Волчья Яма
Шрифт:
Алан стоял, тяжело дыша, глядя, как его тело исчезает в бездне. Сердце бешено колотилось, адреналин всё ещё бурлил в крови. Ветер завывал, поднимая пыль и мусор, словно пытаясь стереть следы жестокой схватки.
В это время Вениамин Сергеевич, не веря своим глазам, с восхищением наблюдал за Никки. Лучевое оружие оставило на её спине жуткую рану. Крови почти не было, лишь несколько капель просочилось наружу, показывая, что это живая плоть. Никки тяжело дышала, судорожно втягивая воздух, и казалось, что этот момент станет для неё последним.
Стиснув зубы, она боролась за жизнь, стараясь не подвести людей внизу, доверявших
Боль была невыносимой. Каждая клеточка, каждый нерв кричали от боли, но Никки продолжала, и кожа медленно начала срастаться, восстанавливаясь под действием целительных способностей. Рана затягивалась на глазах, оставляя лишь тонкий шрам, который вскоре тоже исчез.
Дыхание Никки стало более ровным, и свет вокруг её тела начал угасать. Когда последний кусочек кожи восстановился, она подняла голову. Её глаза поблескивали зелёным светом, а на губах играла улыбка.
Алан, словно загипнотизированный, смотрел на неё, не в силах отвести взгляда. Его отчаяние сменилось радостью, и он бросился к Никки. Но в этот момент прямо над их головами появились два летающих военных кефрина. Они зависли над крышей, не торопясь снижаться. А затем на полквартала разнёсся грубый мужской голос:
— Положите оружие и отойдите от девушки в другой конец крыши!
Никки, будто и не была ранена, поднялась на ноги и, задрав голову, внимательно рассматривала кефрины. Её длинные волосы развевались на ветру, лицо было спокойным, а в глазах блестели азарт и ярость. Вениамин Сергеевич, стоявший рядом, с ужасом наблюдал за происходящим, прекрасно понимая, что никакое укрытие не спасёт их.
Военные начали снижаться, готовясь к атаке. Их мощные двигатели ревели, рассекая воздух, а оружие было направлено на небольшую группу людей, укрывшихся на крыше. Никки, не раздумывая, подняла руку. Её ладонь вспыхнула ярким золотистым светом, наполняя пространство необъяснимой силой.
Звуки выстрелов слились с криками ужаса. Кефрины, словно картонные игрушки, взрывались один за другим, не в силах противостоять её мощи. Огромные огненные шары вспыхивали в небе, разбрасывая металлические обломки во все стороны. Никки стояла неподвижно, направляя свою силу, словно опытный дирижёр, управляющий оркестром. Её энергия поглощала врагов, превращая их в пыль и дым. Алан с ужасом и восхищением наблюдал за ней, понимая, что перед ним истинное воплощение силы.
Обломки пылающих кефринов падали на землю. Никки медленно опустила руку, её глаза перестали светиться.
— Ты спасла нас, — прошептал Вениамин Сергеевич. — Это невероятно!
— Они не успокоятся, — вздохнула она.
И будто в подтверждение её слов, в воздухе раздался гул летящих ракет. Верхние этажи зданий напротив разлетелись на кусочки, словно игрушечные кубики.
— Они решили уничтожить Никки?! — воскликнул Алан.
— Сомневаюсь, — покачал головой Вениамин Сергеевич. — Эти ракеты обладают высокой точностью, и если бы они действительно хотели её уничтожить, нас бы уже не было в живых. Вероятно, это предупреждение. Нужно уходить. Если они поймут, что проигрывают, то попытаются устранить её. Она даёт нам слишком большое преимущество.
—
Не нужно никуда идти, — решительно заявила Никки. — Я попробую.— Что попробуешь? — удивился Вениамин Сергеевич.
— Купол. Мой отец не мог его создать — не хватало энергии. В мире, откуда он родом, женщины обладают большей силой. Я попытаюсь создать купол, и тогда исход битвы будет определён. Но я не уверена, что смогу.
Подойдя к краю крыши, она взглянула на раскинувшийся внизу город. Ветер нежно играл с её волосами, словно нашептывая мудрость предков. Закрыв глаза, Никки ощутила, как волны силы начали пульсировать внутри неё, наполняя каждую клеточку существа. Это чувство было подобно хаосу и покою, гармонично переплетающимся в душе. В ней пробуждалось нечто древнее, могущественное и неизведанное. Сначала появился страх — страх перед тем, что она не сможет контролировать этот источник энергии и он может разрушить всё вокруг. Но затем страх сменился чувством восторга и восхищения.
Её сила была одновременно и благословением, и проклятием. Никки чувствовала, как она пронизывает насквозь, подобно электрическому разряду, поднимающемуся от кончиков пальцев до макушки. Она могла ощущать каждую частичку мира вокруг себя — деревья, камни, воду и даже воздух. Всё это было ей подвластно.
Никки знала, что сила может нести как созидание, так и разрушение. Такой дар был подобен острию меча, и важно было научиться владеть им, чтобы не причинить вред ни себе, ни другим. В душе горело яркое пламя желания использовать эту силу во благо, защитить тех, кто дорог, и сохранить равновесие в мире.
Она вытянула руку вперед, и с кончиков пальцев сорвался поток ослепительной энергии, а вокруг её фигуры возникло едва заметное сияние. Никки глубоко вдохнула, и воздух завибрировал, откликаясь на зов. Луч на пару секунд замер, а потом энергия хлынула в стороны, образуя над кварталом защитный купол.
Свет, исходящий от неё, расширялся, словно гигантская сияющая раковина, охватывая целые районы. Купол медленно опускался, накрывая дома, улицы, людей, создавая непроницаемую защиту.
Наконец он стал прозрачным, словно тонкое стекло, и Никки опустила руки. На её лице сияла улыбка. Она была уверена, что сделала всё возможное для защиты жителей этого квартала. Теперь никакая угроза не могла проникнуть внутрь, и они были в безопасности.
— Ты великолепна, — прошептал Алан, приближаясь. Его голос был полон нежности. Он осторожно взял её за руку, ощущая, как постепенно стихает энергия и она возвращается в своё обычное состояние.
Никки улыбнулась, прижавшись к нему.
— Мы должны их защищать, — прошептала она.
— Всё будет хорошо. Вместе мы свернем горы.
Алан ласково гладил её по голове. Никки была его светом в этом мрачном мире, и он поклялся себе, что всегда будет рядом с ней, поддерживая и защищая, так же как она сейчас защищает этот квартал.
А внизу, на площади, бригады согнали пленных на середину и открыто ликовали. Их голоса сливались в единый громогласный хор и свист. Люди робко выходили на улицы и, присоединяясь к бойцам, праздновали победу. Все с интересом рассматривали купол, не понимая, что это такое и откуда он здесь появился.
— Нам пора вниз, — Вениамин Сергеевич направился к выходу с крыши.
— Но что дальше? — окликнул его Алан.
— Пошли! Сейчас соберём бригадиров и решим.
Они спустились, но как только вышли на площадь, толпа снова зашумела.