Восстание ликанов
Шрифт:
"Прости меня, Люциан, - подумала она.
– Надо было больше внимания уделить твоим предупреждениям".
Она надеялась, что увидит своего возлюбленного вновь.
Люциан беспокойно слонялся по двору. Его глаза искали в тумане за воротами какие-либо признаки возвращения Сони. Он с тревогой старался услышать цокот копыт или стук катящейся повозки. Вестники Смерти, смешавшись с придворными, толпились у ворот, ожидая прибытия смертной делегации, чтобы приветствовать ее. Виктор и Высший Совет отсутствовали; разумеется, они считали ниже своего достоинства встречать простых смертных. Любой посетитель замка должен был сам представиться Старейшине и его прославленному
"И хорошо", - думал Люциан, благодарный Виктору за отсутствие. Он и так напряжен, не хватало еще беспокойства о проверках Старейшины, особенно после смутного намека Таниса. Он вспомнил тревожное чувство, которое терзало его прежде, когда они расставались с Соней. Возможно ли, что вездесущий писец узнал об их тайной связи? Самой мысли было достаточно, чтобы наполнить душу Люциана ужасом. Танис был ушами Виктора. Что он уже сейчас может рассказать отцу Сони?
Может, он только подозревает?
Слабый шум, донесшийся из -за стен замка, сразу вытеснил эти проблемы из его головы. Люциан, запрокинув голову, напряг слух, чтобы разобрать тревожный звук, который никто во дворе, казалось, пока не заметил. Он принюхался.
Это был вой?
И запах голодного зверя?
"Нет", - прошептал он. Его сердце сжалось. Он с уверенностью знал, что его опасения сбылись.
Соня была в опасности.
Грязная лапа вырвалась из лесной земли. Острые как бритва когти погрузились в ногу лошади Ивана, со сверхъестественной силой впившись в нее. Вестника Смерти застали врасплох, лошадь в панике заржала, яростно взбрыкивая, но как будто втягивалась в трясину, в ненасытные зыбучие пески. Сотни фунтов визжащей конины с грохотом свалилось на землю. Иван вывалился из седла. Его доспех загремел о каменистую почву.
"Что происходит?
– растерялась Соня. Ее шлем выскользнул из рук и со звоном отскочил от ближайшего валуна. Потрясенная внезапным поворотом событий, она едва заметила потерю.
– Не понимаю!"
Падение жеребца испугало лошадей, запряженных в повозку. Они в страхе попятились, толкая назад всю процессию. Заднее колесо попало в глубокую колдобину на краю дороги, и экипаж накренился. Внутри повозки раздались удары от падения хрупких тел.
Девушка и ее семья в ужасе закричали. Возница без толку понукал обезумевших лошадей.
– Боже, спаси нас!
– Воскликнула безымянная девушка.
– Я не хочу умирать!
В отличие от закованных в броню дестриэ Вестников Смерти, упряжные лошади не были обучены не обращать внимания на суматоху боя. Закусив удила, обезумевшие животные отчаянно бились в безумном желании спастись от ужаса, который, казалось, напал из ниоткуда. Они рвались из хомутов до тех пор, пока упряжь с громким треском не порвалась надвое. Поводья выскочили из рук кучера, и напуганная пара с закрепленными шлеями ускакала, оставляя повозку позади. Лошади исчезли в тумане, но не ушли далеко. Через несколько мгновений какофония дикого рычания и мучительных стенаний пояснила всем, кто мог слышать, об их ужасном конце. Звучало, будто обреченные лошади были разорваны кровожадными клыками и когтями.
Именно так и было.
Предсмертные крики зарезанных лошадей не избежали острого слуха Люциана. Он сразу понял, что Соня и ее спутники всего в нескольких шагах от такой же участи. Он подбежал к ближайшему Вестнику Смерти и крикнул:
– Пошлите туда людей, БЫСТРО!
Вампир выглядел
озадаченно и немного раздраженно, должно быть, решив, что перед ним простой ликан. Люциан, к своему ужасу, понял, что никто не слышал воя. Вестники Смерти обменялись между собой недоуменными взглядами, сбитые с толку несдержанностью кузнеца. Никто не принял его всерьез."Дураки!
– гневно подумал он.
– Что с вами? Разве вы не слышите, как они гибнут?"
– Утихни, парень!
– Коста, подъехав на коне, выхватил арбалет из рук Люциана. Он лениво развалился на большом черном жеребце.
– Думаю, твой поводок слишком туг.
На его боку свернулся кнут с серебряным наконечником. Он перебирал рукоять, хмуро глядя на Люциана. По презрительному выражению его глаз было ясно, что он не забыл вчерашней стычки. Он стремился найти предлог, чтобы преподать урок выскочке-ликану.
– Пошел пр...
– Их слишком много!
– Вскричал Люциан. Он отчаянно пытался донести суть до насмешливого надзирателя.
– Их перегрызут!
Но в ответ Коста только зарычал и схватился за кнут. Люциан понял, что нет ни смысла в каких-либо объяснениях с ним, ни достаточного времени, чтобы пререкаться с недоумевающими Вестниками Смерти. Не теряя ни мгновения, он прыгнул на Косту и выбил испуганного надзирателя из седла. Тяжело приземлившись на мостовую, вампир крякнул от боли. Перемещаясь быстро, прежде чем остальные Вестники Смерти смогли остановить его, Люциан занял место Косты в седле. Он сунул сапоги в стремена и пришпорил коня пятками. Хотя он редко прежде ездил верхом, жеребец послушался. Он взял в галоп, чуть не затоптав кучку вампиров, столпившихся у ворот. Растерявшийся Вестник Смерти поднял меч, и Люциан выхватил оружие из рук вампира. Второй рукой он изо всех сил сжимал поводья - и конь выскочил со двора.
– Остановить его!
– В ярости кричал Коста.
– Не дайте ему уйти!
Люциан ожидал, что в любой момент арбалетный болт ударит его в спину, но, видимо, неорганизованные Вестники Смерти были слишком ошеломлены неожиданным побегом ликана, чтобы отреагировать достаточно быстро. Люциан благополучно миновал подъемный мост, и был уже вне досягаемости лучников замка, прежде чем кто -то, наконец, осознал, что только что произошло. Беговые копыта взрывали землю под ним. Влажный, липкий туман окутал скакуна и всадника.
Он не оглядывался. Сейчас ничто не имело значения - только бы добраться до Сони вовремя. Звуки жестокого боя звенели в ушах, подгоняя его вперед.
Он жестоко сдавливал бока жеребца.
– Держись, Соня!
– тихо умолял он. Сердце колотилось в его груди.
– Я иду!
Соня разворачивала Гекату, когда с глухим ударом свалилась еще одна из лошадей стражников. Всадник, по имени Бласко, упал на землю, так же осев грудой размахивающих конечностей и покореженного металла. Обнаженный меч вылетел из его пальцев. Непотребно ругаясь, он пытался нащупать оружие.
Окровавленные когти, возникшие из-под земли, рвали ногу поваленной лошади. Соня потрясенно смотрела на кровавую бойню, пока, наконец, не осознала то, что происходит вокруг.
"Святая кровь Корвина, оборотни напали на нас снизу!"
Из завалившейся повозки раздались крики. Намереваясь защитить пойманных в ловушку смертных, Соня натянула поводья Гекаты, направляя лошадь к экипажу. Она едва вытащила посеребренный меч, как, словно из ожившего кошмара, неистовый оборотень запрыгнул на бронированную крышу повозки. Зверь схватил кричащего кучера обеими волосатыми лапами и сорвал его с сидения так легко, словно это была детская кукла.