Волк в капкане
Шрифт:
— Есть, капитан. — Она чуть прибавила звук — Фредди пел одну из ее любимых песен. И только когда они въехали в Санкт-Моритц, у нее с языка все-таки сорвался вопрос, который почему-то не давал ей покоя:
— Арти, а ты имеешь в виду всех вообще или кого-то конкретного?
— О чем ты?
— Не о чем, а о ком. О твоих одноклубниках, с которыми я не должна сближаться.
Он нахмурился и раздраженно взглянул на нее, оторвав на миг взгляд от дороги:
— Черт, возможно, зря я это затеял.
Она похолодела:
— Затеял что?
Он остановил машину около отеля Waldhaus.
— Выходи. Пойдем.
«Он
Она быстро получила ключи от номера, Артур подозвал коридорного и попросил его отнести ее чемодан. Сам спросил сестру:
— Ну так как ты насчет выпить?
— Ну, пожалуй, немного фанты или сока.
В баре было уютно и почти темно. Артур указал ей на один из столиков, а сам пошел заказывать ей сок, себе — пиво.
Рене устроилась в кожаном кресле и достала сигареты. Зажигалка куда-то запропастилась — она обернулась, думая, у кого попросить. За столиком в нескольких метрах от нее сидели три девушки и курили. Отлично. Рене подошла к ним и успела услышать, как одна из них сказала:
— Он воображает, что, раз он такой смазливый, ему все можно! Ну, со мной этот номер не пройдет!
— Не воображает, — насмешливо возразила вторая. — Скорее всего, он уже не помнит, кто ты такая. Да, простите? — Она улыбнулась Рене.
— Здравствуйте, можно прикурить?
— Конечно. — Девушка щелкнула зажигалкой и, пока Рене закуривала, сказала подруге:
— Лично я себя не на помойке нашла и не собираюсь бегать за парнем, у которого девок наверняка больше, чем нормальный человек в состоянии трахнуть. Становиться тысяче-пятьдесят-пятой? Спасибо! Не говоря уже о том, что у него есть постоянная любовница. По-моему, ты зря за ним бегаешь.
Рене поблагодарила и отошла к своему столику.
Когда Артур вернулся, она прикуривала вторую сигарету от первой. Брат не очень вежливым жестом выдернул сигарету из ее руки и раздавил в пепельнице:
— Ты что вытворяешь? Одну за другой смолит, совсем офигела!
Она молча опустила голову, ничего не ответила, Артур пристально посмотрел на нее:
— Нечего реветь! Скоро вон никотин из ушей закапает!
— Я не хочу домой! — выпалила она.
— Кто говорит, что ты поедешь домой?
— Ты сказал, что зря меня привез! А мне страшно!
— Чего страшно, балда?
— Что ты меня домой отправишь!
— Да не отправлю, успокойся, глупая. Дома опасно, здесь я за тобой присмотрю.
— Обещаешь, что не отправишь?
— Раз ты обещаешь, что не будешь мне тут проблемы создавать — я тоже обещаю.
Рене успокоилась.
Она ужасно устала — не хватило сил даже сок допить. Наконец, Артур сказал:
— Ты сейчас челюсть вывихнешь от зевания. Иди спать.
— А ты?
— Время еще детское. Тебя провожу и пойду по своим делам.
Рене хотела было повозражать, но вместо этого позволила ему увести себя из бара. Он зашел с ней в номер, огляделся, велел немедленно ложиться спать и удалился. Надо же, как он меня опекать начал, подумала Рене. Раньше такого не было. Ну и ладно — ощущение чьей-то
заботы было для нее даже приятным. Хорошо, что брат ее опекает. Ей так спокойнее.Она уснула, кажется, еще не успев положить голову на подушку.
Ее разбудил телефонный звонок, и она, совершенно не понимая спросонья, где она и что происходит, наощупь схватила трубку.
— Я дал тебе выспаться, — гордо сказал брат. — Уже девять! Вставай, бегом завтракать и пойдем кататься. Я отпросился на пару часов, так что сам тебе тут все покажу.
— Ага, — хрипло со сна пробормотала Рене. — Иду.
Она положила трубку, потянулась и помотала головой. И открыла глаза.
О Боже!
Наверное, номер был специально спланирован таким образом, чтобы человек, просыпаясь, видел перед собой окно с великолепной многокилометровой панорамой гор. Светло-голубое небо, солнце, снег, и огромные горы, где-то коричневые, где-то ослепительно белые от снега, где-то покрытые лесом… Как же красиво! Рене сотни раз бывала в горах, но все же каждый раз радовалась, что видит такую красоту. Она выпрыгнула из кровати и подбежала к окну, чтобы полюбоваться еще видом на долину и на город. Ей даже повезло, в каком-то смысле, что она вляпалась в такую беду, потому что, не случись всего этого, она сейчас плелась бы под дождем на первую пару в университет. «Какая глупость! «Повезло!» — одернула она себя. — Везение хоть куда — побили и изнасиловали. Отлично!» Но о грустном думать не хотелось. На ходу стащив с себя пижаму, девушка помчалась в душ.
Глава 4
Канатка увозила их все выше и дальше в горы — внизу проплывали ели, каменные гряды, заснеженные плато, ухоженные, обработанные трассы. На некоторых было очень многолюдно, лыжники и сноубордисты на ходу грузились на парнокресельный подъемник и довольно скоро спускались. Рене тоже начала было готовиться к высадке, но Артур сказал:
— Да погоди ты, это красная трасса[1]. Наши тренируются дальше. Нам еще долго ехать.
Минут через десять они сошли с подъемника, но и это было еще не все — с маленькой площадки высоко в горах они перешли на другой подъемник, куда можно было пройти уже только по клубной карте. Артур провел Рене по своей.
Трасса внизу была почти пустая — по ней только изредка на безумной скорости пролетал кто-то из лыжников.
— Все, это уже наши, — сказал Артур. — Сейчас на этой трассе никого больше нет, требования безопасности. И интервал минута обязательно соблюдается — представляешь, что будет, если кто-то столкнется на такой скорости?
— Не представляю. Наверное, будет плохо.
— Это преуменьшение. Будет просто писец. Причем сразу обоим.
На трассе показалась девушка в красном комбинезоне. Артур оживился:
— Это Макс.
— Твоя подруга?
— Да, — он гордо улыбнулся.
— Хорошо едет, — сказала Рене с легкой завистью. — А это кто?
Высокий мужчина в желто-синем комбинезоне резко затормозил и съехал вбок трассы.
— Регерс собственной персоной. Тренер наш. Сейчас вон на той площадке встанет.
— А-а, — протянула девушка. — Он тоже здорово идет.
Тренер притормозил и достал что-то, похожее на уоки-токи[2].
— Еще бы не здорово, он тоже бывший профи. Вон Тони Раффнер. Один из лучших.