Чтение онлайн

– Значит, волки тоже любят картошку?

– Мм. Мы, волки, вовсе не питаемся круглый год одним мясом. Мы едим и мягкие ростки с деревьев, и рыбу. Овощи, которые выращивают люди, вкуснее, чем ростки. И еще мне очень нравится людская идея греть мясо и овощи над огнем.

Говаривали, что кошачий язык не переносит горячего; у волков такого, по-видимому, не было. Всего два или три раза подув на горячую половинку картофелины, Хоро целиком запихнула ее себе в рот. Лоуренсу показалось, что этот кусок ей не по рту; и точно, Хоро тут же начала давиться. Лоуренс спас ее, кинув мех с водой.

– Ффуф, я даже испугалась немного. Человеческая глотка слишком узкая,

увы. Это так неудобно.

– Ты волчица; конечно, ты привыкла поедать пищу одним глотком.

– Мм. Видишь, у нас, волков, нет вот этого, - с этими словами Хоро подцепила пальцем и потянула уголок губы; видимо, она имела в виду щеки, - потому мы и не можем жевать медленно. Однако я и прежде картошкой давилась.

– О.

– Возможно, это судьба – картофель и я не созданы друг для друга.

«Это просто потому что ты слишком быстро ешь!» - подумал Лоуренс, но вслух решил этого не произносить.

– Ты раньше говорила, - вместо этого сказал он, - что можешь различать ложь и тому подобное, верно?

Услышав этот вопрос, Хоро повернула голову, не отвлекаясь от слизывания сыра с картофелины. Когда она уже, казалось, собралась что-то сказать в ответ, она внезапно устремила взор куда-то в сторону и резко выбросила руку. Прежде чем Лоуренс успел спросить «в чем дело?», рука Хоро замерла в воздухе, словно поймав что-то.

– Я не думала, что здесь все еще есть блохи.

– Этот твой гладкий мех наверняка отличное обиталище для блох.

Человек, занимающийся перевозкой тканей или длинношерстного меха, время от времени неизбежно подхватывает блох, и избавляться от них приходится с помощью дыма. Вспомнив, как ему самому приходилось такое переживать, Лоуренс и произнес эти слова. На лице Хоро отразилось удивление; затем она выпятила грудь и надменно заявила:

– Ты и сам знаешь, что мой хвост очень красив и замечательно смотрится.

Глядя на очередное проявление детскости Хоро, Лоуренс вновь решил оставить свои мысли при себе.

– Ты говорила, что всегда знаешь, лжет человек или нет, это правда?

– Хм? Ну, более или менее.

Хоро вытерла руку, которой поймала блоху, и снова принялась за картошку.

– Насколько хорошо тебе это удается?

– Например. Я знаю, когда ты только что упоминал мой хвост, ты на самом деле вовсе не желал его восхвалять.

Лоуренс на мгновение оцепенел от удивления. Хоро радостно хихикнула.

– Хотя это не всегда получается. Будешь ты верить моим словам или нет – это уже твое дело.

Хоро произнесла эти слова с таким плутовским видом, что, казалось, в их комнату вот-вот ворвется бес или маленький демон из потустороннего мира, и слизнула с пальцев сыр.

Лоуренсу Хоро внушала страх; но если на этот раз он поддастся на ее подначивания, кто знает, что Хоро придумает в следующий. Приведя мысли в порядок, Лоуренс продолжил гнуть свою линию.

– Ну тогда позволь тебя спросить: как ты думаешь, можно ли верить тому, что сказал тот юнец?

– Юнец?

– Парень, который говорил с нами в большом зале.

– О. Хехе, юнец, да?

– Что в этом странного?

– Ну, для меня вы оба юнцы.

Лоуренс подумал, что если он не найдет по-настоящему достойного ответа, то его будут поддразнивать снова и снова, так что он проглотил слова, которые вертелись у него на языке.

– Хех, ну вообще-то ты выглядишь более зрелым, чем он. Что касается юнца - думаю, он лжет.

При этих словах Хоро Лоуренс мгновенно успокоился и пробормотал про себя: «Так я и думал».

Во время беседы с Лоуренсом в большом

зале юный бродячий торговец Зэлен упомянул о возможности заработать много денег. Возможность эта была связана с тем, что некую имеющую хождение серебряную монету вскоре должны будут начать чеканить с увеличенной долей серебра. Если его сведения верны, то старые монеты будут более низкого качества, чем новые, хотя номинал их будет одинаков. По сравнению же с другими деньгами новые серебряные монеты с большей долей серебра будут дороже старых. Поэтому если кто-то будет заранее знать, какую именно монету заменят, все, что ему надо будет сделать – это закупить большое количество таких монет, а потом обменять их на новые; немалая прибыль ему обеспечена. Зэлен утверждал, что ему известно, о какой из множества имеющих хождение в этих краях монет идет речь. Однако чтобы получить эти сведения, Лоуренс должен будет поделиться с ним частью прибыли. Конечно же, Лоуренс не мог просто принять слова Зэлена на веру. Он не сомневался, что те же слова Зэлен говорил и другим торговцам.

Хоро смотрела в пространство, припоминая детали услышанного ей разговора. Затем она отправила в рот картофелину, которую все это время держала в руке, проглотила ее и сказала:

– Я не знаю, в каких именно словах была ложь; и вообще, детали разговора мне не очень понятны.

Лоуренс кивнул и принялся размышлять. Он и не ожидал, что Хоро прямо скажет, какие слова таили в себе ложь. Если только выдумкой не была сама замена денег, можно было заключить, что Зэлен лгал в каких-то деталях, касающихся монет.

– В этих делах с обменом денег вообще-то ничего удивительного нет, вот только...

– Ты не можешь понять, почему он лгал, верно?

Хоро выщипнула из картофелины глазок и засунула ее в рот. Лоуренс вздохнул. Похоже, он уже в полной власти Хоро.

– Когда произносится ложь, самое важное не в чем ложь, а почему она была произнесена.

– Как ты думаешь, сколько лет мне понадобилось только на то, чтобы это понять?

– Вот как? Ты только что назвал этого мальчишку Зэлена «юнцом», но, с моих лет, это все равно что горшок дразнит котелок, что тот закоптился, - с этими словами Хоро горделиво улыбнулась. Лишь в ситуациях, подобных этой, Лоуренс жалел, что Хоро выглядит как человек. Такая юная на вид, она давным-давно постигла все те законы, на понимание которых Лоуренс потратил столько усилий – для него это было унизительно.

Пока Лоуренс так размышлял, до него донесся голос Хоро.

– Если бы меня здесь не было, как бы ты поступил?

– Хм... сперва я бы решил, правду он говорит или лжет. А затем я сделал бы вид, что принимаю его предложение.

– А почему ты бы так сделал?

– Если он сказал правду, все, что мне нужно – это плыть по течению, и в конце концов я получу прибыль. Если он солгал, это значит, кто-то что-то затевает. В этом случае, если только я буду сохранять осторожность и не дам себя обмануть, я тоже могу что-то заработать.

– Мм. Ну что ж, раз я здесь и уже сказала тебе, что он лгал, то теперь?..

– Хм?

Лоуренс вдруг осознал, что в словах Хоро кроется глубокий смысл; и наконец-то он понял.

– ...А.

– Хех, тебе не нужно было с самого начала злиться, что я знаю больше тебя. Как бы то ни было, ты решил сделать вид, что принимаешь его предложение, верно?

Лоуренс взглянул на лукавую улыбку Хоро и не нашел что возразить.

– Последняя картофелинка моя.

Хоро, не слезая с кровати, протянула руку, взяла со стола картофелину и с наслаждением разломила ее надвое.