Время Изерлона
Шрифт:
— Все уже, Мэри, — сказала она хрипло. — Все. Пойдем. Куда нам?
— Дегалли велел идти к восьмому складу. Генерал Шенкопф будет делать всеобщее внушение по радио, нам следует внимать всем коллективом.
И внимали, и не дослушали, потому что враг ударил снова, и их перебросили тушить пожар. Тут уже худо стало Мари, но некогда было зеленеть и падать, и она поднимала обожженных и тащила, отворачивая лицо, носилки, кашляла от дыма, потому что не надела вовремя респиратор, — а потом они колупались в покореженном железе, помогая техникам батареи 12–72 реанимировать механизм всплытия, и уже было все равно.
Чувства притупились, осталась только работа, работа, работа. Закончили на этом
Потом короткая передышка — только-только отоспались как следует, — и снова.
Столкнулась на бегу с Олле Попланом, спросила, не заберет ли он ее в свой отряд.
— Нет, — довольно резко ответил Олле. — У твоей тыловой команды каждые руки на счету, а пилотов мне и штатных хватает.
А потом как-то непривычно ласково, без ехидства, ухмыльнулся и потрепал по спутанной шевелюре.
Кивнула на прощанье и побежала дальше. Только падая в койку после отбоя, уже проваливаясь в сон, подумала: "Наверное, он считает, что в космосе опаснее, чем на станции, а я ж девчонка. Спасибо, конечно, за заботу, Олле, но если мы выживем. я тебе кое-что скажу насчет мужского шовинизма". Не сказала, само собой. Забыла. Не до того.
Дни сливались в гудящую усталостью череду. Лязг инструментов по металлу, иногда стоны раненых, когда санитары еще не подошли, а механики оказались под рукой. Запах гари, след от респиратора на носу и щеках. Руки в ссадинах, закопченный серый комбинезон, и стиральная машина не справляется. Волосы свалялись, потому что мыть голову я еще как-то… а расчесывать забываю регулярно. Как вовремя я постриглась. С длинными волосами вовсе была бы беда. Мы все похожи на чучела. Хорошо, что не видят меня сейчас мои замечательные друзья из командного пункта. И Райнер.
Как там Райнер? только и знаю, что жив…
Потом настал настоящий полноценный отдых, потому что «Гиперион» вышел в космос под командованием адмирала Меркатца, и механиков вернули на борт приписки. После чудовищного напряжения всех сил там, на осажденной станции, тут, в трюмах родимого флагмана, была просто райская тишина и совсем нечего делать. Подумаешь, техосмотр «спартанцев». Великий Один, я думала, это работа, а это, оказывается, курорт.
Жаль, недолго.
Честно говоря, она думала, что всем им настал конец. Хоть и трепыхались, и работали, стиснув зубы, и побитая техника оживала снова и снова — та, которая могла. И люди где-то приходили в себя по госпиталям — те, кто мог. А Гайерсбург стрелял и стрелял. А Изерлон огрызался и огрызался.
Когда позже ей сказали, что осада продолжалась чуть больше месяца, она удивилась. Никак не получалось — месяц. То казалось, что годы. То — что считанные дни. Дня три. Ну неделю. Или столетие. Но никак не неполных пять недель.
Ту минуту, когда к ним, ковырявшимся в неисправной турели, подбежал Вилли Симмз с горящими глазами и потрясающей новостью, она запомнила. Только никак не могла вычислить, который это был день осады. Вилли дернул ее за рукав, и она выругалась сквозь зубы, не хуже иного розенриттера — ключ сорвался с тугой гайки и больно ударил по пальцам.
— Сейчас парни сказали, — захлебываясь, говорил Вилли, — адмирал возвращается и вот-вот будет здесь! Наш адмирал! Девчонки, мы продержались, вы понимаете? Теперь все будет в порядке, наш адмирал их сделает, как маленьких, правда же?
И Мари сразу простила ему разбитые пальцы и сорванную резьбу.
Но гайку пришлось заменить, не без того.
Выяснилось,
что чудесная новость означает новый вылет на курорт — «Гиперион» пошел в обманный маневр.А когда вернулись, уже все кончилось.
Мари не видела взрыва вражеской крепости, разгрома имперского флота, и о гибели имперского командующего адмирала Кемпфа ей никто, разумеется, не доложил. Она знала только, что все в порядке, потому что вернулся и командует адмирал Ян Вэньли.
В космосе они болтались дольше, чем она надеялась, — она-то думала, что корабли войдут в изерлонские доки сразу же, но пришлось еще выходить в рейд вдогонку самоуправным эскадрам Нгуена и Моутона, в раже погнавшимся за отступающим разбитым флотом Гайерсбурга. Впрочем, для Мари это означало лишь, что на мостовые Изерлона она ступила неделей позже.
Она вышла под искусственное солнце Изерлона, щурясь, и увидела Райнера Блюмхарта. Как осунулся за эти безумные дни. Но не отводит взгляда, смотрит прямо ей в глаза.
— Я сходил с ума от беспокойства.
— Я тоже.
— Я люблю тебя.
— И я.
— Мэри, давай поженимся.
— Что? — она, наверное, плохо слышит. — Что ты сказал?
Он повторил.
Изерлон. Невеста
Фройляйн Мариендорф: герцог Лоэнграмм, я думаю, вы объединились с Феззаном и сознательно позволили им похитить кайзера. Я не права?
Герцог Лоэнграмм: Вы правы.
Э.Г.Крангерт. Хроники времен Райнхарда I. — Феззан, 11 г. Новой эры.
Настоящим я официально подтверждаю, что террористы похитили его величество кайзера Эрвина Йозефа. Местонахождение его величества, как и местонахождение беззаконных преступников, похитивших его величество, выяснены. Эта банда преступников — бывшие аристократы, возглавляемые прежним посланником Империи в Феззане графом Иоганном фон Ремшейдтом. Негодяи, укрывшись среди мятежников, называющих себя Альянсом свободных планет, незаконно объявили о создании правительства в изгнании. Таким образом, я заявляю: остатки аристократии, беззаконно и трусливо похитившие кайзера с целью повернуть ход истории и силой захватить права, установленные людьми, поплатятся за свое злодеяние. Честолюбцы из Альянса свободных планет, которые вместе с ними участвовали в беззаконии и планируют мятежную войну против мира и гармонии во вселенной, не избегнут той же судьбы. Этот неверный выбор должен быть исправлен подобающим наказанием. Преступникам нужны не дипломатия и не убеждения. У них нет ни способности, ни желания этого понять. Только сила способна показать им их глупость. Следовательно, неважно, сколь много крови будет пролито, принимая во внимание, что совершили эти безрассудные преступники и заговорщики.
Вспышка сверхновой. — Сборник документальных материалов о кайзере Райнхарде I.
– <Феззан, 4 г. Новой эры
Дарите женщинам цветы! Цветы не просто украшают нашу жизнь, это основа целой индустрии, обеспечивающей работой ботаников и селекционеров, садовников и работников оранжерей, продавцов и дизайнеров.
Житейские советы
Теперь они строили планы на будущее.
Райнер все-таки был невозможен. Сделав предложение впопыхах, под влиянием порыва, он счел, что был недостаточно галантен. Он же собирался — по всем правилам, в торжественной обстановке, можно даже при свечах и уж непременно с шампанским. Ну или с красным вином. Поэтому он объявил, что намерен компенсировать все пропущенные пункты. Что это такое — познакомились, два раза потанцевали, поцеловались, поругались — и сразу давай поженимся. Где ухаживания? Пусть не по порядку, но ухаживания будут.