Волшебная дорога
Шрифт:
Келдера уже не удивляло, что хозяйка харчевни приветствовала Ирит по имени. Не мешала она и трапезе: ушла на кухню, как только поставила еду на стол.
Единственный недостаток такого плотного завтрака обнаружился в самом конце, когда Келдеру, предложившему оплатить счет, назвали сумму в два раза больше той, что он ожидал услышать. Платить он вызвался потому, что мужчине положено платить за свою даму. Опять же Ирит ничем не показывала, что у нее есть деньги. Теперь он пожалел о своей поспешности.
– Много, однако.
Ирит пожала плечами:
– Лучшее всегда стоит дорого. На Тракте вообще цены довольно высокие.
Келдер скривился, но заплатил.
Подкрепившись,
Около полудня они миновали еще одну сторожевую башню. Ирит сказала, что это граница Амрамиона и Иондры. Стражник пропустил их, не задавая ни одного вопроса.
– Охрана из Амрамиона, – пояснила Ирит, когда Келдер полюбопытствовал, чем вызвано полнейшее безразличие к их персонам. – Им важно знать, кто входит в Амрамион, а кто выходит – их не волнует. Стражник из Иондры наверняка бы нас допросил, но Иондра свои границы не охраняет.
Они проследовали дальше.
Ирит, похоже, не знала устали, а вот Келдер уже с трудом передвигал ноги. Сил ему хватало лишь на то, чтобы не отставать от девушки, с интересом разглядывающей растущие по обочинам кусты и порхающих над цветами бабочек. Камни и пыль не доставляли ей никаких хлопот, что в немалой степени удивляло Келдера: шла Ирит все-таки босиком. У него ступни давно горели огнем, а полусапожки, совсем еще новые шестиночье тому назад, заметно пообтрепались. А на миниатюрных ножках Ирит, защищенных лишь собственной кожей, не появилось даже царапинки.
И Келдер вновь задался вопросом: кто же она такая? Версия насчет ученицы чародея поначалу казалась Келдеру весьма убедительной, но при детальном рассмотрении разваливалась на глазах. Ей же всего пятнадцать лет – как она могла успеть столько сделать и повидать?
Ирит явно что-то недоговаривала, и если ему, Келдеру, суждено обратить пророчество в явь и жениться на ней, эта тайна должна быть раскрыта.
Как могла девушка, моложе его по возрасту, столько путешествовать? Почему она странствует одна, почему у нее нет семьи, друзей, почему ее везде знают? Почему она не устает? Может, тут тоже не обошлось без магии?
Ирит, конечно, прелесть. Как с крыльями, так и без. Когда он приведет в Шулару такую жену, когда родственники и соседи увидят ее, у них отпадет всякое желание посмеиваться над его стремлением повидать Мир. И уж вряд ли кто-то посмеет назвать старую Зиндре шарлатанкой. Если за пределами Шулары можно встретить сказочных красавиц летуний, есть смысл уходить из дома.
Келдера так и подмывало прямо сейчас объясниться с Ирит и пойти с ней обратно в Шулару, но ему не хватило духа.
Ирит скорее всего ответила бы отказом. Да, относится она к нему дружелюбно, но не влюблена же по уши и не так беззаботна, чтобы разом отказаться от своих, какими бы они там ни были, планов и последовать за ним на ферму. И уж конечно, достаточно благоразумна, чтобы не выходить замуж за незнакомца, которого только что встретила на дороге. Даже если Келдеру очень этого хотелось, с чего бы ей во всем ему потворствовать?
Келдер решил подождать, пока мимолетное знакомство постепенно перерастет в любовь.
Кроме того, возвращаться домой рановато: он не повидал обещанных пророчеством чудес, не нашел своей судьбы. Великие города, бескрайние равнины, страшные чудовища, магия ждали его впереди.
Зато он обзавелся проводником, который на Великом Тракте чувствовал себя как рыба в
воде. Без Ирит Келдер никогда бы не остановил свой выбор на “Усталом Путнике”, не попробовал бы бесподобной еды, которой там кормили. Девушка могла вывести его и на другие чудеса. У Келдера не было уверенности, что бисквит должен проходить по разряду чудес, но по вкусу равному ему точно не было.Еще через час они добрались до Йондра Кип, маленького, древнего, увитого виноградом и иссеченного дождем и ветрами замка, стоящего на вершине холма, с деревушкой, жавшейся к его стенам. Ирит посмотрела на замок, и на ее лице отразилась тревога.
– Келдер, может, нам остановиться здесь на ночь?
– Но ведь до вечера еще далеко, – удивился юноша. – Зачем останавливаться так рано?
– До Кастл Ангаросса еще четыре или пять лиг, – объяснила Ирит. – Поэтому засветло мы дойти туда не успеем, по крайней мере ты не успеешь, а я не хочу лететь или идти быстрее тебя, это неинтересно. А Ангаросса... Скажем так, в пределах Ангароссы идти по этой дороге в темноте мне бы не хотелось.
– Э... А почему? Там что, драконы?
– Драконы? – вытаращилась на него Ирит. – На Великом Тракте? – Она улыбнулась, потом рассмеялась. – Ох, Келдер, ну ты даешь! Драконов тут нет и в помине. – Улыбка исчезла, и продолжила она более чем серьезно: – А вот бандиты есть.
– Понятно, – кивнул Келдер. Конечно, неплохо бы в присутствии Ирит разметать целую банду, но что он мог сделать одним ножом? Келдер оглядел Йондра Кип. – Ладно, давай переночуем здесь.
– Отлично! – Ирит радостно захлопала в ладоши. – Я знаю одно местечко!
Глава 4
Гостиница находилась не на Великом Тракте, а в глубине деревни, за рядами домов и лавок. Маленький домик, всего с четырьмя комнатами наверху, причем одну из них занимал хозяин. В зале стоял один длинный стол, за который одновременно могли усесться человек двенадцать.
Зато обслуживание и качество еды нареканий не вызывали. И Келдер с содроганием думал, какой ему выставят счет.
Естественно, впрочем, он этого ожидал, все знали Ирит. Не только хозяин гостиницы, но и половой, и повар, и другие постояльцы. Ирит представила Келлера. Он поклонился, в полной уверенности, что не сможет запомнить все имена и соотнести их с лицами.
За столом уже сидело с полдюжины купцов, чему, разумеется, удивляться не приходилось: кому путешествовать по Великому Тракту, как не торговцам? Келдер сидел и слушал бесчисленные рассказы о проведенных сделках. Купцы полагали, что истории эти очень интересные, но Ирит, извинившись, ретировалась на кухню, где и провела остаток дня, играя с котятами.
Келдер пришел к выводу, что поступила девушка куда как правильно. Зачастую он понятия не имел, о чем шла речь в историях купцов с их бесконечными уровнем цен, скидками и процентами.
На Великом Тракте говорили не только на торговом наречии. Келдер слышал и другие языки, но только в отдалении от Тракта, на улочках городков. Купцы же и путники поначалу обращались к незнакомому человеку на торговом наречии.
Поэтому, собственно, язык этот и получил такое название. Опять же, выучить его не составляло особого труда.
Лишь после обеда Келдер осознал преимущества маленьких гостиниц. Поскольку комнат было наперечет, одну он разделил с Ирит.
Келдер уже собрался поступить по-рыцарски и выразить готовность провести ночь на конюшне или в крайнем случае на полу, но по улыбке Ирит понял, что она обо всем знала заранее и не случайно привела его именно сюда: в другой гостинице, побольше и попросторнее, в одну комнату их могли и не поселить.