Водный Мир
Шрифт:
— Нам пора переселяться, — говорит Тэйн. — Только теперь уже не вверх по холму. Для всех там просто не хватит места.
Мару вновь охватывает страх. Она вцепляется Тэйну в руку.
— Нужно искать новое место в этом мире, — говорит Тэйн. — И как можно скорее, Мара, пока ещё не слишком поздно…
Буря
Мара смотрит на Тэйна широко распахнутыми глазами. Страх заглушает все остальные чувства.
— Но где? — шепчет она.
— Помнишь, когда ты была маленькой, я рассказывал тебе про огромные города, построенные высоко над океаном?
— Но это же просто сказка! —
— Нет, не сказка, — качает головой Тэйн. — Помнишь, я говорил, что видел по телевизору, когда еще были телевизоры, передачу о самом первом таком городе? Тогда эти города только начинали строить. Их называли городами Нового Мира.
Мара с завистью смотрит на большой серый ящик, слепой и безмолвный, пылящийся в дальнем углу комнаты. Тэйн рассказывал ей про телевидение.
— Значит, эти города и вправду существуют? — спрашивает она с сомнением
— Не знаю, — отвечает Тэйн. — Не знаю, пережили они потоп или нет. Но должны были. Не знаю, много ли построили таких городов. Перед самым потопом в новостях сообщали, что вся информация о городах Нового Мира внезапно исчезла. А потом разразилась беда, и не стало вообще никакой информации. Все боролись за выживание. Позже мы пытались выяснить что-нибудь по Сети — так называлась старинная общемировая компьютерная система связи.
Мара кивает. Она хорошо знает, что такое Сеть.
— Мы долго искали, но так ничего и не нашли. Сеть тоже была разрушена, и выуживать там информацию было всё равно, что искать иголку в стоге сена. И потому мы бросили гадать, что же происходит там, во внешнем мире, и сосредоточились на себе. Но я уверен, что эти города все-таки построили! И их должно было быть очень много.
В отчаянии Тэйн ерошит свои седые волосы.
— Мне всегда казалось, что наши рыбаки заплыли недостаточно далеко. Они были смелыми людьми, но всё же испугались, не обнаружив континента на привычном месте, и повернули назад. А если бы они продолжили плыть, то, возможно, нашли бы один из этих городов. Не знаю. Но теперь мы должны узнать. Города Нового Мира — наша последняя надежда. Неизвестно, остались ли на планете хоть какие-то незатопленные участки суши, и сколько их.
Тэйн приносит старый географический атлас и, положив на стол, раскрывает.
— Я искал и другие варианты, — бормочет он, рассматривая карту. — Но все более или менее высокие горы находятся слишком далеко. Нам никогда до них не добраться. Рыбачьи лодки не смогут пересечь огромный океан.
Мара слушает вполуха. Она представляет себе прекрасный город, парящий над океаном, безопасный и недоступный подступающим водам. И в то же время ужас охватывает ее при мысли, что она может покинуть свой родной остров. Мысль эта слишком страшная, она не желает думать об этом. Мару охватывает смятение.
Тэйн кладет руку ей на плечо. Он настолько хорошо знает девочку, что ему хватает одного-единственного взгляда, чтобы понять, что она сейчас чувствует.
— У тебя была необыкновенная бабушка, — говорит Тэйн, как говорил уже много раз до этого. — Когда мир перевернулся и нужно было выживать, она встала во главе нашей общины. Благодаря ее мужеству и дальновидности у жителей наших островов появилось будущее в мире, где царили отчаяние и безысходность. Я и сам почти потерял надежду. — Он улыбается, и морщины на его лице становятся глубже. — А она не потеряла. Она не позволила нам пасть духом. — Голос Тэйна дрожит, глаза сверкают. — В ней было некое величие, в нашей Мэри. А ты ее точная копия, девочка.
Ее отражение! И ты тоже подаришь людям будущее, я уверен в этом. Потому что в тебе та же сила и то же мужество.— Почему ты не женился на ней? — шепотом спрашивает Мара. Слова вылетают прежде, чем она успевает осознать, о чём спрашивает.
Ее дедушка, муж бабушки Мэри, умер еще до рождения Мары, поэтому ей трудно любить его. А вот Тэйн всегда был рядом, всегда был для нее вместо дедушки…
Неожиданно мощный порыв ветра ударяет в стену коттеджа. Дверь жалобно скрипит, ставни с грохотом хлопают по окнам. Слышно, как в поле шелестят крылья ветряных мельниц — всё быстрее и быстрее. Мара и Тэйн вскакивают и бегут наружу закреплять ставни, пока они не разбили стёкла.
На горизонте клубятся грозовые тучи. Мара чуть не плачет от обиды. Неужели краткий миг свободы закончился? Она даже не успела повидаться с друзьями!
Тэйн на минуту забегает в дом и тут же возвращается с маленькой коробочкой из полированного дерева, покрытой тонкой резьбой. Он вкладывает коробочку Маре в руки.
— Это мне?! — ахает Мара.
Она проводит пальцем по резьбе, затем открывает коробочку. На внутренней стороне крышки — зеркальце, а в самой коробочке несколько крошечных отделений.
Тэйн кивает. Он славится по всему острову как искусный резчик, но теперь так трудно найти подходящий кусок дерева. Все деревья на Винге давно вырублены.
— Я вырезал эту шкатулку к шестнадцатилетию твоей бабушки. Берёг до твоих шестнадцати лет, но… решил подарить сейчас. Шкатулка для всех твоих украшений.
Мара смеется — Тэйн прекрасно знает, что у нее нет никаких украшений — и крепко обнимает старика
— У меня еще никогда не было такой красивой вещи!
И тут только до нее доходит смысл сказанного Тэйном — значит, он так и не подарил шкатулку бабушке? Но почему?
Мара не решается спросить. Вместо этого она смотрится в зеркальце. Ну надо же! Она удивленно моргает. На свежем воздухе ее бледные щеки порозовели, а глаза стали ясными и блестящими — давно они так не сияли. Волосы поблескивают на солнце, а на шее сверкает подвеска из осколка горного хрусталя — подарок Тэйна на прошлый день рождения.
Ветер усиливается, вдали гремит гром. Мара бросает негодующий взгляд на тучи и захлопывает шкатулку.
— А теперь беги домой, — торопит ее Тэйн. — Похоже, скоро опять налетит буря. В следующий раз, как только прояснится, я созову общее собрание, и мы поговорим о планах на будущее.
Мара мчится вниз с холма. И слишком поздно вспоминает, что Тэйн так и не ответил на ее вопрос о бабушке.
Мара не сразу идет домой. Вместо этого она направляется в деревню, расположенную меж двух холмов. Не слышно больше ни стука молотков, ни визга пил, только ветер завывает между домами. Все ставни плотно закрыты и заперты — Винг готовится к встрече с очередной бурей.
Мара подходит к дому на самом краю деревни и стучит в ободранную дверь. Изнутри слышится громкий голос; дверь открывается. На пороге стоит высокий и стройный подросток; у него ярко-синие глаза и рыжеватые волосы — память о кельтском прошлом острова. У отца и младшего брата Мары (как, впрочем, и у большинства жителей Винга) глаза и волосы точно такие же. Марины темные глаза и иссиня-черные волосы — от других предков. Когда-то, давным-давно, на Винге высадились испанцы, спасшиеся после кораблекрушения. Маре их «наследство» досталось по маминой линии.