Возвращение чудес
Шрифт:
Хорошее "но". Я никогда не являлся кому бы то ни было во сне. По крайней мере, осознанно.
– Значит, - сказала Луиза, - вы и вправду бывали там.
Я посмотрел на нее. Глаза девочки сверкали любопытством. А еще, наверное, восторгом.
– Ты тоже, - заметил я, протягивая руку.
– Но сон есть сон. Давай попробуем выполнить и это пророчество.
Мы шагнули.
Переход дался мне на удивление легко. Не знаю, почему, но я был уверен, что именно так и случится. Хотя ни одна из моих предшествующих попыток не удавалась.
Луиза крепко держалась за мою руку
Перед нами раскинулись бесконечные луга Фагры. Единственное место на всей планете, которое стоит посетить, зато какое! Подобного многообразия цветов и красок не встретишь, пожалуй, больше нигде.
Цветы и цветы до самого горизонта. Красные, синие, фиолетовые, белые, розовые. Весь спектр радуги со всем возможными оттенками. Дурманящий аромат. Непривычно темное небо с далеким белым солнцем. Разреженный воздух.
Вдоволь насмотревшись, мы сделали следующий шаг.
Громадное красное солнце пугающе нависло над головой. Под ногами - песок. Вдалеке - висящее в воздухе здание.
Сэхе. Лучшие умы галактики до сих пор думают о том, откуда мог взяться обычай хоронить умерших в огромном строении. И как местные обитатели создали столь грандиозное кладбище, по технологиям опередив своих собратьев из других миров на несколько тысяч лет, но при этом не догадались выйти в космос.
Пустыня, к сожалению, в своем обычном состоянии. До следующей церемонии придется ждать долго. Не меньше шести стандартных месяцев.
Идем дальше.
Джунгли на Гильсфаткхэне. Ничего особенного: когда кругом вечные сумерки, много не рассмотришь. А жаль. Сюда меня забросило во время службы в галактической полиции, и этот лес запомнился мне очень хорошо.
Дальше.
Ага, это мы на берегу океана. Все знакомо до боли. Паэна.
Луиза отпустила мою руку и подбежала к полосе мокрого песка. Следующая же волна мягко и настойчиво добралась до ее колен. Принцесса рассмеялась, зачерпнула воду в ладони и попробовала на вкус.
– Соленая, - сообщила она с триумфом, будто миг назад доказала какую-нибудь чрезвычайно важную теорему.
Затем девочка погрустнела.
– Всё как во сне, - она вернулась ко мне, вытирая руки о тунику.
– Но потом вы исчезали, а я видела того человека. Которого казнили.
– Другими словами, ты видела сначала будущее, а потом прошлое?
– уточнил я.
Луиза задумалась.
– Да, - сказала она наконец.
– Это прошлое. Но почему оно мне снилось?
– Ты опасаешься, что оно может вернуться.
Снова долгое молчание.
– Вы вправду уходите, - произнесла девочка тихо - так, что шелест волн едва не заглушил ее слова.
– А меня вернете домой. Я знаю. Там всё будет так же.
– Другими словами, после моего ухода для тебя жизнь станет прежней. Именно это ты чувствуешь, моя маленькая королева.
Я жестом пригласил ее идти, и мы направились к месту, где начиналась трава. Уселись, обратившись лицом к океану. Позади, отзываясь на бриз, шелестела листва деревьев.
– Но жизнь не будет такой же, - возразила Луиза.
– Я теперь могу ходить. И еще…
Она продемонстрировала сложенные лодочкой ладони. Между ними слабо затлел
огонек. Девочка гордо добавила:– Я знаю, что я не такая, как другие. Но… почему я не могу уйти с вами?
– Тебе кажется, что в другом мире будет лучше?
Луиза покусала губу.
– Мне не нравится, когда людей сжигают. Это неправильно.
Я посмотрел в небо. Здесь солнце еще не перевалило на закатную сторону. А в Милне уже вечер.
– Хочешь послушать сказку?
– спросил я, обращаясь к принцессе.
– Сказку из другого мира, в котором всё иначе.
– Расскажите!
– согласилась девочка. Подобрала края своего одеяния и устроилась поудобнее на траве.
И я начал рассказывать, вспоминая, как эта история уже звучала здесь, на Паэне.
Утреннее Облако родилась в самом начале смутного времени. Ее отец и старшие братья были убиты в разгоревшейся войне, когда она была еще совсем маленькой, поэтому она не могла сожалеть об их гибели больше, чем о гибели любого другого, павшего жертвой кровавых раздоров. Ее мать умерла от одной из болезней, которые стали распространяться вместе с голодом. Четырехлетняя девочка осталась одна. Ее могли бы подобрать уходящие от наступающих врагов крестьяне, но они были слишком озабочены собственными детьми: в то время каждый рот считался лишним…
Когда последние слова этой истории унес бриз, мы еще некоторое время сидели неподвижно. Луиза о чем-то думала.
– Я знаю, - заявила она с неожиданным воодушевлением.
– Чудеса внутри нас. Эта женщина изменила мир… и я тоже смогу. Пойдемте, доктор!
Маленькая принцесса решительно взяла меня за руку и шагнула. Передо мной замаячил знакомый балкон.
Трудно было идти следом, сохраняя невозмутимый вид. Может, Луиза мало что поняла, но это именно она переместила нас с Паэны домой!
Потрясающие способности!
В принципе, я выполнил всё, ради чего повторно прибыл на Фриду. Оставалось лишь проститься.
– До свидания, доктор!
– Луиза помахала мне рукой. Я знал, что в уголках ее глаз сейчас стояли слезы, но этого в темноте видно не было.
– Спасибо вам, Азар, - сказала королева, обняв меня на прощание.
– Вы так много для всех нас сделали. Благослови вас Бог!
– Прощайте, - кивнул Жерар.
– Может, мы о вас еще услышим.
– Всё возможно, - улыбнулся я.
– Но пусть у вас лучше не будет столь сильных неприятностей. Живите счастливо.
Отвернувшись, я зашагал вниз по склону холма. Нащупал на шее шнурок с пультом, снял, повертел в руках. Затем хмыкнул и, хорошенько размахнувшись, забросил его подальше. Неуклюжие транспортные средства мне больше не требовались.
По-прежнему не оглядываясь, я шагнул вперед. На борт "Аркадии".
Глубокой ночью новая звезда исчезла с небосклона. Кое-кто клялся, будто видел, как она очень быстро метнулась вниз, к горизонту. Но чудаку мало кто верил.