Врата Творения
Шрифт:
— По половине прыгуна на каждого — не так и плохо, — сказала Вала. — Все лучше, чем ничего. Но что мы будем делать завтра?
Этого никто не знал. Братья начали собирать дрова для костра. Вольф одолжил у Теотормона нож и принялся снимать со зверей шкуры.
Утром путешественники позавтракали остатками от вчерашнего пира, и Вольф повел их дальше. В каньоне было так же тихо, как и прежде; безмолвие нарушало лишь журчание воды в реке. Скалы в далекой вышине почти сходились друг с другом, а между ними сияло желтое небо. Иногда поодаль появлялись кенготемпусы. Роберт бросал в них камни, и однажды чуть не попал в одного. Прыгун исчез, словно
Через пару дней после последнего завтрака властители стали все чаще посматривать на местные ягоды. Паламаброн утверждал, что скверный запах еще ни о чем не говорит и ягоды могут оказаться вполне съедобными. И даже если их вкус не очень приятен, вряд ли они ядовиты. А раз уж им все равно суждено умереть, то почему бы не отведать ягод?
— Ну так давай, — сказала Вала. — Это твоя теория и твое предложение. Чего же ты ждешь? Проглоти несколько штук!
Она злорадно усмехнулась, видя, как в нем борются голод и страх.
— Нет! — вскричал Паламаброн. — Я не стану вашей подопытной свинкой. Зачем мне жертвовать собой ради вас? Я начну есть ягоды только вместе со всеми.
— Тебе захотелось умереть в хорошей компании? — спросил Роберт. — Кончай, Паламаброн. Или покажи себя, или заткнись, как говорят земляне. Ты только тратишь наше время на споры. Либо делай дело, либо забудь об этом.
Паламаброн понюхал ягоду, которую держал в руке, и, скорчив гримасу, бросил ее на скалистый грунт. Вольф пошел дальше, остальные последовали за ним. А еще через час он заметил новое боковое ответвление и отправился на разведку. Входя в ущелье, Роберт поднял круглый камень. Он хотел незаметно подкрасться к кенготемпусу и сбить его с ног, когда тот попытается скрыться.
Узкое ответвление не шло в сравнение с тем ущельем, в котором властители вели свою первую охоту. В дальнем его конце, объедая ягоды с куста, стоял единственный кенготемпус. Вольф опустился на четвереньки и медленно пополз к нему, прячась за камнями. Вольф преодолел уже половину пути, когда животное что-то заметило. Прыгун вдруг перестал жевать, сел и настороженно осмотрелся. Его нос задергался, уши завибрировали, словно телевизионные антенны при сильном ветре.
Вольф припал к земле и застыл. Голодная диета давала себя знать — от усилий и нервного напряжения он обливался потом. Ему хотелось вскочить, помчаться к прыгуну, наброситься на него, разорвать на части и съесть сырым. Он мог бы съесть его целиком, от кисточек ушей до кончика хвоста. Он переломал бы ему все кости и высосал костный мозг.
Но, преодолев голодное безумие, Роберт неподвижно распластался на земле. Он надеялся, что животное вскоре забудет о причине испуга и тогда к нему можно будет подползти поближе.
Но тут из-за скалы рядом с кенготемпусом появилось еще одно животное. Серый хищник напоминал размерами лису или койота. Длинную заостренную морду украшали волчьи уши красного цвета; сзади виднелся пушистый хвост. Пока кенготемпус смотрел в другую сторону, серый хищник пригнулся и прыгнул на зазевавшуюся жертву.
Но челюсти зверя поймали только воздух. Прыгун исчез, улизнув в будущее перед самой пастью врага.
Едва коснувшись земли, хищник тоже пропал из виду.
А затем перед Вольфом появились трое животных — два прыгуна и один хищник. Роберт, которому нравилось давать имена, тут же назвал его хроноволком. Он впервые видел существо,
которое по воле природы или Уризена не давало кенготемпусам перенаселять этот мир.Устроившись поудобнее, Вольф с интересом следил за развитием событий. Пара прыгунов исчезла, затем их число увеличилось до трех. А значит, первый кенготемпус и хроноволк прыгнули в будущее, но прыгун задержался там только на долю микросекунды и вернулся. Он как бы продублировал себя, и теперь хищник гонялся за двумя прыгунами.
Звери снова растаяли в воздухе, и вскоре Роберт увидел уже четверых — двух кенготемпусов и двух хроноволков. Охота продолжалась не только в пространстве, но и в странных коридорах прошлого и будущего.
Дождавшись, когда животные вновь одновременно прыгнули в никуда, Вольф подбежал к валуну, вокруг которого росло несколько кустов, юркнул под их защиту и выглянул из-за ветвей.
Рядом с ним появились семь животных. На этот раз при выходе из будущего волк оказался позади прыгуна. Он бросился на добычу, впился зубами в шею кенготемпуса — послышался громкий хруст, и жертва упала замертво.
Осталось семь живых зверей и одно мертвое. Животные носились взад и вперед.
Прыгуны исчезли. Волк отложил трапезу до лучших времен и последовал за ними. Он, видимо, не хотел оставлять их в покое.
И вновь шесть животных заметались по поляне. Внезапно два волка сцепились друг с другом, и один перегрыз другому горло.
На три секунды животных поглотило будущее. Вольф выскочил из-за кустов и замер. На этот раз он не прятался, надеясь, что неподвижная поза плюс ужас кенготемпусов и кровожадность волков на время отвлекут внимание животных, и они не заметят человека.
Из матки времени родился еще один волк — прямо какой-то партеногенез хроновиаторов.
Два волка набросились друг на друга, в это время третий хищник наблюдал за ними со стороны. Вокруг, охваченные паникой, скакали кенготемпусы.
Третий хроноволк отделился от своих сородичей, рванулся в гущу прыгунов и схватил за горло кенготемпуса, который в суматохе едва не налетел на него.
Теперь на земле лежали два хроноволка и два прыгуна.
Живые звери опять исчезли. При возвращении из будущего волку удалось поймать еще одного кенготемпуса. Жертва пискнула и упала со сломанной шеей.
Роберт медленно поднялся на ноги и повернулся к паре сцепившихся хищников. Когда один из них умер, он бросил камень в победителя. Тот, должно быть, краем глаза уловил движение и тут же исчез. Камень ударился о скалу. Вскоре хроноволк вновь появился из потока времени и быстро помчался к выходу из маленького ущелья.
— Прости, что я лишил тебя законной добычи, — крикнул ему вслед Роберт. — Но ты можешь поохотиться где-нибудь еще.
Он вернулся к своим спутникам и объявил, что удача вновь улыбнулась им. Мясо шестерых животных хватило, чтобы не только наполнить животы, но и запасти еды на следующий день.
Хорошие времена длились недолго, и наступил момент, когда властители трое суток оставались без еды. Они исхудали, их щеки запали, глаза ввалились, животы прилипли к спинам. В тот день Вольф разбил их по парам и отправил на охоту. Он думал попытать счастья в одиночестве, но Вала настояла, чтобы Роберт взял с собой Луваха. Ей захотелось поохотиться самостоятельно. Он спросил ее о причинах такого решения, и сестра ответила, что не намерена оставаться наедине с голодным мужчиной.
— Неужели ты считаешь, что кто-то из нас может съесть тебя? — пошутил Вольф.