Время Воронов
Шрифт:
— Я не мог думать. Не мог дышать от ненависти к тебе, — Рейвен с сожалением покачал головой, — в один день я потерял все: друга, отца, крылья и свободу. Моя жизнь рухнула. Я не искал других ответов, все казалось предельно ясно: Рутгер Янг узнал о нашем секрете от тебя. А сейчас я думаю, что он вполне мог выследить любого из нас. Узнали же Рыцари откуда-то, что Элдрик дорожил мной? Рутгер был хитрой сволочью, да и Белая Мразь от него не отставал. Я… проклятье, если бы я спросил тебя тогда, ничего бы не было! Почему я не подумал об этом? Почему выход из тупика всегда находится слишком поздно?
Нил молчал.
Одуряюще пахло розами.
Вот оно, волшебное лекарство для Дирка. Правда. Он никогда не был безумен, он проклинал
— Но Элдрик все равно оказался прав, — рвано вздохнул Рейвен, — дружба с тобой погубила меня и лишила всего. Если бы я держался от тебя подальше, ничего этого бы не случилось. И повелитель говорит сейчас то же самое. Мне нужно просто подчиняться им, а не своевольничать. Пока я служу Великому Ворону, все хорошо.
Нил встрепенулся.
— Нет! Пусть Элдрик любил тебя, но он был чудовищем! Люди до сих пор боятся его! А твой нынешний господин собирался устроить такое, что даже тебе не хотелось исполнять! У тебя есть совесть и человечность, Дирк! Слушай их, а не своих хозяев! Ты — человек, пусть и проклятый, слышишь меня? Я помогу, я…
— Ты ничем не сможешь мне помочь, — отрезал Рейвен, — я буду делать то, что мне прикажут! Так будет правильно. Постарайся не умереть и не стать Белой Мразью. Я больше не трону тебя и не прилечу без приказа. Похоже, я заслужил свое проклятье целиком и полностью. Только с дурными людьми могло случиться все то, что произошло со мной.
Рейвен распахнул крылья и взлетел.
— Дирк! Постой!
Но тот уже скрылся в темноте. Нил бессильно выругался. Он был опустошен. Все было кончено. Его дядя и Принц Ричард оказались не благородными героями, а бесчестными мерзавцами, слепыми до чужих страданий. Лучший друг не мог простить за то, в чем Нил не был виноват. И что теперь делать?
Приказы, подписанные наместником, едва не выскользнули у него из рук.
Вот что. Защищать город. С остальным он разберется после.
И еще как разберется! Черта с два он позволит Дирку забыть о том, что тот — человек! А вот те, кто снова называют Воронов монстрами, а себя — праведными борцами со злом, ответят за все.
Нил сотрет их в порошок.
Глава 29. Проклятье для дурных людей
Льюис готовил речь, твердо настроившись выступить перед горожанами. Почему он раньше об этом не подумал? Ведь множество проблем удавалось решить с помощью дипломатии! Он расскажет людям, что Вороны — не монстры, объяснит, что тоже хочет мира и незачем «Врагам Воронов» на кого-то нападать. Сумел же это понять Нил Янг, будущий Прекрасный Принц? А чем остальные горожане хуже? Тоже поймут. Нужно лишь найти место и время, чтобы его выслушали. А вот это уже вызывало определенные сложности: придут ли люди его послушать? Или испугаются? Как их туда созвать?
Сольвейн пересказывал ему городские новости: Нил Янг занял пост начальника стражи, немедленно арестовал убийц и приказал распустить патрули «Врагов Воронов», признав их незаконными и угрожающими безопасности города. Все, кто продолжали в них участвовать, объявлялись смутьянами и отправлялись в камеры на несколько дней, а выходили оттуда со штрафами и лишившись личного оружия. Многие после этого спешили покинуть неблагонадежное общество.
Увы, «Враги Воронов» нанесли ответный удар. Пастор Браун выступил с проповедью, что Нила Янга подкупили Вороны. Его видели с одним из них среди бела дня, и общались они как друзья, а потом тот взлетел посреди улицы, напугав горожан. Что же получил вероломный предатель за сговор с нечистью?
Место начальника стражи. На прежнего напали Вороны и выгнали его из города, освобождая теплое местечко продажному Прекрасному Принцу. Да какой он Принц, если на стороне зла? Лживый трус, скармливающий горожан Воронам! Городу нужен настоящий защитник, а не эта фальшивка!Оратором пастор был превосходным. Репутация Нила Янга рухнула: в глаза ему ничего не говорили, но в спину плевали и презирали. Больше никто не верил, что такой человек сможет стать Принцем.
— Как он на это реагирует? — с долей сочувствия спросил Льюис.
— Игнорирует. Любые беспорядки и провокации жестко пресекает. Жених Воронессы Кристины, стражник Марк, говорит, что в участке его все поддерживают, а кто не согласен — молчат. Нил Янг в ярости, и под горячую руку ему лучше не попадаться. Суд уже прошел, убийц казнили. Но тюремные камеры заполнены теми, кто пытался укрывать их и оказал вооруженное сопротивление при аресте. Основное здание «Врагов Воронов» взяли штурмом: эти люди настолько обнаглели, что отказались подчиняться приказам «предателя», пусть он теперь и начальник городской стражи. Теперь воют, что их арестовали ни за что. Марк уверен, что они получат тюремные сроки, после чего даже до самых тупых дойдет, что с будущим Принцем не спорят, и люди побегут из «Врагов Воронов», как крысы с тонущего корабля. В том, что Нил Янг его потопит, никто из стражников не сомневается.
Льюис помрачнел.
— Мне это не нравится. Нарушать закон, конечно, никому нельзя, но это все напоминает сведение личных счетов.
— Сам Нил Янг называет это «наведением порядка». Но нам ведь главное, чтобы Воронам больше ничто не угрожало. К нам он относится лояльно.
Он был прав, но Льюиса все равно не покидало ощущение допущенной ошибки. Он свалил решение проблемы на другого человека, а тот поступал грубо и безжалостно. Нил Янг действовал с позиции силы, подавляя, запугивая и уничтожая врагов, неуловимо напоминая при этом Рейвена. Разве что действовал в рамках закона.
Рейвен, сообщив об аресте убийц Джона Солта, больше не попадался ему на глаза. Он выглядел подавленным, был молчалив и рассеян. Шарлотту он тоже избегал, не желая объяснять, что происходит. По ее словам, Рейвен целыми днями летал по городу и сидел на разных крышах, появляясь лишь в парках для охраны. К Льюису не заходил, если тот его не звал.
Однажды вечером он принес дурные вести:
— Повелитель, я подслушал разговор Бломфилда, Брауна и еще нескольких человек: остатки «Врагов Воронов» собираются поднять мятеж в городе. Разгромить участок, освободить арестованных и казнить Нила за «убийство праведных борцов с нечистью». Кто-то еще прислал им оружие, какие-то «друзья из других мест». Что будем делать?
Льюис закусил губу.
— Ты предупредил Нила Янга?
— Предупрежу. Еще я был у дома Бломфилда: там все сидят на сундуках. Если что-то пойдет не так, то он моментально сбежит, прихватив семью и ценности.
— А пастор Браун?
— Пастор собирается читать публичную проповедь через пять дней на главной городской площади. Оттуда и поведет распаленную толпу. Повелитель, нам нужно избавиться от этих двоих и быстро. По-хорошему с ними не договориться. Я знаю, ты против, но разреши убить их. Раздавим, как жуков, и все закончится.
— А если нет? Если их смерть только раззадорит «Врагов Воронов», и они бесконтрольно бросятся мстить всем подряд? — возразил Льюис, лихорадочно пытаясь что-нибудь придумать. — Жестокость порождает жестокость, не забывай об этом. Нужно остановить их иначе.
— Как? У нас нет больше вариантов!
— Есть. Тот, что предложила Шарлотта.
Рейвен нахмурился.
— Проклясть их?
— Да. И заставить распустить «Врагов Воронов» прямо на площади. Если Бломфилд и Браун публично покаются и признают свои ошибки, это уничтожит репутацию «Врагов Воронов». Люди будут в растерянности. Это остановит толпу.