?
И почему маме так хотелось, чтобы Мэг ушла с ней в тот же самый день? Но она бессильна это сделать, она должна остаться на ферме до тех пор, пока ей не представится случай сказать Гарри, как она любит его.С заднего двора послышались нетерпеливые звуки клаксона. Мэг надушила носовой платок одеколоном и заткнула его за пояс.
– Фу! – фыркнул Гарри, едва она забралась в кабину. – Чем это так воняет?
– Ты имеешь в виду мой платочек? Он пахнет, а не воняет.
Она выдернула платочек из-за пояса и поднесла к его носу, Гарри отпрянул назад:
– Черт! Хуже чем от старого лиса.
– Это одеколон.
Мэг засунула платок подальше. Она была в замешательстве. Во всех рассказах и рекламе духов говорилось, что мужчин привлекает запах, по Гарри, похоже, был не таким.
На полу кабины лежали незаряженные ружья, ей даже некуда было поставить ноги. Переносной прожектор с длинным шнуром мешал ей сесть рядом с Гарри.
Они подъехали к воротам, Гарри подождал, пока Мэг выйдет и откроет их. Потом, когда машина проехала, и Мэг закрывала ворота, она почувствовала необъятность ночи, поглотившей всю землю, ощутила звездный свет, таинственно мерцающий на облачном небе. В воздухе стояла свежесть недавно выпавшей росы, ночь была тихой и безветренной. Когда она снова села в машину, Гарри сказал, что видел лисью нору внизу, у края болота, в камышах. Туда они сначала и поедут, ее задача – держать прожектор и светить по его команде.
– Оставь свое ружье, – бросил он, выходя из машины. – Не желаю, чтоб меня пристрелила такая вот воинственная охотница. Ты сможешь стрельнуть и потом.
Мэг покорно шла по его следу, словно индейская скво за своим воином. Длинный шнур тянулся вслед за ней.
У Гарри не было с собой ни факела, ни фонаря. Но они легко передвигались при свете звезд, и постепенно их глаза привыкли к темноте. Они продрались сквозь колючие кусты бокаута, и вдруг Гарри остановился, поднял руку и жестом велел ей идти вперед.
Мэг, дрожа, прижала к себе прожектор. В камышах послышался шорох – лисы вышли из своего укрытия.
– Свет!
Она нажала на кнопку, и яркий луч прорезал равнину, высветив камыши. Лис увернулся от света, затем неожиданно побежал прямо на него. Он смотрел вдоль луча, не отводя от него глаз. И в этот момент глухо щелкнуло ружье.
– Попал! – Мэг торжествовала, видя, как лис опрокинулся на спину, несколько раз перевернулся и, безжизненный, затих. Но когда они подошли ближе, она почувствовала к нему жалость. Девочка погладила хищную остроконечную морду и пушистый хвост, потрогала свалявшуюся на спине шерсть. Из раны на шее еще текла кровь.
– Бедный старый лис, – пробормотала она.
– Бедный лис! – с возмущением повторил Гарри. – Готов поспорить, это тот самый лис, что на прошлой неделе поубивал всех цыплят. Его шкура того не стоит.
Он приподнял лиса и снова бросил его, презрительно хлопнув рукой по мертвому зверю.
Мэг была разочарована. Дикое животное, к которому они подкрадывались через ночь, превратилось в маленькую жалкую кучку у ног. Ее больше устроил бы лев или леопард.
– Ладно, пошли обратно, – сказал Гарри и зашагал к машине. Мэг зацепилась шнуром за куст и должна была вернуться, чтобы распутать его.