Чтение онлайн

И наконец пришло сообщение от Амины: «Я готова», и я тут же оплатил портал, и в дальнем конце тронного зала воздух затрепетал и раскололся по швам, и из его чёрного зева стали выходить фигуры.

Первыми выплыли вампиры Амины — десяток бледных, изящных воинов и воительниц в различной лёгкой броне, с холодными глазами и острыми клыками. За ними посыпались, спотыкаясь и постукивая костями, маленькие скелеты гоблинов — неказистые, но многочисленные. Затем из портала тяжёлой, уверенной поступью вышел Гран. Его змеиная кожа лоснилась при свете факелов.

И последней, с лёгкой, почти танцующей

— Ну что, — бросила она, оглядывая собравшиеся войска, — на паладинов идём? Давай, сейчас мы их тут всей толпой отпиздим!

В её тоне было столько азартного ожидания развлечения, что у меня даже уголок рта дёрнулся. Но ненадолго.

— Ну-у-у… тут немножко… другой бой будет, — начал я, делая шаг навстречу. — Против пауков…

Я не успел договорить.

Слово «пауков» повисло в воздухе, и лицо Амины изменилось с комической быстротой. Всё её весёлое ожидание сменилось абсолютным, первобытным ужасом. Её глаза округлились, кожа стала ещё бледнее, если это вообще возможно.

— … кого? — выдавила она.

— Пауков, — повторил я, уже предчувствуя беду. — Больших там… маленьких… — больше она ничего не слушала. Амина резко развернулась и с визгом «А-А-А-А! НЕТ!» бросилась обратно к порталу. — Эй, стой! — заорал я.

Но она уже продиралась сквозь ряды своих же гоблинских скелетиков, расталкивая их в панике, пиная ножками, пытаясь пробиться к мерцающему проходу.

— Не пойду! Не пойду я с пауками драться!

— Ольха, держи её! — скомандовал я.

Нага рванулась вперёд с поразительной для её размера скоростью. Её змеиный хвост метнулся, как чёрно-зелёная молния, и обвил Амину вокруг талии и рук, прежде чем та успела сделать ещё три шага.

— А-а-а! Отпусти! Отпусти, гадина! Они же волосатые! И многоножки! И глаза! У них глаза!

— Да успокойся ты, блядь! — я подошёл к ней, пока она билась в хватке Ольхи. Вокруг нас замерли и мои воины, и вампиры Амины, и Гран, наблюдавшие за спектаклем с каменными лицами. — Ладно, не пойдёшь в лобовую! Я тебе другое поручу! Будешь во фланге наших магов охранять! Пауков, может, и не увидишь вообще!

Амина замерла, вся в ловушке из мускулистого хвоста, и посмотрела на меня заплаканными, но полными надежды глазами.

— Правда?

— Ага. Договорились?

Она глубоко вздохнула, дрожь в теле понемногу стихла.

— Договорились, — прошептала она, больше похожая на испуганного ребёнка, чем на грозную хозяйку подземелья. — Только… чтобы они не подходили. Ладно?

— Постараемся, — вздохнул я, кивая Ольхе. Та медленно, недоверчиво разжала хвост. Амина, потирая бока, нерешительно отошла от портала, который к этому моменту уже бесшумно закрылся, отрезав путь к бегству. — Теперь, — я обвёл взглядом всех присутствующих, от своих командиров до слегка помятых вампиров и скелетов Амины, — все на места. Пора начинать. Наша цель — не геройство, а результат. Бейте быстро, бейте жёстко, и вдруг что — отходим по команде. Всем понятно?

В ответ раздался глухой гул согласия — лязг оружия, скрежет костей, низкое рычание. Армия тьмы была готова к походу.

Я поднял руку и

— Выдвигаемся.

Глава 15

Лиловый туман медленно рассеивался, уступая место бледным лучам солнца, пробивающимся сквозь редкие просветы. Но свет, падавший на город, не приносил облегчения — он лишь обнажал чудовищные масштабы разрушений. Площадь была усеяна грудами тленного праха, обломками костей, почерневшей броней и телами павших — всем, что осталось от армии Сайлона и от тех, кто противостоял ей.

Паладины и инквизиторы стояли среди этого хаоса — израненные, покрытые сажей и запекшейся кровью. Победа была, но ликования она не принесла. Цена казалась слишком высокой. Вротослава больше не было. Их братьев и сестёр полегло больше половины. И над всем этим висел один неразрешённый вопрос: а точно ли это конец?

Верховная Инквизитор Элоди, опираясь на плечо брата Теодора, подняла голову. Её лицо было мертвенно-бледным, в глазах стояла боль, но в глубине горела неутолимая, холодная решимость.

— Его физическая оболочка уничтожена, — её голос, хриплый и тихий, тем не менее услышали все окружающие. — Но дух такого лича… он мог успеть перенести сознание. Пока мы не найдём и не уничтожим Сердце Некрополиса, эта победа — иллюзия. — она провела взглядом по уцелевшим, задерживая его на самых измождённых лицах. — Отдохните. Залатайте раны. Восстанавливайте силы… недолго. Затем делимся на три группы. — она повернулась к Теодору. — Брат Теодор, твоя группа идёт в замок графа. Проверить, обыскать всё — подземелья, тайные покои. Любые следы концентрации тёмной магии.

Теодор кивнул, его лицо оставалось непроницаемой маской усталости.

— Будет сделано, сестра.

— Вторая группа, — Элоди перевела взгляд на оставшихся в строю, но потрёпанных инквизиторов во главе со старшим жрецом, — вы ищете Сердце снаружи. Обыщите руины храма, подземные ходы, канализацию — всё, что могло служить прибежищем его силы. Двигайтесь методично. Не упустите ни одного следа.

Жрец склонил голову в знак согласия, его руки невольно сжали посох.

— Третья группа… все, кто ранен или на пределе, — она подавила новый приступ кашля, и её голос, хоть и стал тише, не потерял стальной твёрдости, — под моим началом. Мы обыскиваем улицы и дома. Наша задача — найти выживших горожан. Вытащить тех, кто отсиделся в подвалах, кто ранен и не может кричать. Но будьте настороже. Пока мы не найдём ядро, создание некрополиса нельзя считать остановленным. Отдельные твари могут подняться вновь, а отчаяние и страх людей будут продолжать питать его.

Окружавшие её выслушали приказ в гробовой тишине, лишь кивками и взглядами подтверждая своё понимание. Затем началась короткая, отлаженная суета. Жрецы, чьи голоса ещё не сорвались от непрерывных молитв в бою, развернули заговорённые свитки восстановления.

Длинные, монотонные напевы не требовали большой траты их собственной маны — энергия была вложена в пергамент при создании, — но требовали времени и концентрации. Светящиеся печати медленно плыли над рядами воинов, затягивая самые страшные раны, очищая разум от налипшего ужаса и скверны.