Властелин колец
Шрифт:
Леголас поглядел вслед ручью, терявшемуся в золотистой закатной дымке долины.
– Там — Лотлориен! — звенящим голосом произнес он. — Прекраснейшие владения эльфов в этом мире. Нигде нет таких деревьев, как там. Их листья не опадают осенью, они становятся золотыми, а когда весной нарождается молодая листва, в зелени распускаются золотые цветы и серебряные ровные, гладкие стволы несут сияющие кроны, словно драгоценные колонны, а земля под ногами покрывается золотом старых листьев. Так говорится в песнях, поющихся у нас в Сумеречье. Ах, как возрадовалось бы мое сердце, приди мы туда весной!
– Мое возрадуется и зимой, — заметил
Некоторое время Фродо с Сэмом пытались не отставать, но Арагорн шагал таким размашистым шагом, что скоро хоббиты тащились далеко позади. С самого утра во рту у них не было ни маковой росинки, ссадина у Сэма на щеке горела огнем, а голова кружилась. После теплого подземного мрака свежий ветер казался холодным. У Фродо болели грудь и бок. Ему не хватало воздуха.
Леголас обернулся и сказал что–то Арагорну. Арагорн остановил отряд, позвал Боромира и подбежал к хоббитам.
– Извини меня, Фродо! — с искренним участием воскликнул он. — Столько всего случилось сегодня! Я совсем забыл про ваши раны. Но потерпи еще немного. Недалеко есть одно место, там можно передохнуть, там я помогу вам. Боромир, давай–ка понесем их.
Вскоре путь пересек еще один ручей, впадавший в Серебрень. Русло раздалось вширь, а после порога из зеленого камня по беретам появились неказистые низкорослые пихты и заросли черники. Дойдя до галечного плеса, устроили привал.
Пока Гимли, призвав на помощь Мерри и Пиппина, занимался костром и обедом, Арагорн врачевал раненых. Царапина на щеке Сэма была неглубокой, но выглядела скверно. Арагорна она поначалу встревожила, но после тщательного осмотра он хлопнул Сэма по плечу и улыбнулся.
– Повезло тебе, братец, — проговорил он. — Многим первый убитый орк обходился куда дороже. Яда на ятагане не было, а, между прочим, часто бывает. Сейчас я ее обработаю, заживет, и не заметишь. Вот Гимли воду согреет…
Он достал из сумки на поясе уже знакомые хоббитам немного увядшие листья.
– У меня еще остались листья ацелас. Брось один в воду, потом промоешь и завяжем. А пока посмотрим Фродо.
– Со мной все в порядке, — поспешно заявил Фродо. Ему не хотелось раздеваться. — Поесть бы только немного да отдохнуть чуток…
– Нет уж, — сказал Арагорн. — Надо же взглянуть, на что похож хоббит после молота и наковальни. Я все еще диву даюсь, что ты живой.
С этими слонами Арагорн бережно стащил с Фродо куртку, потом рубашку, потом присвистнул в удивлении, а потом расхохотался.
У него перед глазами свет мерцал и переливался на мириадах колечек. Следопыт осторожно снял кольчугу, расправил, и она зазвенела у него в руках, а жемчужины засияли, как крупные звезды.
– Посмотрите–ка, друзья! — позвал Арагорн. — Вот прелестная хоббичья шкурка. В пору эльфийских князей обряжать. Не ровен час, прознают охотники, какие шкурки у хоббитов в Шире, мигом со всего Среднеземья набегут.
– Только толку от их стрел не будет, — в изумлении уставясь на кольчугу, вымолвил Гимли. — Да ведь это же мифрил. Мне не то что видеть — и слышать про такое не приходилось. Подожди–ка, уж не про эту ли кольчужку Гэндальф вспоминал? Тогда я скажу, недооценил он ее. Вот уж поистине королевский дар!
– То–то я удивлялся, о чем вы там с Бильбо все шушукаетесь! — воскликнул Мерри. — Милый наш Бильбо! Я его теперь еще больше люблю
и надеюсь найти случай сообщить ему об этом!Но как ни хороша была кольчуга, а на груди у Фродо, ближе к правому боку, красовался огромный иссиня–черный синяк. Даже левый бок, которым его ударило о стену, был слегка ободран.
Арагорн быстро обработал раны, и острый запах ацелас придал бодрости всем, вдохнувшим парок над котелком. Скоро Фродо уже свободно мог дышать полной грудью, хотя еще несколько дней старался не спать на правом боку.
– Кольчуга на редкость легкая, — сказал Арагорн. — Надевай–ка ее и постарайся не снимать даже ночью. Мне будет спокойнее. Если уж попадешь в совсем безопасные места — тогда другое дело. Но боюсь, это еще не скоро будет.
После завтрака приготовились выступать. Костер погасили и постарались уничтожить все следы стоянки. Впрочем, до заката отряд не успел уйти далеко. С гор сползли длинные тени, а с низин начал подниматься туман. Дальние равнины на востоке растаяли в сумеречной дымке.
Фродо с Сэмом вполне оправились и больше не отставали. С одной короткой остановкой Арагорн вел отряд до темноты.
Ночь пришла звездная, но безлунная. Теперь ущербная луна появлялась лишь под утро. Фродо и Гимли молча шагали в конце растянувшейся цепочки, чутко прислушиваясь к звукам позади. Наконец Гимли заговорил.
– Только ветер вокруг. Либо у меня уши деревянные, либо поблизости ни одного гоблина нет. Может, им просто хотелось выгнать нас из Мории, а Кольцо вовсе не при чем? Вообще–то они мстительные.
Фродо не отвечал. Он изредка поглядывал на Шершень — клинок оставался темным. Но ему не давали покоя звуки (или призраки звуков?) позади. С наступлением ночи он снова стал слышать знакомое пришлепывание. Несколько раз он специально резко оглядывался и однажды заметил вдалеке две крошечные светящиеся точки… или ему показалось? Во всяком случае, они тут же пропали, словно метнулись в сторону.
– Ты чего озираешься? — спросил Гимли.
– Знаешь, мне кажется, я шаги слышу, — решил признаться Фродо, — а иногда вижу глаза чьи–то сзади. Еще в Мории это началось.
Гимли лег на землю и прижался ухом к дороге.
– Ничего не слышу, только травы и камни разговаривают, — сказал он, поднимаясь. — Давай–ка поторапливаться, смотри, отстали мы.
Порыв ночного ветра пронесся по долине. Впереди смутно начала вырисовываться серая стена, временами оттуда наплывал волнами шелест.
– Лотлориен! — воскликнул Леголас. — Мы на опушке Золотого Леса. Как жаль, что сейчас зима!
Вскоре высокие деревья закрыли небо. Речка, верная проводница, нырнула под их своды. В звездном свете серели вокруг стволы, а в листве изредка просверкивали красновато–золотистые блики.
– Лотлориен! — удовлетворенно вздохнул Арагорн. — Как я рад снова услышать шелест этих деревьев! От Ворот нас отделяют только пять лиг, но дальше сегодня не пойдем. Понадеемся на эльфийские чары, да сохранят они нас этой ночью от напастей.
– Если эльфы еще остались здесь, — пробормотал Гимли. — Что им делать в темнеющем мире?
– Никто из нас не бывал здесь уже очень давно, — ответил Леголас. — Когда–то, много веков назад, мы бродили в этих лесах. Но я знаю, Лориен не заброшен. Тайная сила хранит здешние края от зла. Просто эльфы Лориена не показываются, наверное, ушли в глубь лесов, подальше от северного края.