Чтение онлайн

– Может, платье? – спросила Гемма, легким жестом откидывая назад длинные каштановые волосы.

Флоренс посмотрела на волшебницу. Та каждый день надевала новое платье. Вчера на Гемме было белое в голубой горошек, нежное, навевающее свежесть, как утро в горах. Сегодня – цвета парного молока. Платья были всегда в пол.

У Фло, глядя на Гемму, невольно возникал в голове образ юной английской леди. Как из романа «Гордость и предубеждение». А, учитывая обычную строгость Геммы, эта схожесть только усиливалась.

– Вот еще, – ответила девушка, возвращаясь к вопросу об одежде. –

Глава Ученого Совета ходит в брюках, и я буду.

Гемма повела бровями, но ничего не сказала.

– И долго продлится зима? – спросила Флоренс на всякий случай.

Волшебница пожала в ответ плечами.

В итоге, Флоренс заказала себе у шкафа теплые замшевые брюки, высокие замшевые сапоги, свитер с оленями и еще один со снежинками, шапку с ушами и куртку на меху с капюшоном.

Гемма же достала для себя длинную меховую накидку из голубого меха.

Девушка заметила, как преобразились глаза волшебницы в этом наряде. Будучи серыми, они вдруг приобрели нежный васильковый оттенок.

И сколь бы напряженными ни были отношения между двумя женщинами, процесс вынужденного почти шоппинга обеим приподнял настроение.

– Тебе надо сходить к Бартомиу, – сказала повеселевшая Гемма.

– Кто это? – осторожно спросила Флоренс, разглядывая оленей на своем свитере.

– Это наш старец. Он обитает в экспериментаторской.

– Зачем мне идти к нему? – девушка посмотрела на волшебницу открытым взглядом, пряча цепочку с фарфоровым голубым колечком за ворот свитера.

– Сегодня-завтра нас отправят на задание. И ты должна быть хоть сколько-нибудь готова к этому.

– Спасать кого-нибудь? – воскликнула Флоренс, удивляясь воодушевлению в своем голосе.

Она смотрела на Гемму, и в зеленых глазах девушки было столько радостного ожидания.

– Может, и спасать, – согласилась волшебница, улыбаясь её восторгу.

Она вспомнила себя в самые первые дни в Поднебесье.

Да…

– Пойду, наколдую себе снегоход, – с энтузиазмом произнесла Флоренс, накинула куртку и выскочила на улицу.

– Ну как?

Несколько минут спустя Гемма вышла на дорогу, где девушка стояла около груды металла.

– Почему у меня не получается? – разочарованно спросила Флоренс, кивая на кучу покореженных железяк, из-под которых торчали полозья.

– Сходи к Бартомиу, – сказала Гемма, плотнее запахивая накидку.

Волшебница вдруг заметила, что падал снег. Она замолчала и огромными задумчивыми глазами уставилась на медленно кружащие в воздухе пушистые снежинки.

«Десять лет не видеть снега, конечно», – подумала Флоренс, не уверенная, что стоит вырывать Гемму из этого оцепенения.

– Я пойду… – тихо сказала девушка. – За снегоходом…

Гемма только кивнула, не отрывая взгляда от мягкого беззвучного падения так давно не виденных ею снежинок.

Флоренс шла по утоптанной снежной тропинке, окруженная с обеих сторон высокими сугробами, чьи плавные линии действовали на девушку одновременно успокаивающе и возбуждающе. Они баюкали боль в её душе и будили радость. Последние недели она провела в ужасном

подавленном состоянии, преследуемая возможностью потери того счастья, за которое цеплялась всеми силами. Она чувствовала неотвратимость расставания и, скованная страхом, погрузилась в опасное бездействие. Флоренс понимала, что уж лучше бы она гоняла по ночным улицам на автомобиле, но не была способна даже на это.

И вот теперь она бежала по белоснежной тропинке. Высокий заснеженный лес, окружавший её, казался ласковым, светлым и не таящим в себе угроз. И, самое главное, Флоренс не надо было бояться. Она уже потеряла все, что могла. Все, что можно было потерять, она оставила там, в своем мире. И это незнакомое, неведомое ранее чувство свободы нахлынуло на девушку вместе с колючим морозным воздухом, заставило ей парить над землей вместе с большими редкими снежинками.

Флоренс сама не заметила, как оказалась около занесенной снегом землянки. В маленьком окошечке горел свет. И девушка почувствовала нестерпимое желание зайти.

Она уже знала, куда пришла. Фло слегка удивил тот факт, что она смогла найти жилище старца, не спросив даже у Геммы, где оно находится.

Хотя… Чему удивляться. Наверное, это волшебство.

Флоренс громко постучала и толкнула дверь.

Из помещения повеяло теплом. Продолговатая, уходящая вглубь комната освещалась подвешенной к потолку керосиновой лампой и разведенным в камине огне.

Вдоль стен располагались стеллажи с различными склянками, колбами и пузырьками. По стенам прыгали странные тени, мгновенно навевавшие ощущение, что комната населена бестелесными существами.

– Доброе утро, – тихо, но решительно поздоровалась Флоренс, снимая шапку и стряхивая снег с меховых манжет куртки.

– А-а-а, – с кряхтением из глубины комнаты показался старец в глубоких летах. Чуть сгорбившись, он приближался к девушке, цепко глядя на неё сквозь спадающие на морщинистое лицо длинные седые волосы. – Ты-ы.

Несмотря на довольно устрашающий своей древностью вид, его улыбка была доброжелательной.

Фло нахмурилась. И поборола в себе желание отступить назад.

– Доброе утро, – повторила она.

В голове крутилось, «Я пришла за снегоходом», но уже сейчас девушка понимала, что с этой просьбой ей стоит обратиться к кому-нибудь другому.

– Спасибо, – вдруг произнес Бартомиу, подходя ближе.

Походка у старика была то обманчиво шаркающая, то неожиданно бодрая. И он даже весь выпрямлялся в эти моменты, но потом, словно вспоминал о своих годах и опять горбился.

Фло была совершенно сбита с толку. Она просто смотрела на старика во все глаза.

– За что спасибо? – осторожно спросила девушка, косясь на Бартомиу.

Тот подошел настолько близко, что мог при желании взять её за руку. Фло застыла на месте, искоса уставившись на волшебника. С одной стороны, у нее возникло желание быстрее покинуть это место, с другой стороны, врожденный интерес ко всему новому и неизвестному просил остаться и посмотреть, что будет дальше. А с третьей стороны, в глубине души появилось чувство, что от старца не стоит ждать ничего плохого.

– За что спасибо? – повторила Фло.