Чтение онлайн

— Отец, они уже здесь, — испуганно объявил его младший сын, понятия не имеющий, что делать дальше.

— Я вижу, успокойся и сядь. — Правитель устало потирал глаза.

Калеб подчинился без пререканий и занял свое место за массивным мраморным столом. Через открытое окно в комнату проникали пугающие звуки сражения.

— Что нам делать, отец? Может, пора бежать?

— Куда? Наши лица знает каждая собака континента. Во всей Аурлии не найдется места, где мы могли бы укрыться, — понуро ответил магистр.

Секретарь зашел за спину сидящего Калеба и уставился на огромную фреску символа веры.

—

Должен же быть какой-то выход! — Юноша с трудом сдерживал дрожь.

— Идиоты. Как вы могли все потерять, — негромко произнес Лэвден, не оборачиваясь.

Услышать подобное от всегда сдержанного и исполнительного секретаря не ожидал никто. Даже Калеб замолчал и на секунду отвлекся от творящегося вокруг ужаса. Он сидел спиной, и ему не было видно, как Лэвден обернулся. Лицо секретаря кардинально преобразилось, на нем теперь не было и следа ужасающей болезни, а волосы вновь стали густыми и сильными. Потерявший от такой наглости дар речи магистр молча наблюдал за магическим преображением своего помощника. Тот не спеша подошел к Калебу и положил руку на его голову.

— Как ты позволил себе произнести подобное в присутствии верховного магистра! — пришел в себя юноша.

Это были его последние слова. Крепкая рука с нечеловеческой скоростью заставила его удариться лицом о твердый стол. Несколько вылетевших зубов поскакали по мраморной поверхности. С поразительной ловкостью Лэвден шесть раз повторил свое действо, превращая лицо принца в кровавую кашу. Гримаса ужаса застыла на лице отца. Двое гвардейцев сорвались с места, обнажив мечи. Секретарь расправился с ними голыми руками, не потратив на это ни одного лишнего движения.

Оглядывая запятнанные кровью ладони, Лэвден перевел взгляд на магистра, который от ужаса сросся со своим креслом. Так же неторопливо секретарь подошел к его преосвященству и взял лицо старика в ладони.

— Спаси душу мою, Создатель! — сказал магистр, завороженный пронзительным взглядом глаз секретаря.

— Душу? Ты подвел меня, самодовольный глупец. Уверяю тебя, покой ты не обретешь даже после смерти.

— Что ты такое? Демон?! — Потеряв остатки самообладания, магистр затрясся в ужасе.

— Негоже первому лицу моей церкви богохульствовать. Я твой бог. Это мне ты поклонялся каждый день на протяжении своей жалкой жизни. — Прямо на глазах магистра Лэвден окончательно перевоплотился в Вендэля.

Перестав черпать силу из веры аурлийцев, он вновь окунулся в источник, переполненный оставшейся в мире энергией порядка. Надо ли признать, что он давно не чувствовал себя так хорошо. Лицо магистра исказил первобытный ужас.

— Нет! Нет! Нет! Не может этого быть! — Выпученные глаза старца были готовы вылететь из орбит.

— Именно так, — спокойно произнес Вэндель и с этими словами надавил большими пальцами на глазницы магистра.

Послышался нечеловеческий вопль. Старик метался из стороны в сторону, но так и не смог подняться с кресла. Закончив со своим делом, Вендэль подошел к окну. Сражение уже проходило на ступенях дворца. Опустив окровавленные руки в чашу для священного омовения, он принялся оттирать пальцы.

— Кажется, твоей игре в бога пришел конец? — Неожиданно раздавшийся голос не заставил Вендэля вздрогнуть.

— Как давно ты за мной наблюдаешь? —

обратился праотец к своему старшему брату, проекцию которого начал ощущать, только когда снова начал черпать силу из порядка.

— С тех пор, как началась война. Знаешь, ты давно не был в большом мире, там многое поменялось. Ты бы заметил меня раньше, если бы не заигрался в свой эксперимент. Честно говоря, выглядел ты совсем худо, и я уже даже начал переживать за тебя, — ухмыльнулся призрак.

— Братская забота. Я тронут, — саркастично ответил секретарь.

— Было интересно посмотреть на твою жизнь. Видел, как ты сжульничал тогда, в пустыне. Как же твой знаменитый принцип невмешательства? Не удержался? Признаю, что способ ты выбрал производящий впечатление. Землетрясение? Давно я не видел явления столь мощной магии. Жаль, что не помогло.

— Лазар тоже здесь? — проигнорировал его слова младший брат.

— Ого, всемогущий Вендэль действительно многого не знает! Наш дорогой брат бросил этот мир, забрав с собой остатки старшего народа. Никогда не думал, что мы станем настолько слабы, что этот дар Гаетейн действительно сможет пригодиться, — в этот раз в голосе Лотэйра сквозила обида.

Услышав эти слова, Вендэль даже на секунду прервал свое занятие. Он мог ожидать подобного от старшего из братьев, но точно не от совестливого Лазара. Стало быть, дела в большом мире действительно были совсем плохи.

— Что ты намерен делать теперь, братец? В последнее время я, к сожалению, тоже не при делах, так что следить за тобой стало моим любимым развлечением, — съехидничал Лотэйр.

— Кто бы мог подумать, что первый из праотцов, тот, кого называют Покровителем воинов, превратится в столь жалкое существо! — с этими словами Вендэль сделал несколько пасов руками, заставляя раствориться проекцию брата.

— Как грубо, — улыбнулся вернувшийся в свою материальную оболочку Лотэйр, наблюдая за сходом лавины на одном из снежных пиков гор.

Оставшись в одиночестве, сменивший не одну личину за все время его маленькой игры в бога Вендэль в последний раз выглянул в окно. Агрессии к нападавшим он не испытывал. В конце концов, эти люди тоже были его творениями. Подойдя к одной из фресок, он нажал на ничем не выделяющийся на общем фоне рисунок ветки и открыл потайной проход. Во всем мире он был единственным, кто знал о его существовании. Архитекторы и строители этого чуда, ведущего из самого сердца собора прямиком за окраины города, умерли множество поколений назад.

Наблюдая за происходящим с балкона резиденции канцлера, оруженосец Эдвард стал свидетелем того, как мятежники ворвались во дворец. Апартаменты канцлера располагались на одной из возвышенностей, в отдалении от центра города. Нападавшие сконцентрировались на захвате собора, и Эд до поры до времени чувствовал себя в относительной безопасности.

Чарли Рокуэл был одним из первых, кому удалось ворваться в комплекс сооружений, обеспечивающих центральный собор. Он чувствовал, как ослабевает действие эликсира, сокращая и без того небольшие остатки уготованного ему времени. Пророчество Га-либа сбывалось. Древний бывал здесь прежде во время своего обучения в академии целителей. Прекрасно ориентируясь, он понимал, что терпеть боль ему осталось очень недолго.