Чтение онлайн

Горело уже давно, несколько дней назад, но в воздухе до сих пор висел тяжелый запах горелого дерева, шерсти… мяса. Огонь охватил и уничтожил почти всю деревню, пощадив разве что самые окраинные дома, но и у тех потемнели стены. Крупное поселение превратилось в черного призрака, щерящегося обвалившимися бревнами перекрытий и следящего за единственными живыми людьми провалами окон.

Ная зацепилась краем глаза за лежащее на дороге наполовину обгоревшее тело и отвернулась, уткнувшись взглядом в лошадиную гриву. Она всегда считала, что к смерти относится

легко, без особого трепета и пиетета, как к неизбежному злу, но находиться в выжженном поселении оказалось выше ее сил.

— Дарита говорила, что в Шинте неспокойно, — сказал Лис после долгого молчания, когда они выехали с противоположной стороны на широкую нахоженную тропу, которая для телег бы не подошла, но для двух всадников — в самый раз. — Надеюсь, она не это имела в виду, и Заозерье сгорело без постороннего участия.

Он даже не пытался скрыть смятения и не уверенность в голосе, а в его эмоции Ная побоялась лезть — даже если и прячет, как обычно, ей сейчас собственных было многовато, чтобы еще и чужие случайно хватануть.

— Без постороннего участия пожары не случаются, — угрюмо заметила Ная. Зря она пошутила про пожар… Ее слова, конечно, ничего не меняли, все, что могло сгореть, сгорело задолго до их приезда, но неприятное ощущение, что накаркала, никак не желало проходить.

— Надо добраться до поместья. Может, там смогут что-то рассказать, — Лис подхлестнул лошадь, снова вырываясь вперед.

До следующей деревушки, примыкающей к поместью Мейсома — Перекрестка — они добрались часа через два, и там, к облегчению Наи, все оказалось спокойно. Ни криков, ни горящих домов, разве что людей у колодца собралось чуть больше обычного, и теперь они с интересом смотрели на Лиса, идущего к ним и ведущего под уздцы лошадь. Ная брела следом, надеясь, что все внимание привлечет он.

— У вас такой вид, как будто демона увидели, — заметила одна из женщин вместо приветствия.

— Почти, — Лис остановился рядом с ней и спросил. — Что случилось у ваших соседей?

— В Заозерье? — уточнила она и невесело махнула рукой. — Собака их знает. Нам говорили, что кто-то не уследил за печкой, но не верится. Один дом сгорел бы, два, но не вся деревня.

— Так кто об этом говорил-то, — раздосадовано сплюнул стоявший рядом с ней мужчина. — Приперлись к нам такие, куртки одинаковые, морды кирпичом. Сказали, что разбирались в пожаре, но как им верить… сами и подожгли.

— Не говори ерунды, — зло шикнула еще одна женщина, затравленно оглядываясь. — Услышат, а мне жить хочется.

— Что, если будем молчать, не спалят? Им даже Шинта под боком не указ, — только сильнее распалился мужчина. — Да они запугать хотят, бандитье.

— Кто они? — перебил Лис, не давая начаться перепалке. — Требовали что-то?

— Да если б. Просто сказали… эй, да ты чего?!

В собравшихся, спотыкаясь и тяжело дыша, влетел перепачканный грязью парнишка, повиснув на раздраженном мужчине.

— Пожар… там, — он вяло махнул рукой, указывая направление. — В поместье. Помогите.

От Лиса пошла такая волна ужаса, что Ная помимо воли ощутила и ее, и то, как на голове дыбом встают волосы. Он быстро оглянулся на лошадь и, выпустив поводья, кинулся в указанном направлении — видимо, решил не кидать несчастное животное еще и в костер. Ная проводила

его взглядом, выругалась сквозь зубы и побежала следом — если не поможет в тушении, так хоть дурака остановит, а то интуиция вовсю трубила, что с него станется броситься в огонь, иначе бы так не испугался.

Торопиться, впрочем, было уже некуда — еще издалека Ная увидела, что пламенем охвачена даже каменная ограда, внутри которой за стеной огня плескалось огненное море, и в нем не различались ни дом, ни окружившие его постройки, ни сад.

Невдалеке, куда уже не доставало пламя, сиротливо столпились человек пятнадцать — видимо, местные обитатели, сумевшие выбраться из пожара, среди которых Ная с удивлением заметила несколько мордоворотов в кожаных куртках и при оружии. Они стояли спиной к поместью, держа под заломленные руки человека, наполовину седого мужчину средних лет, в которых она, подойдя ближе, с ужасом узнала лорда Мейсома.

Добравшийся до людей первым Лис грубо их распихал и подлетел к мордоворотам, явно собираясь освободить лорда, но ему не дали, скрутив точно так же.

— Мужик, шел бы ты мимо, — посоветовал один из них. — Если не хочешь оказаться на костре.

— Прогрессивные методы решать проблемы, — оскалился Лис и тут же получил коленом в живот, а от звука его голоса лорд Мейсом поднял поникшую голову, и по одному отсутствующему взгляду Ная предположила, что его чем-то опоили еще до начала пожара, и отнюдь не безобидным вином.

Пробиваться ближе она не стала, остановилась за спинами, пригнувшись — как назло, ростом оказалась выше почти всех присутствующих — и достала флакон со снадобьем. Скептически встряхнула, а потом решительно открыла и выпила половину. Гадость редкостная, и для ясности ума не слишком полезно так много его пить, но когда вокруг во всех смыслах запахло жаренным, а из какого-никакого оружия только кинжал, выбирать не приходится.

— Уж какие есть, извиняй, — буркнул мордоворот и кивнул тем, которые держали лорда, в сторону пожара. Его напарники понятливо подхватили мужчину и потащили к поместью.

Лис дернулся и, невероятным образом выскользнув из держащих его рук, кинулся следом, а Ная ловко проскользнула между людьми и заступила дорогу двум господам в куртках. В голове царила непривычная ясность, очистившая мысли и дающая ощущение если не всемогущества, то чего-то к нему близкого.

— Добрый день, — ласково улыбнулась она, и в глазах мордоворота увидела удивление и голубой отблеск от глаз собственных, за которым показалась бескрайняя снежная пустыня под переливчатым зеленоватым сиянием северного неба. Тишина, пустота, безмолвие... чистота сознания и полная покорность. — Твой друг что-то хочет сказать, не поможешь ему?

И резко развернула покорного мужчину лицом к напарнику, успевшему схватиться за меч. Остановить занесенное оружие он не успел, и зачарованный мордоворот насадился на него, но не остановился — его сознание находилось у границы миров, от которой теперь не сможет вернуться, и боли для него не существовало. Он кинулся на нападающего, не давая отскочить, и вцепился в лицо.

Окружающие люди понятливо расступились, а кто-то и вовсе кинулся наутек к Перекрестку, надеясь то ли найти помощь, то ли, что вероятнее, спрятаться подальше от обезумевшего человека.