Временно женаты
Шрифт:
– Но если смотреть на перспективу?..
– Если смотреть на перспективу, смысл ввязаться в это всегда есть.
Слышу, что пыхтит сигаретой, и у самого во рту фантомный вкус табака появляется. Однако вместо курения решаю расслабиться глотком виски. Держа телефон у уха, открываю дверцу кухонного бара, достаю бутылку и, поставив ее на стол, иду за бокалом.
– Значит, надо ввязаться, Андрей Семеныч...
– Понял, - говорит коротко после небольшой паузы для очередной затяжки, - Займусь в ближайшее время.
Отключившись, я откупориваю бутылку и замираю,
Это нездорово, потому что еще совсем недавно я был уверен, что испытывать подобное мне не дано от природы. Сейчас я могу вскипеть только от одной мысли, что она может смотреть на кого-то, кроме меня.
Бросив взгляд на циферблат часов, вставляю пробку в бутылку, бокал возвращаю на место.
«Во сколько за тобой приехать, Стефа?»– пишу и отправляю, сам от себя охреневая.
Видимо ей некогда следить за телефоном, потому что сообщение прочитывает она только спустя пятнадцать минут. Прочитывает и строчит ответ:
«Я на такси приеду»
Раздражение напильником проходится по ребрам. Цепляет плоть, стягивая все мышцы. Если бы она знала размеры моей жадности до нее, испугалась бы.
«Пиши адрес, я уже выезжаю»
«С ума сошел?»– спрашивает она, приправив вопрос смеющимися эмодзи.
«Пиши»
Через минуту она отправляет мне адрес дома своей подружки. Промочив горло водой, я влезаю в трико, натягиваю худи и выхожу из дома.
Линду я тоже забирал от подруг, но всего пару раз и, если она очень просила. Любое посягательство на мои свободу и право на личное время я воспринимал в штыки. Я не катал ее по салонам красоты и магазинам, не водил в кино и не таскался к ее друзьям. Схема работала как часы, пока не случилась Стефа.
Менингит моего мозга.
На дорогу уходит около часа, в течение которых она дважды спрашивает меня, где я еду. Минуя пост охраны, качусь по центральной улице поселка и останавливаюсь у высоких ворот графитового цвета.
«Ты приехал?»– прилетает тут же.
«Да. Выходи»
Однако только спустя десять минут ворота начинают отъезжать в сторону. Сначала я вижу освещающий двор желтоватый свет, посаженные в ряд ели, а потом шагающую ко мне мою жену. Ее подружка вприпрыжку скачет рядом. А в следующее мгновение в поле моего зрения попадает лось, догоняющий их сзади и сходу хватающий Стефу на руки.
Взвизгнув от неожиданности, она взмахивает руками, отчего ее сумка падает на землю, и заливисто хохочет.
Над моей головой взрыв случается. Клянусь, я слышу хруст костей этого утырка. Красная пелена перед глазами рисует страшные картины. В венах вскипает кровь.
Толкнув дверь, я вываливаюсь
наружу и стремительным шагом иду к веселой компании. Завидев меня, парень ставит жену на ноги и, подняв обе ладони вверх, смеясь, пятится назад.– Стив...
– слышу ошарашенное от Стефы и резко останавливаюсь.
Проникающий в легкие сырой воздух не остужает. Малолетка трусливо сбегает в дом, а я перевожу взгляд на ее застывшее лицо.
– Это мой брат, - подает голос подружка, - Он просто пошутил.
Подняв сумку Стефы, я разворачиваюсь к машине. До слуха доносятся слова прощания и быстрый стук каблуков по асфальту.
В моих ушах шумит, когда мы занимаем свои места и пристегиваемся ремнями безопасности. Нащупав пачку сигарет в бардачке, я выбиваю одну и сразу закуриваю. Сидя тихо, жена смотрит на сложенные на коленях руки.
Яд никотина, проникая в кровоток, сначала снимает спазм в горле, а затем ослабляет стянутость грудной клетки. Задержав дым в легких, выпускаю его в приоткрытое окно и, выбросив недокуренную сигарету, вдавливаю затылок в подголовник.
– Это Никита, младший брат Эли, - раздается тихое.
– Ясно.
– Мы знакомы с детства.
Замечание о том, что она ехала на встречу с подругой, а никак не с ее братом, держу при себе. Надо вернуться в стабильное состояние.
– Он в общем нормальный, но иногда ведет себя по-детски...
– Не оправдывайся, Стефа. Это не твои загоны. Мои.
Она судорожно затягивается воздухом и шумно выдыхает. Потом прикладывает обе ладошки к щекам и, часто моргая, как будто пытается прийти в себя.
– Ник приехал неожиданно даже для Эли, - продолжает рассказывать.
– Забей, Стефа...
– Я думала, ты его убьешь, - выговаривает наконец.
Приехали, мать вашу. А ведь в моменте я действительно хотел этого - выдрать ему руки, чтобы желание трогать мое отпало навсегда.
– Испугалась?
– кошусь на нее.
– Да.
– За него?..
– За обоих, - отвечает смущенной улыбкой, - Не думала, что ты настолько ревнив...
А кто думал?.. Усмехаюсь самому себе, представив, как мой выпад выглядел со стороны.
– Я буду над этим работать, Стефа.
Она протягивает руку и касается лежащей на рычаге коробки передач моей руки. Тепло ее прикосновения проносится по телу будоражащей волной. Мне нравится, когда она трогает меня - я привыкаю быть тактильным. Мне нравится, когда смотрит, потому что читать ее взгляды одно удовольствие. Меня вставляет слушать все, что она говорит, ведь Стефа умеет вкладывать смысл в каждое свое слово.
Старик Оллсон и его непутевая бывшая жена сотворили бриллиант, который стечением обстоятельств попал в мои руки, и который забрать у меня не сможет ни одна сила в мире.
– Стив...
– вдруг шепчет взволнованно, - Если когда-нибудь это закончится... мне будет очень плохо.
Я смотрю в ее блестящие синие глаза и вижу в них то, о чем мы друг другу еще не говорили.
– Мы не будем это заканчивать.
– Я... я просто не представляю больше жизни, если вдруг в ней не будет... тебя.