Чтение онлайн

– Вот понимаете теперь, как странно устроен мир. То, что для вас только в будущем, для меня может статься уже в далёком прошлом, – развёл руками Великий Ум. – А тот, кто хорошо познал вас, для вас может быть ещё незнакомцем.

Мурашки пробежали по всему моему телу. Я тут со своей иронией и глупым скепсисом против целой вселенной! Даже представить не могу сил, теперь задействованных от чего-то именно в моей судьбе. Может хотя бы на один вопрос Великий Ум мне теперь ответит?

– Так почему всё-таки я?

– А вы мой ностальгический рассказ дослушайте, – просто посоветовал он.

–

Больше не звуком не перебью, – пообещал я.

– Не стоит давать несбыточных обещаний! Могли бы просто промолчать.

– Ей богу!

– А вот это совершенно лишнее, – заметил мне волх, нахмурившись. – Не упоминайте всуе того, кого ещё не постигли.

Не зная, что ещё сказать, я просто кивнул и обратился в слух.

Вот так вот сидеть в чреве огромного космического корабля инопланетян за пять тысячелетий до собственного рождения, и внимать одному из их предводителей! В этом было нечто такое… непередаваемое. Хотя никаких особых запахов или дуновений инопланетных сквозняков не ощущалось. Это как мой первый выезд за границу. Тот же воздух и та же вода, только домики под красной черепицей, гладкие как стекло дороги, и на этом фоне небрежно одетые, выглядящие неухоженными люди. Хоть мелочь, а не своё!

Великий Ум тем временем продолжил свой исторический рассказ, так не корректно прерванный мной. Большинство теологов многое бы отдали за то, чтобы услышать сказанное непосредственно из его уст.

– Честно признаться, – вещал он, – много лет служа абсолютно самоотверженно при Хрустальной Башне, и даже получив чин «Младшего Ума», я ни разу сам не слышал голоса богов. Его мне заменяла вера и проповеди моего наставника. А наш мир всё умирал. Казалось, что боги и вовсе оставили своих непослушных детей.

Волх на некоторое время замолчал. Возможно, перед его внутренним взором проносились картины событий той катастрофической эпохи. Умирала природа планеты. Города задыхались в собственных выбросах. Люди повсеместно теряли веру и само желание продолжать свой род. А боги продолжали молчать.

– И вот тогда было решено на последние корабли загрузить, помимо эмбрионов, части Хрустальной Башни – дома богов. Возможно, они сами не захотят пропадать в открытом космосе и выведут нас в нужное место.

Волх усмехнулся.

– Капитаном корабля, к которому приписали и меня, на наше счастье оказался самый знаменитый офицер планеты. Когда-то он одержал самую громкую победу в величайшей битве нашей истории. А потому нам досталась верхушка башни. В то время как остальные довольствовались нижними частями. Однако боги не любят жить в подвалах. И они, как скоро выяснилось, отправились вместе с нами, на этом корабле.

Мне уже не терпелось услышать суть столь длинного рассказа, который всё больше смахивал на некий «миф Древней Греции». Однако, помня о данном мною обещании, я терпеливо молчал.

– Здесь, на корабле я уже обрёл сан Великого Ума – высший в нашей иерархии. Даже командиру приходилось считаться со мной, – рассказывал волх. – И капсулированние во времени – моих рук дело. Я тогда узнал о трёх Константах, защищающих вашу планету, и решил переиграть их. Как же я оказался глуп! Я переигрывал самого себя! Мы начали войну, которую в принципе

не могли выиграть. И вот тогда, когда отступать было уже поздно, боги заговорили со мной! И вы не представляете, насколько чудовищно в тот момент их слова прозвучали для меня!

– Что случилось? – Всё-таки не удержавшись, вопросил я, увлечённый рассказом.

Великий Ум принял величественную позу, чем-то напоминающую статуи древних римских императоров. (А не с него ли их и лепили?)

– Боги сообщили, – торжественно произнёс волх, – что третьей Константой этого мира являюсь я сам!

Чего угодно ожидал я услышать только не этого.

– Вы – хранитель Земли? – Всё, что мне удалось из себя выдавить.

Он кивнул головой и пожал плечами.

– Один из трёх.

– А двое другие?

– Они земляне.

Хоть это радует.

– Только сейчас они ещё не родились, – добавил Великий Ум.

Было не сложно догадаться, от чего он при этом так самодовольно улыбается. Даже один из подбородков пропал, растянувшись в улыбке.

– То есть провал экспансии волхов есть только ваша заслуга?

– Не забывайте о богах!

Он погрозил мне пальцем.

– Очень многое, если не всё, в их власти.

Волх усмехнулся, но не как обычно усмехаются произнесённому слову. Он усмехнулся какой-то своей внезапно возникшей мысли. Но со мной ей не поделился.

– К чему это я вам всё рассказал?

– К чему?

– К тому, что не надо недооценивать свой потенциал и отрицать судьбу!

– О чём вы? – Не очень понял я.

– Просто поймите, что вас не наобум выбрали! И здесь вы неспроста оказались. И Демиург не просто так желает с вами познакомиться.

– А в будущем, – я поспешно добавил, – моём будущем, а вашем прошлом мы тоже встретимся неспроста?

– Разумеется, – улыбнулся Великий Ум. – Но вы можете изменить будущее, ибо для вас оно ещё не наступило.

– А что в таком случае станет с вашим? – Поинтересовался я.

Он пожал плечами.

– Достанется другой реальности.

Разумеется, нас – и космонавтов, и астронавтов готовили ко всякому. От отказа бортового компьютера и пожара на станции, до встречи с инопланетным, либо просто иным разумом. По неофициальным данным некие контакты (в основном визуальные) даже происходили. Причём начиная с самых первых весьма робких вылетов на орбиту Земли пилотируемых космических кораблей. И всё же к подобному, с чем довелось столкнуться мне, нас не готовили никак.

Одно дело (условно) увидеть потенциального инопланетного завоевателя, помахать ему рукой в тяжёлой перчатке и произнести на нескольких языках: «Хай, бледнолицый!». А затем предложить ему все богатства нашего мира за стеклянные бусы и возможность жить в резервациях. Этому нас хотя бы учили. Пусть и, не признавая возможности реального осуществления подобного сценария.

Но никакой даже гипотетический план развития событий не предусматривал моего метания во времени, путешествия в чреве живого звездолёта. Как и моей встречи с одним из главных предводителей завоевателей древней Земли на его, находящемся во временном коконе корабле.