Водородная Соната
Шрифт:
Тефве встала, выпрямившись, когда яркий экран внезапно возник перед ней, затемнив часть неба и накрыв её тенью. Дрон создал голодисплей, подобно волшебному шкафу повисший перед женщиной. На голопроекторе были видны два зерна, сильно увеличенные в масштабе. Одно было размером с голову Тефве, зазубренное, кристаллическое, с прямыми краями, шпилями и выемками, ничем не напоминая породу. Оно переливалось дифракционными цветами. Другое было размером с гальку, похожее на стеклянную блестящую бусинку и выглядело как идеальная сфера.
— До и после, — пояснил дрон, выключая экран и позволяя солнечному
— Ты полируешь их по отдельности? — спросила она.
— У меня есть процессы, машины для первоначальной грубой полировки, — сказал ей дрон. — Затем все частицы проверяются по отдельности, лично мной. Любую дальнейшую полировку, которая требуется, я так же произвожу сам.
— Это кажется немного навязчивым.
— Тщательная забота может показаться таковой тем, кто не желает признавать её истинную ценность.
— Я имела в виду, что ты можешь просто выбрасывать бракованные частицы.
Хассипура сделал вид, что задумался об этом.
— Я счёл бы подобное оскорбительным, — сказал он наконец.
— Ты странная машина.
— Потому что я устроил свой дом здесь, а не в центре города, среди моих дорогих собратьев-дронов и многих, многих восхитительно общительных людей?
— Неужели это всё, чем ты занимаешься? — спросила она, оглядывая сеть каналов, водопадов, плотин, бассейнов, озер и песчаных водоворотов. Она хотела назвать сухие, изогнутые мосты акведуками, но не смогла. Может быть, силикадуки?
— Да. Ты находишь это каким-то неадекватным?
— Нет, в каком-то смысле это даже прекрасно. У тебя действительно нет воды?
— Нет. А зачем мне вода? Мне она не нужна, как и комплексу песчаного потока. Вода создаёт возмущения и грязь. Вода засоряет комплекс и заставляет его работать менее эффективно. Здесь вода — это загрязнитель.
— А часто тут случаются дожди?
— Почти никогда, к счастью.
— И все же, разве у тебя не должно быть немного воды для гостей, посетителей?
— Я стараюсь не поощрять посетителей.
— А как насчет усталых путников? Или если какой-нибудь бедняга вдруг приползёт по песку и будет изнывать от жажды и хрипеть в поисках воды?
— Потерявший свой терминал, и не способный сообщить в хаб или куда-нибудь ещё, что ему нужна помощь?
— Гипотетически.
— В этом случае я бы сам позвонил в хаб. Сколира, я так понимаю, ты хочешь пить?
— Не совсем, но…афора.
— Ты должна была захватить с собой больше воды.
— У меня ещё осталось немного. Я дам ему попить в ближайшее время.
— Ты приехала из Чьян’тиа?
— Да. Если что — подробности в моем терминале.
Дрон на мгновение замолчал.
— Плюнул в тебя? — сказал он спустя секунду. — Не может быть, чтобы так хотелось пить.
— Вполне может.
— Я собираюсь посетить различные части комплекса в течение следующего часа. У тебя есть что-нибудь, что позволит тебе перемещаться
по воздуху?— Нет.
— Тогда тебе лучше забраться на меня, если мы все ещё хотим поговорить. А я так понимаю, ты все еще хочешь поговорить. Было бы слишком опрометчивым думать, что ты просто проходила мимо и по счастливой случайности я оказался на пути.
— Спасибо, я так и сделаю. И, конечно, я здесь с определенной целью.
— Я вроде как догадался.
Дрон медленно опустился примерно до уровня бёдер Тефве. Она забралась на борт и села, скрестив ноги, на его широкую спину. Воспарив в горячий сухой воздух, они поднялись примерно на десять метров к небольшому складу техники, установленному на тщательно выровненной площадке из застывшего расплавленного камня. Участок выглядел как стекло, отражая резкие блики солнца.
Афора, приютившийся в тени валуна размером с дом, поднял голову, когда увидел её на дроне. Он выглядел растерянным, но недолго. Едва они растворились в мареве, животное опустило голову, уткнувшись в темный песок и снова закрыло глаза.
Дрон поднял небольшую трубку и некоторое время осматривал её, поворачивая то в одну, то в другую сторону перед сенсором увеличения, проходящим вдоль его тупого носа. Затем он заменил её и перешел к другому стеллажу, на котором находилось то, что выглядело как миниатюрное горнодобывающее оборудование.
— Ну и как далеко всё зашло? — спросил он.
— Достаточно далеко.
— Кто тебя послал?
— Куча кораблей.
— Слышал ли я о ком-нибудь из них?
Она перечислила названия.
— Это секция Контакта?
— Нет чёткой генерации. Некоторые помогают добровольно. ОСЭ, например. Думаю, им просто скучно. Было некоторое затишье.
— А, Обычно Связанные Элементы, — дрону удалось произнести это почти с тоской. — А “Терпимая Усмешка” действительно активно участвует?
— Это скорее… желание с его стороны.
— И чего же ты хочешь, Тефве?
— От тебя? Узнать местонахождение нашего старого приятеля Нгароэ КьиРиа.
— Полагаю, я должен был догадаться. С чего ты взяла, что я что-то знаю о нём?
— Да ладно.
— Хорошо. Почему ты думаешь, что я скажу тебе?
— Это важно.
— Почему?
— Долго рассказывать. Он может вспомнить что-то, что подтверждает одно заявление. Утверждение, которое может иметь большое значение для огромного числа людей.
— Тебе придется сообщить мне больше.
— Сколько у нас времени?
— Весь день.
— Ладно.
Она рассказала ему предысторию. К тому времени, когда она закончила, дрон добрался почти до вершины выработки. Отсюда, с высоты около шестидесяти метров над поверхностью пустыни и солончаков, она могла видеть практически всю сеть комплекса песчаных потоков: все силикадуки, каналы и бассейны, озера, водоемы и плотины, все подъемные колеса и винты, которые перемещали песок от самого основания. Сверху песок напоминал странно окрашенную воду, а крутые склоны слегка сглаживались, создавая иллюзию естественного пустынного оазиса. Подъемные колеса медленно вращались, зачерпывая тёмную массу из одного бассейна и пересыпая её в более высокий. Работавшие в унисон, они выглядели как гигантские часы, приводимые в движение песком и светом.