Время перемен
Шрифт:
— Понимаю.
— Ты, должно быть, промок насквозь.
— Это неважно.
— Как ты добрался сюда?
— Нанял в городе экипаж. Он будет ждать меня в четыре у поворота.
— Да, конечно, — понимающе ответила Барбара.
Общие фразы были сказаны. Молчание нарушало лишь шуршание дождя и стук капель о ветки. В вершинах деревьев свистел ветер. Мокрый лес давил на них своим мрачным унынием. Они не сводили друг с друга глаз.
Она оказалась еще красивее, чем он себе представлял.
Он выглядел старше, намного старше. Его лицо прочертили резкие морщины.
— Как ты живешь?
— Достаточно обеспеченно.
— Я имел в виду не это. Я хотел спросить, ты счастлива?
— У меня трое сыновей… и Дэн очень хорошо ко мне относится, очень хорошо. А ты счастлив?
— Нет.
Его прямой и откровенный ответ подтолкнул их друг к другу. Руки инстинктивно сплелись. Тела почти соприкасались.
— Мне… мне хотелось только увидеть тебя, — прерывисто заговорил он, вглядываясь в ее лицо. — Я хотел сказать тебе, что жалею обо всем, но больше всего, что убежал тогда. Я объяснял в письме, что поторопился скрыться, так как боялся, боялся встречи. Этому суждено было случиться, Барбара. Знаю, это должно было произойти.
— О, Майкл! — Это все, что она была в состоянии сказать, сердце ее разрывалось.
Перед ней стоял мужчина, признающийся ей в любви каждой частицей своего существа, тело его сотрясала дрожь. Сейчас это было для Барбары единственно главным, все остальное не имело значения. Но когда он произнес: «Поздно, слишком поздно», — Барбара вздрогнула. Утверждение это было или вопрос? Она не смогла бы ответить с уверенностью и согласилась:
— Да, Майкл, уже слишком поздно.
— Ты могла бы оставить Дэна и детей?
У нее перехватило горло и она судорожно глотнула воздух.
— А ты бы оставил ребенка и жену? — вопросом на вопрос ответила она.
— Они погубят ее своей ожесточенностью и вечными упреками.
— Тогда мы ничего не в силах сделать, Майкл.
— Нет, можем, можем.
Барбара с трудом различала его слова в шуме дождя.
— Мы можем встречаться время от времени, хотя бы иногда. Я должен видеть тебя, Барбара. Пусть хоть раз в полгода, но мне это необходимо. Я не смогу жить дальше, если не буду видеться с тобой. Если бы не наша случайная встреча, я бы еще мог как-то с этим мириться. Но после того дня, уже нет. — Он печально покачал головой. — Ты не представляешь, какая это невыносимая мука. Как будто болезнь проникла в кровь, нет, я не это имел в виду…
— Я знаю, что ты хотел сказать, Майкл. — Теплота и нежность звучали в ее голосе. — Я с этой болезнью родилась, с ней и умру, — просто добавила она.
Они упали друг другу в объятия, и впервые в жизни их губы слились в поцелуе. Сначала слабом, робком, но в следующий момент нерешительность и сдержанность исчезли и в страстном порыве их тела переплелись, как у сошедшихся в поединке борцов.
Наконец, волна страсти отхлынула, и влюбленные в изнеможении прислонились к могучему стволу. Они стояли, не разъединяя
рук, и смотрели друг на друга.— Ну вот, это произошло, обратного пути нет. — Он дышал прерывисто и часто. — Я… я могу выбираться сюда время от времени, может быть, и тебе удастся вырваться хотя бы раз в две недели.
Она хотела сказать: «Это будет нелегко», но не смогла произнести ни слова. Барбара чувствовала себя совершенно обессиленной. Она ждала этой минуты долгие годы. И вот, наконец, они вдвоем, промокшие насквозь, прячутся в глубине леса. А как было бы, если…
— Я буду приезжать раз в две недели, по пятницам, — сказал Майкл. — Этот лес очень укромный. Я уже побродил по нему. А ты сможешь отлучаться из дома?
Она молча чуть заметно кивнула, и Майкл нежно привлек ее к себе.
— Наверное, уже больше четырех, — предположила Барбара.
Он расстегнул пальто и достал часы.
— Десять минут пятого.
— Тебе пора, — напомнила она.
Они не отрывали друг от друга глаз, и не могли наглядеться.
— Барбара, я так счастлив, ты даже представить себе этого не можешь.
— Ошибаешься, Майкл, могу, — кивая в такт, проговорила она.
— Мне так много хочется тебе рассказать.
— А я с радостью тебя послушаю.
— Барбара, я всегда буду тебе обо всем рассказывать. Всю правду. Начиная с этого дня — одну только правду.
— И я тоже, Майкл, буду говорить тебе только правду. — Она взяла его за руку и вывела из-под дерева. И там, где тропа выходила на дорогу, внимательно огляделась. — Мы должны вести себя осмотрительно. — В ее голосе угадывались интонация Бриджи.
— Да, нам надо быть осторожными, — понимающе улыбнулся мужчина. — Барбара, любовь моя, моя дорогая. — Он снова обнял ее. — Я приеду в следующую пятницу.
— В следующую?
— Да, до свидания, моя любимая.
Она не ответила, а только ласково улыбнулась, нежно коснувшись его щеки, и торопливо, не оглядываясь, пошла по дороге.
— Мадам, вы промокли насквозь, пальто и все остальное, — сокрушалась Ада помогая ей снять плащ.
— Все хорошо, Ада, все хорошо, я довольна прогулкой.
Ада оглядела хозяйку и подумала, что прогулка на самом деле пошла ей на пользу. Она выглядела теперь гораздо лучше, чем до своего ухода. Хозяйке надо побольше гулять, а если бы каждый день той пришлось по утрам отшагать столько же, сколько ей самой, хозяйка бы стала совсем как огурчик…
И с этого дня Барбара, действительно, пристрастилась к прогулкам, и они принесли ей пользу во многих отношениях.
Глава 4
В последующие несколько недель Бриджи с Гарри не появлялись в доме Барбары: болела Мэри. Затем в один из вторников пришло письмо, в котором Бриджи сообщала о смерти Мэри и спрашивала, приедет ли Барбара на похороны.
— Конечно, тебе надо туда съездить, — сказал ей в тот же вечер Дэн. — Мэри была как член семьи. У коттеджа тебе появляться не обязательно, а на похороны сходить стоит. Завтра с утра и можешь ехать.