Вольные Астронавты
Шрифт:
— Знаете, мистер Бубль-Гум, это, все же, внутреннее дело жителей США… Ведь мое место жительства — космос. Гангстеры туда не суются по одной простой причине; юрисдикция независимых планет, колоний, да и самой Земли кончается на высоте в четыреста километров, на уровне таможенных терминалов. Выше этой отметки с гангстерами разговор короткий…
— М-р М несколько секунд смотрел на Зотика, помаргивая с видом оскорбленной добродетели, затем сухо сказал:
— Сразу после устранения Кабана, отправляйтесь на Венеру.
М-р М отключился. Зотик сидел неподвижно, держась обеими руками за штурвал, тупо уставясь вперед, на четкую линию
Зотик подумал, что слава Вселенной, Ареф не слышал разговора с боссом. В аккурат перед вызовом м-ра М он ушел в бытовой отсек подкрепиться. Это ж надо, так влипнуть прожженному вольному астронавту! Да по сравнению с м-ром М все пираты и гангстеры — новорожденные щенки. Увидев, наконец, воочию одного из владельцев кораблей и товаров, которые грабили пираты, Зотик понял, почему порой так дорого доставались победы в абордажах; если бы м-р М лично защищал свои товары, ни у одного пиратского капитана не было бы ни единого шанса завладеть ими.
Из бытового отсека вернулся Ареф с огромным ломтем хлеба, намазанным ежевичным джемом, в одной руке, и с литровой бутылкой лимонада — в другой. Он уселся в свое кресла, намереваясь предаться кайфу.
Зотик решил ему слегка подпортить аппетит, сказал:
— Ты от такой диеты, во-первых, растолстеешь, а во-вторых, у тебя все зубы сгниют, и ты разоришься, раз в год отращивая новые.
Арефу видимо надоело рыться в памяти Шкипера, потому как очень уж он неторопливо поедал свое излюбленное лакомство. А может, была и какая другая причина, по которой он с таким задумчивым видом глядел на обзорный экран.
Зотик проговорил:
— Охранник сказал, что я у мистера М служу для кофианальных поручений…
— Не смешно… — проговорил рассеянно Ареф, дожевывая хлеб. Он перевел взгляд на Зотика, и сказал: — А я у Сидорова двести тысяч выиграл в преферанс.
Зотик рад был поскорее отвлечься от мрачных мыслей, спросил с подначкой:
— Интересно, и кто ж тебя за игровой стол пустил?
— Сам Иван Ильич. Он за меня поручился; всем сообщил, что я старший офицер на Корабле.
— Погоди… А почему ты у Сидорова выиграл? Он редко сам играет, и то только с очень сильным игроком.
— Ну, перед этим, за столом, я обчистил пятерых или шестерых. В общей сложности на сотню тысяч с мелочью…
— Погоди, погоди! — Зотик прижал одну ладонь к виску, вторую пришлось оставить на штурвале: — Всего ты выиграл триста тысяч?!
— Ага. И еще за четыреста продал Сидорову свою систему.
— Какую еще систему?! — Зотик чуть не выпустил штурвал.
— Ну, я разработал систему, как играть в преферанс без проигрышей…
— Не может быть такой системы! В покере — есть, в некоторых других играх — тоже. Но для преферанса невозможно разработать систему.
— А что же я тогда продал Сидорову? — резонно возразил Ареф. — А главное, почему я их всех обыграл?
Зотик открыл рот, но сказать было нечего. Однако сказать что-то было надо, и тут его осенило:
— Послушай, но тогда выходит, что ты можешь рассчитать вектор и импульс
к т-скачку в тех случаях, когда параметры маршрута неизвестны?! То есть, ты можешь быть штурманом дальней астронавигации?!— Ага… — беззаботно обронил Ареф. — Я ж тебе толкую, что зря времени не теряю…
— Так, так… А если ты такой умный, то почему испортил отношения с Иваном Ильичом?
— Эт, почему же?! — изумился Ареф. — Наоборот, он остался в диком восторге от меня. И еще, Зотик, — Ареф стал жутко серьезным, — Иван Ильич мне кое-что объяснил из пиратских законов…
— Ты прекращай вольных астронавтов пиратами обзывать! В Нейтральной зоне и на дуэль могут вызвать… Ну, и при чем тут пиратские законы? Я теперь гражданин России, а не космический разбойник.
Ареф саркастически хохотнул:
— А Россия знает, что ты ее гражданин?.. Мне Иван Ильич объяснил, что еще не было случая, чтобы вольный астронавт, старший офицер, и тем более — капитан корабля, завязал бы со своим пиратством. И ты тоже вовсе не завязал, а живешь, руководствуясь законами Нейтральной зоны. И за любое из твоих последних делишек, самое меньшее, что тебе светит — десять лет на Меркурии, если, конечно, ты бы попался с поличным, или бы тебя сдал м-р М.
— А он меня сдаст?.. — ухмыльнулся Зотик.
— Он тебя уже один раз сдал. Неспроста к Фалу примчался крейсер.
— Да как бы он туда успел?! Монитор — посудина тихоходная. Пока вояки до Земли на нем добрались…
— Не такая уж и тихоходная. Мы-то разгонялись — не более чем на восьми жэ. Да если вояки шли к Земле на шестнадцати, крейсер рванул к Фалу — на двадцати, вполне могли нас обогнать. Я потом посчитаю… У меня к тебе, племянничек, совсем другой разговор; я, фактически, являюсь старшим офицером корабля и полноправным членом экипажа, рискую на равных с тобой, но почему-то не имею доли в добыче.
— Да, но я ж тебя не звал в экипаж, ты сам навязался… — упавшим голосом промямлил Зотик.
— Это потому, что ты заражен самомнением: синдром старшего брата… А если поглядеть, так из всех передряг ты выбрался целым и невредимым исключительно благодаря мне. Если бы не я, ты вообще бы не получил два модуля добра с Фала… Да и не выбрались бы мы оттуда. Это ж только благодаря пиратской «Рыси» крейсер не погнался за нами. Что б мы против него сделали с нашими двумя бризантными орудиями…
Зотику было невыносимо стыдно. Уважающие себя вольные астронавты вообще с большой щепетильностью относились к разделу добычи. Они могли подраться насмерть из-за пустяка, но дележ — дело святое. Да и то сказать, любой нечистый на руку капитан рискует лишиться своего экипажа, а то и головы.
— Ареф, прости, ради Вселенной! — вскричал Зотик. — Я как-то не подумал… Понимаешь, я просто не в состоянии осознать, что ты такой же пират, как и я. Ну, разве ж можно тебе в пираты?! Разве такую судьбу желала тебе твоя мать? Что бы она сказала, если бы я не обеспечил тебе возможности учиться? Тебе надо закончить школу, университет…
— Ага… — Ареф криво заулыбался, — поступить младшим клерком в банк, или младшим менеджером в какую-нибудь компанию. К шестидесяти годам стать старшим, и в восемьдесят выйти на пенсию с кругленьким капитальцем в банке, дохода с которого как раз хватит на однокомнатную квартиру в мегаполисе, и одну поездку в год на дешевый курорт. И так все оставшиеся сто лет жизни. Благодарю за заботу, племянничек, — и Ареф низко поклонился в кресле в сторону Зотика.