Внешний мир
Шрифт:
— Спасибо. Вы первая, кто смог его усмирить.
— Ничего себе усмирила! — фыркаю я, не удержавшись.
Эльф улыбается:
— По крайней мере, вам удалось оставить его с носом!.. Аллеара не готовили на место Хранителя. И нрав у него, мягко говоря, неподходящий. Но он теперь Хранитель…
— …и всем от него несладко, — окончила за эльфа я.
Тот только кивнул.
Ну вот, часть первая — под кодовым названием "комедия", — окончена. Я отомстила Аллеару и за себя, и за Ниирэ — советы эльфийки оказались просто превосходны. Но теперь пора подумать о том, как сказать эльфам то, что я хочу сказать…
— Я
— Понимаю, — вздохнул эльф. А как его зовут, хотелось бы знать? Нет, мне его представляли, конечно… в Аманхиле, на заседании Совета. А я выслушала и забыла сразу же — да и зачем мне было его помнить? — Но если Вы надумаете вернуться, знайте, что Вам будут рады.
— Думаю, не все! — снова не удержалась я и усмехнулась, глядя на уже немного успокоившегося Аллеара. Интересно, что ему такого наплёл сине-фиолетовый, что Хранитель Аманхиля глянул в мою сторону небрежно-снисходительно?.. Впрочем, сейчас не время для повторного скандала — пусть смотрит, как хочет. Мне как-то всё равно.
— Да уж, он рад не будет, — скривился эльф. Ниирэ фыркнула.
Наконец к нам подошли сине-фиолетовый с Аллеаром.
— Раз Вы так этого не хотите, я не буду настаивать на Вашем возвращении в Аманхиль, — высокомерно сообщил мне Хранитель. Конечно, не будет — а то вдруг я приду и займу его место? С этого момента Аллеар будет прилагать все усилия, чтобы удержать меня как можно дальше от своего Леса! А мне это только на руку…
— Я рада, что мы поняли друг друга, — кивнула я.
Аллеар повёл рукой, убирая "мыльный пузырь", и решительно куда-то пошёл, сделав вид, что уже забыл о моём существовании. Оба эльфа попрощались со мной полупоклонами и поспешили догнать своего Хранителя. Я обернулась к Ниирэ.
Эльфийка стояла задумчивая и грустная. Заметив мой взгляд, она постаралась придать себе непринуждённый вид, но ей это не очень удалось.
— Ты ведь больше не вернёшься в Аманхиль, да? И дело не в том, что ты не сможешь познакомиться с нашим миром, сидя в Лесу…
— Я… — слова у меня кончились. Что я могу ей ответить? Эльфийке, члену Совета, с которой мы так быстро стали подругами? Не знаю… — Не знаю… — тенью своих мыслей выдавила я.
— Не вернёшься, — утвердительно кивнула Ниирэ. Потом вздохнула и блеснула повеселевшими глазами: — Но так просто ты от меня не уйдёшь! Звёзды светят над всем миром и видят все дороги… Думаю, мы с тобой ещё встретимся. Ну, в крайнем случае, выловлю тебя самолично, где бы ты не была! Лет через пять-шесть…
Я улыбнулась:
— Ладно. До встречи.
— Пусть хранит тебя звёздный свет… — эльфийка развернулась и быстро ушла, не оглядываясь.
Вот мы и распрощались… Почему я всё время ухожу — даже от тех, кто зовёт меня остаться? Чего мне не хватает? Мне ведь
жалко расставаться с ними — и с Ниирэ, и с Раэном, обида на которого уже куда-то делась… Но одно я знаю точно, и это утешает: в этом мире у меня есть друзья. Пусть они далеко, но они есть. А я есть у них.Я не сразу заметила, что на моём плече лежит чья-то рука. А, заметив, обернулась — и встретилась взглядом с золотыми глазами Виля. Он смотрел на меня серьёзно и спокойно. Я кивнула и вдруг расплылась в улыбке до ушей:
— Жалко, что ты этого не видел!
— Расскажи! — сразу повеселел эльф.
* * *
Лошади оказались оказались изящными и невысокими, в холке — около полутора метров. Все они были странного, светло-серого окраса. Виль, заметив моё недоумение, ответил на невысказанный вопрос:
— В этом табуне пасётся молодняк, поэтому окрас тёмный. Но они уже взрослые, и вполне смогут нас увезти.
Угу. Ещё бы я поняла, что именно мне объяснили. Я уже собралась с головой окунуться в расспросы, как мой взгляд остановился на одном жеребце, чуть покрупнее других — и чуть посветлее.
— А этот постарше? — я невежливо ткнула в жеребца пальцем.
Виль оглянулся (он уже увлечённо ходил кругами вокруг облюбованной кобылы) и кивнул.
— Ну здравствуй, малыш… — я робко приблизилась к коню. Опыта общения с лошадьми у меня не было никакого, если не считать опытом то, что я в зоопарке пару раз каталась в пролетке. Жеребец прянул ушами и отошёл. — Не малыш? Ты уже взрослый, да?.. Ну хорошо, ладно, взрослый. Давай познакомимся, мальчик?.. Как бы тебя назвать… Ты такой красивый, цвета предрассветного, плывущего в сумерках тумана… Будешь Туманом?
Во время этого монолога я медленно подошла к жеребцу, дала ему обнюхать мои лицо и руки, а на последнем слове положила руку ему на холку. Конь нервно переступил копытами, шумно вздохнул и успокоился, позволив мне гладить его и восхищаться в голос.
Наше общение прервал голос эльфа:
— Уже познакомились?
— Угу, — кивнула я, не оборачиваясь.
— И как его зовут?
— Туман. Вроде бы, ему нравится, — конь повернулся и шумно фыркнул мне в лицо, подтверждая. Я раскашлялась.
— Да, похоже, вы друг дружке понравились. Тогда пошли?
— Куда теперь?
— Никуда… В смысле, в охотничий домик, — поправился эльф.
— Пошли.
Лошади паслись на довольно большой лужайке посреди Леса. И если мы с Вилем пришли на лужайку напрямик, через лес, то с лошадьми выходить пришлось по специально протоптанной (а, вернее, специально не зарастающей — мы же в эльфийском Лесу…) тропинке. На ней как раз могли идти бок о бок две лошади.
— Виль? — окликнула я задумавшегося эльфа.
— Мм?
— А я ездить не умею.
— Да?
— Ты меня научишь? А то я упасть боюсь…
— Угу.
— А за сёдлами мы не пойдём? Они уже в охотничьем домике? Кстати, а у Тагира лошадь есть?
— Угу.
Туман вдруг резко прянул в сторону и боднул Виля в плечо. Эльф встряхнулся:
— Ты что-то говорила? — и тут же спрятался за своей лошадкой, увидев над моей ладонью плюющийся искрами комочек огня. Я, заметившая это чудо одновременно с эльфом, присвистнула. Комочек задёргался, выбросил сноп искр, чуть не опалив мне при этом волосы, и потух.