Чтение онлайн

Ванесса посмотрела на него.

– Правильнее спросить об этом ее.

Андреас с сомнением покачал головой, но затем согласился. В тот же день, когда Шарлотта вернулась из школы, Ванесса осторожно спросила ее об этом. На мгновение Шарлотта застыла, пораженная.

– Он хочет, чтобы я уехала?

– Мне кажется, да. – Ванесса с грустью смотрела на нее. – Но я не возьму тебя с собой, если ты сама не захочешь. Можешь остаться с ним в Афинах.

В конце концов, Андреас не мог заставить ее забрать с собой эту девушку. К тому же она всегда могла вернуться за Чарли в Грецию позже.

– Нет. – Шарлотта покачала головой.

Она знала Андреаса лучше Ванессы. – Он отошлет меня в Париж или еще куда-нибудь. Он не хочет, чтобы я находилась здесь, когда наступит конец. – Они уже обсудили все это два года назад. Шарлотта посмотрела на Ванессу и кивнула: – Я хочу поехать с тобой.

Ванесса не сказала больше ни слова, она только обняла сестру и крепко прижала к себе. Все материнские чувства, которые, как ей казалось, никогда в ней не проснутся, излились на этого ребенка, так похожего на ее мать. Ванесса чувствовала себя так, словно ей вернули то, что отняли давным-давно. Круг замкнулся.

Вечером они сообщили Андреасу, что Шарлотта согласилась поехать в Америку. Он сказал, что поручит своим адвокатам обеспечить перевод необходимых средств и всего, что им может потребоваться. Его секретарь позаботится о подходящей школе для Шарлотты в Нью-Йорке. Андреас считал наилучшим вариантом католическую школу, управляемую монахинями, однако подобная идея не привела Шарлотту в восхищение. Ей хотелось учиться в более «демократическом и американском» заведении, хватит с нее монахинь, надоевших ей здесь, в Афинах. Но ее так манила перспектива вернуться в Штаты, что она не стала жаловаться насчет школы. В целом следующие две недели атмосфера в доме имела горьковато-сладкий привкус, а радостное возбуждение, вызванное предстоящим отъездом, пронизывала печаль.

За три дня до отъезда Ванесса позвонила Тэдди и Линде и сказала, что привезет с собой Шарлотту. Она писала им длинные письма о том, как счастливо проводила время в Афинах, как великолепно относился к ней Андреас. Однако ни словом не обмолвилась о романе с ним. Она считала эти отношения глубоко личными, но Линда все-таки почувствовала, что с Ванессой что-то произошло, что-то сверх того, о чем она писала.

– Вы встретите нас в аэропорту? – спросила Ванесса. Она рассказала про болезнь Андреаса, и они поняли, как ей тяжело. Но конечно же, не могли знать, насколько тяжело приходилось ей на самом деле. Они не знали, как сильно она любила Андреаса.

– Конечно, встретим, – радостно заявил Тэдди. – Мы даже привезем с собой малыша. – Затем, подумав, спросил: – Хочешь, позвоню Джону Генри?

– Нет, – мгновенно ответила Ванесса.

– Извини.

– Все нормально. Не волнуйся об этом. Я позвоню ему, когда вернусь. – Но голос ее звучал несколько безразлично.

– Он звонил нам пару раз, спрашивал, есть ли от тебя известия. Думаю, он беспокоится.

– Знаю. – Она послала ему всего лишь две открытки в самом начале путешествия и больше ничего с того самого момента, как приехала в Афины. Она не могла писать ему. Она не могла сосредоточиться на обоих сразу. Андреас увлек ее целиком. – Я сама позабочусь об этом.

Тэдди подозревал, что все кончено, и, повесив трубку, высказал свое предположение Линде.

– Думаю, она все еще не готова.

– Может быть, и нет. – Линда немного встревожилась, но отправилась приглядеть за малышом.

В Афинах полным ходом шли приготовления к отъезду. Наконец упаковали последние чемоданы. Несколько коробок

с вещами, в частности радиоаппаратуру Шарлотты и другие громоздкие вещи, отправляли кораблем. Андреас как-то сказал, что они могут приехать навестить его месяцев через пять, на Пасху, но больше об этом почти не вспоминали. Через несколько дней стало очевидно, что рак прогрессирует очень быстро.

В ночь перед отъездом Ванесса сидела рядом с кроватью Чарли и рассказывала ей про жизнь в Нью-Йорке, про Тэдди, Линду и малыша.

– Разве у тебя нет приятеля? – Ванесса отрицательно покачала головой, и Шарлотта разочарованно поинтересовалась: – Почему?

– Просто нет. У меня есть друзья. – Тут Ванесса подумала о Джоне Генри и почувствовала легкое угрызение совести. Некоторым образом именно благодаря ему она приехала в Афины. Он заставил ее сделать это. – Есть один человек, с которым я встречаюсь.

– Как его зовут?

– Джон Генри.

– Он мне понравится? Он красивый?

Шарлотта выглядела маленькой девочкой, когда свернулась в кровати клубочком, и Ванесса улыбнулась, глядя на нее.

– Да, красив, мне кажется. И думаю, тебе он понравится.

– Я обязательно найду себе приятеля, – решительно заявила Шарлотта.

Ванесса улыбнулась и встала.

– Ладно, но сначала спи.

Между собой они почти не говорили об Андреасе. Ванессе это казалось довольно странным, но Чарли, судя по всему, смирилась со сложившейся ситуацией. В ней чувствовалось нечто фатальное, словно она была гораздо мудрее своих лет. Андреас отлично подготовил ее.

– Спи крепко. Увидимся утром.

– Спокойной ночи. – Когда Ванесса подошла к двери, Шарлотта внезапно спросила: – Ты идешь к Андреасу?

Ванесса замерла. «Неужели она знает?»

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто спросила. Он тебя очень любит, знаешь?

И тогда Ванесса решилась признаться.

– Я тоже люблю его. Очень сильно.

– Хорошо. – Шарлотта ничуть не встревожилась. – Тогда мы будем любить его вместе.

Все случилось так, как и говорил Андреас: они навсегда унесут его с собой в своем сердце.

Ванесса осторожно закрыла за собой дверь и спустилась вниз к Андреасу, где всю ночь провела в его постели. Они крепко сжимали друг друга в объятиях, наконец он крепко уснул у нее в руках. В этот момент она знала, что он будет с ней всю оставшуюся жизнь.

Отъезд получился кратким и мучительно болезненным. Шарлотта, стиснув зубы, крепко обняла Андреаса, затем отошла на шаг и, не спуская с него глаз, сказала:

– Я люблю тебя, Андреас.

– Я тоже люблю тебя, – сказал он и быстро добавил: – До свидания.

С Ванессой проводы были чуть продолжительнее. Андреас крепко привлек ее к себе, ощутив на мгновение тепло ее тела, прильнувшего к нему, затем отстранился.

– Возьми с собой все, чему ты научилась, и хорошенько распорядись всем этим, дорогая. Дарю тебе два подарка – свое сердце и свое мужество.

Андреас произнес эти слова так тихо, что, кроме Ванессы, никто ничего не расслышал. Отходя, он вложил Ванессе в руку маленькую коробочку. Его глаза молили, чтобы она взяла ее. Затем объявили посадку, началась суета, Андреас ушел, а Ванесса с Чарли заплакали. По трапу они поднимались, поддерживая друг друга, и лишь когда самолет оторвался от земли и набрал высоту, к ним вернулось желание поговорить.