Чтение онлайн

— Если с Лионеллой что-то… Если они её убьют, я выжгу всё их гнездо, чего бы мне это ни стоило. — Впервые за период пребывания в этом мире Влад почувствовал, что ярость к врагам начинает пожирать его изнутри. Ощущение оказалось очень знакомым, только немного подзабытым, потерявшимся вместе с вычищенными неизвестными экспериментаторами воспоминаниями. Тяжёлый молоточек ударил по вискам, ломота патокой растеклась под черепной коробкой. Изнутри головы что-то стучалось, как будто новорождённый цыплёнок выбирается из скорлупы.

…Длинный коридор, затянутый пеленой остро пахнущего дыма и бетонной

пыли. Откуда-то из лестничного колодца, оставшегося за спиной, доносятся крики и глухие удары. Прикладом по чему-то мягкому. Сквозь пылевую завесу почти ничего не видно, в горле першит, несмотря на то, что нижняя половина лица замотана влажной тряпкой. Тяжесть автомата в руках уже не придаёт обычной уверенности. Сколько их осталось там, позади, товарищей, коллег, друзей, с таким же оружием, столь же хорошо (может, даже лучше) подготовленных, умных, опытных… Десять? Двадцать? Влад осознал, что не помнит, давно сбился со счёта. Коридор манит вперёд видимой безопасностью, пустынностью. Из боковой двери, метрах в пяти, падает солнечный свет, слишком радостный рядом с исковерканными взрывом стенами. Кажется, в пустом пространстве врагу негде спрятаться, но сделать первый шаг страшно. Только первобытная ярость помогает пересилить страх, и Влад идёт в коридор, очередной в этом чертовски большом здании…

Кардинал, нахмурившись, мерил шагами пространство шатра. Над переносицей прорезала лоб глубокая ложбинка, губы сжались в тоненькую ниточку. Пальцы нервно теребили края рукавов. Когда полог над входом распахнулся, глава инквизиции остановился и постарался придать лицу спокойно-безразличное выражение. В шатёр, склонив голову, вошёл санктификатор Лоренцо, верный заместитель и правая рука кардинала Гаэтано.

— Ваше высокопреосвященство…

— Докладывай, не тяни. Какие потери?

— Точно ещё неизвестно, монсеньор. Про многих мы ничего не знаем, потому что некоторые отряды не вернулись вообще, ни одного солдата. Скорее всего, они тоже мертвы. Или, как худший вариант, обращены в нелюдей…

— Противник?

— Потерь у оборотней тоже много. Самая большая удача — мы захватили ведьму, которая вела их в бой. Но до дома, где скрывается главный маг, дойти так и не смогли. Нелюди бьются насмерть, лишь бы не дать нашим войскам добраться туда.

Гаэтано в задумчивости покачал головой.

— Что ж, могло быть и хуже. Ведьму срочно отправить в Ватикан. Не дай Бог, оборотни отбить её попробуют. Нам не нужны лишние жертвы. Войскам отдыхать, но выставить усиленные дозоры. Не забывайте, что ночь — время тёмных сил. — Кардинал помолчал. — Я же просил, чтобы Чезаре зашёл ко мне, как только вернётся.

Лоренцо отвел глаза.

— Ваше высокопреосвященство, видно у меня такой крест — сообщать вам плохие новости. Отряд, который возглавлял ваш сын, не вернулся в лагерь, ни один человек.

Волки один за другим перекидывались. Старший провёл ладонью по плечу, из которого сочилась кровь.

— Стрелой зацепили, — пояснил он Конраду.

Мага, как видно, мало заботило лёгкое ранение оборотня, и он нетерпеливо спросил:

— Она там?

— Лионеллы нету в лагере инквизиции. Мы не смогли подойти

близко к их позициям — защита стоит, заклинания-сторожа и прочее. Но зато, обойдя по кругу и зайдя в тыл, наткнулись на дорогу, по которой из Рима им подвозят провиант и прочее. Там её провезли совсем недавно, по направлению к городу. Запах ещё в воздухе витал. Немного не успели, а то бы постарались отбить.

— Вряд ли удалось бы её освободить неподготовленным наскоком. — Конрад, преодолев волнение за девушку, начал мыслить стратегически. — Только сами бы погибли и информацию не принесли. Значит, её в тюрьму повезли, побоялись среди леса оставлять, чтобы мы лагерь штурмовать не пришли.

— Один из пленников оказался незаконным сыном главы римской инквизиции. — Конрад с аппетитом поглощал жаркое. Сегодня утром наконец выяснилось, кто же был тем загадочным поваром, ежедневно готовившим завтраки: в этот раз Комольцев застал юную верволчицу, колдующую над котелком около камина. За окошком занимался рассвет, но солнце ещё не взошло.

— Отлично! — обрадовался Влад. — Значит, оправдались надежды на ценного заложника. Его можно обменять на Лионеллу. Думаю, папочка с радостью согласится спасти жизнь своему отпрыску.

Самочувствие у Влада было такое, словно он вчера здорово перебрал спиртного: голова гудела, как пустая кастрюля, воспоминания обрывались на поляне совета, дорога до дома и последующая ночь представляли сплошной чёрный провал. «Нет, было что-то ещё… Коридор, автомат, взрыв…» Парень чуть не подавился завтраком, когда до него дошло, что то видение было картиной его прошлой жизни, до Эксперимента.

— Маловероятно, что они согласятся выпустить из своих лап такой лакомый кусок, как настоящая сильная ведьма, знающаяся с агрессивной нечистью. К тому же волки выяснили, что Лионеллу увезли в Рим, так что на обмен рассчитывать не приходится. — Маг побарабанил пальцами по столу. — У нас появился лучший вариант, чем рисковать парламентёром. Этот пленный мальчишка знает подземный ход, ведущий от берега Тибра к Ватикану. Он проведёт нас в самое логово святых выродков, а наша задача — найти девушку и вернуться в течение одной ночи.

— А если обманет? — с сомнением спросил Влад. — Заведёт нас в ловушку. И сами пропадём, и Лионелле не поможем.

Конрад цинично хмыкнул:

— Жить захочет — не соврёт. Я же умею отличать правду от лжи.

— Да, удобная способность. Как я понял, выдвигаемся мы вечером?

— Как только я проснусь.

Под глазами мага темнели круги, и сейчас он выглядел как никогда старым. Влад подумал: «И как я мог настолько ошибиться, подумав, что ему чуть больше тридцати?» Теперь он бы дал Конраду все шестьдесят.

— А если инквизиторы казнят её раньше? Целый день ждать!

— Во-первых, сейчас я всё равно не смогу никуда пойти, даже если б хотел. Во-вторых, Святой Трибунал никогда никого не казнит на месте, требуется провести судебный процесс по всем правилам. В нашем случае, судилище должно быть особенно пафосным и показательным. Ну, и в-третьих, если её убьют раньше, то ты об этом сразу узнаешь, потому что я не проснусь.

Влад вопросительно поднял бровь, ожидая расшифровки последнего довода.