Чтение онлайн

— Господа, я предлагаю компромисс, — встрял в разговор глава Департамента торговли и производства Эдвард Ливингстон.

— Мы знакомы с вашей позицией, господин медик, — съязвил Джонатан Дейтон.

Эдвард Ливингстон был доктором медицинских наук и весьма популярной личностью от штата Нью-Йорк. Однако, в политике разбирался слабо, чаще следуя популярным решениям. Между тем, именно он смог сформулировать некую центристскую резолюцию, которая более подходила для тех, кто выступал за всяческую поддержку Франции, прежде всего против Великобритании. С другой стороны, решение позволяло хотя бы сохранить лицо для федералистов, в большинстве выступающих за нейтралитет.

— Если знакомы, так озвучьте! — потребовал

Джефферсон под аплодисменты конгрессменов.

Всё-таки в Конгрессе большинство было у республиканско-демократической партии.

— Экстерриториальность… — Дейтон нехотя стал рассказывать о сущности предложения группы депутатов под руководством Ливингстона.

Предлагалось не признавать эскадру официально, притом поддержать их требования в области быта и снабжения. Обеспечивать англичан-мятежников и выжидать время. Английское правительство должно пойти на встречу и освободить из-под ареста министра САСШ по делам Великобритании Руфоса Кинга, ныне пребывающего в английской тюрьме. САСШ заявляет о неизменности своей политики с тем, что они готовы выплатить компенсацию за «старые и изношенные английские корабли». Естественно, что такая компенсация будет размером всего-то в тридцать процентов от реальной стоимости эскадры. А ещё для некоторых бунтовщиков, кто обладает важной флотской специальностью, будет предоставлено американское гражданство, что решит проблему квалифицированных кадров в молодом и пока сильно слабом американском флоте.

Подобное решение также имело намёк на то, что в противном случае американцы могут пойти на поводу общественного мнения и начать действенно помогать французам. В частности, как и некогда англичане, американцы могли бы заняться раздачей каперских патентов. Тогда каперы были бы способны парализовать работу англичан в Канаде.

— Принято, — обречённым тоном констатировал итоги голосования спикер Дейтон.

Раздались аплодисменты. Решение показалось своего рода отыгрышем от предательства Франции со стороны американцев. Мол, САСШ имеет принципиальную позицию и всячески защищает свою демократию. Попросились люди стать частью самого справедливого государства в мире, им не отказали, пусть и с некоторой оглядкой на международную обстановку.

Теперь большая эскадра Ричарда Паркера будет получать довольствие от американского правительства, заниматься охраной побережья, ну, и «прогуливаться» в сторону французской Луизианы, а также испанских Флориды, Кубы и других колоний. Никаких серьёзных действий, лишь обозначение резко возросшей морской мощи САСШ. И не важно, что на кораблях будет флаг Американских Штатов, временно же.

Планы на эти территории, могущие стать новыми штатами, уже есть, потому демонстрацией силы можно приблизить тот момент, когда САСШ начнёт прирастать новыми землями на запад от своих владений, заполучит Луизиану и Юго-Восток Северной Америки.

— Есть ещё один вопрос, на мой взгляд проще, — придя в себя после проигрыша, продолжил заседание Джонатан Дейтон. — От некоторых русских торговцев, как написано в письме, пришло прошение о строительстве трёх кораблей, причём военных.

— Россия резко против Франции. Так что таким шагом вы, мистер Дейтон, приобретёте новый аргумент в любезном разговоре с любимыми англичанами, — с издёвкой заметил Джефферсон.

— Если это предотвратит новую войну с Великобританией и позволит заработать немного денег с тем, чтобы не застаивалась наша кораблестроительная отрасль, я согласен, — парировал спикер Палаты представителей.

— На фоне вероятного ухудшения торговых отношений с Англией, нам будет полезно искать иных партнёров, — заметил пока ещё глава Департамента торговли и производства Эдвард Ливингстон.

Десять минут, и решение строить русским корабли было принято. Решено было ответить на письмо согласием и ожидать

полной предоплаты за корабли. Но вот предыдущий вопрос всё равно вновь вызывал споры, и к нему вернулись. Правда, изменить уже ничего не получится, голосование состоялось.

Казалось, что ситуация решилась, и позиция для переговоров с Великобританией существует, чтобы только не рассориться вдрызг. Вот только подобное решение САСШ создавало серьёзнейший прецедент. Теперь для любых британских корабельных команд есть очевидный выход, если они вздумают бунтовать.

Ранее что оставалось бунтовщикам? Идти в ненавистную Францию или соглашаться с теми небольшими уступками, на которые шли власти. А теперь есть путь для отступления.

Не понимать этого в Лондоне не могли. Поэтому уже скоро начались дебаты в английском парламенте по тому, насколько именно увеличивать довольствие в английском флоте. На бюджет Великобритании резкое увеличение довольствия и снабжения Роял Нэви ложилось тяжёлым бременем. Кроме того, может и временная, но потеря большого количества сильных кораблей, создавала серьёзные бреши в обороне Британских островов, колоний и в международной политике.

Мало того, что-то затевается в Ирландии. Есть сведения, что французы контрабандно завозят туда оружие. Нехватка боевых кораблей для патрулирования проливов и побережий создаёт благоприятные условия не только для того, чтобы поставить большую партию оружия ирландцам, но и переправить инструкторов или даже регулярные войска революционной армии. И вот этот шанс, в отличие от мятежей на английских кораблях, французы упускать не собирались [в 1798 году в Ирландии было восстание, спровоцированное Францией, но оно захлебнулось, в том числе из-за проблем снабжения восставших морем].

Глава 7

Усадьба Званка

11 июня 1797 года

Из бурлящего Петербурга я, стараясь унять волнение, ехал в имение Званка, принадлежавшее жене Гаврилы Романовича Державина. Усадьба располагалась под Великим Новгородом, так что дорога от Петербурга не была слишком долгой и утомительной. В этот раз я не спешил, загоняя коней. Не за чем. Может быть, я подсознательно не хотел удаляться от Петербурга, зная о том, что там сейчас идут криминальные войны, ну, или война с криминалом.

По пути до меня дошло одно сообщение, что пока всё складывается почти что удачно. Но это самое «почти» и смущало. Не обошлось без стрельбы. Всё-таки среди бандитов встречаются люди, может, и с погаными, но сильными характерами, не захотели они умирать за просто так. Есть потери и среди моих людей. Но в целом, мы взяли вверх.

Бандиты не смогли быстро сориентироваться, когда лишились вожаков. Роль главаря в криминале часто деспотичная, и, потеряв лидера, нередко банды распадаются или относительно организованно уходят к другому вожаку. Были случаи и междоусобной войны за главенство. Так что в первый день, когда брали основные хазы, всё получалось без лишних проволочек.

А потом бандиты организовались, и остатки криминального мира Петербурга стали наносить ответные удары. Две попытки спалить рестораны отбили, вот тут уже была и стрельба, и потери.

Ох, и подставил же я петербургского генерал-губернатора Петра Палена. Его величество будет крайне раздражён и недоволен службой своего любимца. Ну, да Бог с ним, с этой лживой паленовской душонкой.

Одним из главных вопросов, который особенно меня беспокоил, был: прознали ли бандиты, откуда дует ветер. Пока складывалось впечатление, что могут быть лишь догадки. Так что связать меня и стрельбу в столице сложно. Да и выглядит всё так, что мои люди защищаются, но не нападают, поэтому я отринул всё в сторону и ехал к Державину в предвкушении интересного и полезного общения.