Властелин колец
Шрифт:
– Добро пожаловать в Изенгард, повелитель, — приятным голосом произнес он. — Мы охраняем Ворота. Меня зовут Мериадок Брендискок, а мой товарищ (прошу прощения, он очень устал) - Перегрин Тук. Мы с Севера. К сожалению, многомудрый Саруман с неким Гримой Червословом заняты неотложными делами в Ортханке и не могут покинуть его, а то бы они, конечно, не преминули сами приветствовать столь почетных гостей.
– А как же! — рассмеялся Гэндальф. — Уж не Саруман ли поручил тебе встречать за него гостей?
– Нет, сударь, он был очень занят, — серьезно отвечал Мерри. — В настоящее время Изенгардом управляет Фангорн.
– А я, а Леголас?! — взорвался Гимли. — Мошенники вы, лентяи шерстолапые! Мы носимся сломя голову по полям и лесам, сражаемся и скачем, лишь бы выручить вас из беды, а вы тут пируете себе! А табак?! Где вы взяли табак? Молот и клещи! Я сейчас лопну либо от злости, либо от радости, я сам не знаю, чего во мне больше!
– Ты сказал и за меня, друг Гимли, — усмехнулся Леголас. — Посмотри–ка, у них здесь и вино есть. Где они его нашли?
В этом месте Пиппин приоткрыл один глаз и проворчал:
– Мы много чего нашли. А вот вам бы еще поискать ясности мышления. Любому зрячему видно, что мы находимся на поле брани среди военных трофеев и, как подобает победителям, заслуженно пользуемся кое–какими из них.
– Заслуженно? — недоверчиво переспросил Гимли. — Не верится что–то.
Всадники, слушая эту перепалку, хохотали до слез.
– Так, — промолвил Теоден. — Я полагаю, твоя пропажа нашлась, Гэндальф? Воистину удивительный сегодня день. С тех пор как я покинул Золотой Дворец, мне повстречалось уже несколько легенд, а теперь вот еще одна… Ведь это полурослики? У нас их когда–то называли холбитлане…
– Хоббиты, с вашего позволения, правитель, — поклонился поднявшийся на ноги Пиппин.
– Хоббиты? — переспросил Теоден. — Язык ваш странно изменился, впрочем, это название ничуть не хуже. Я вижу, наши старые предания не очень то точно описывали вас.
Мерри и Пиппин разом поклонились.
– Вы очень добры, повелитель, — с достоинством произнес Пиппин. — Но вот уж чудо так чудо! Мне пришлось побывать во многих землях, но я впервые встречаю народ, сохранивший о хоббитах предания.
– Ну, это–то неудивительно, — с улыбкой отвечал Теоден. — Когда–то мой народ пришел с севера. Правда, я неточно выразился. У нас нет преданий о хоббитах. Нам известно лишь, что в древности далеко–далеко отсюда, за горами и реками жил маленький народец, обитавший в норах. Но сказаний об их подвигах нет. Говорят, это потому, что дела их невелики, людей они избегают и могут пропадать из виду прямо на глазах, да еще щебетать, как птицы. Но теперь я вижу, характеристику эту надо бы дополнить.
– Воистину так, государь, — согласился Мерри.
– Вот, например, — Теоден заинтересованно наклонился с седла, — я никогда не слышал об их способности выпускать дым изо рта. Может быть, хоббиты ведут свой род от драконов?
– Вот уж нет! — фыркнул Мерри. — Искусством курения мы владеем не так уж давно. Тобольд Дудкинс из Долгой Долины вырастил первый настоящий табак году эдак в 1070–м по нашему счету. Вот где старый Тоби взял рассаду…
– Ты не знаешь, что тебе грозит, правитель, — прервал хоббита Гэндальф, пряча улыбку в бороду. — Хоббиты могут запросто, сидя на развалинах завоеванных ими крепостей, рассуждать о маленьких свершениях своих предков
до двенадцатого колена включительно, было бы кому слушать. Об истории курения мы поговорим в другой раз… Где Фангорн, Мерри?– Поищи его с северной стороны, — с едва заметным неудовольствием от того, что его прервали, посоветовал Мерри. — Он пошел попить чистой воды. Другие энты все еще работают, вон там, — Мерри махнул рукой в сторону дымного озера, и все услышали дальний треск и грохот. Ветер донес оттуда торжествующее хуум–хом.
– А Ортханк остался без охраны? — быстро спросил Гэндальф.
– Там кругом вода, — беспечно отмахнулся Мерри. — Да ты не беспокойся, Скородум и другие присматривают за ним. Видишь столбы на равнине? Так вот, не все они поставлены Саруманом.
– Да, — подтвердил Леголас, — я вижу. Там стоит высокий энт. Он действительно похож на придорожный столб.
– Ладно. Уже полдень. — Гэндальф взглянул на небо. — Мы последний раз ели перед рассветом… Но мне надо повидать Фангорна. Он ничего не велел передать? — обратился маг к хоббитам. — Или тарелки и бутылки отшибли вам память?
– Скажешь тоже, тарелки… — обиженно засопел Мерри. — Я как раз собирался сказать, да меня отвлекли. Я должен был передать, что Фангорн рад будет приветствовать короля Рохана и Гэндальфа Белого, если они подъедут к северной стене Изенгарда. Там их, кстати, ждет угощение, приготовленное не без помощи ваших покорных слуг, — он поклонился.
Гэндальф рассмеялся.
– Вот это другое дело! — воскликнул он и обернулся к королю. — Ну, Теоден, едем к Фангорну? Это недалеко. Познакомившись с ним, ты многое поймешь. Фангорн — старейшина и управитель энтов, кроме того, это один из самых древних жителей Среднеземья.
– Конечно, поедем, — кивнул Теоден. — Прощайте, любезные хоббиты. Мы обязательно должны встретиться у меня во дворце. Там нам никто не помешает, и мы славно побеседуем у камина о ваших подвигах и о делах ваших предков. К тому же мне интересно узнать конец истории о Старом Тобольде и его увлечении ботаникой. Прощайте!
Хоббиты низко поклонились.
– Вот он какой, король Рохана! — пробормотал себе под нос Пиппин. — Славный старикан! И такой любезный…
Глава 9
НА РУИНАХ
Гэндальф и Теоден со свитой направились вдоль разрушенных стен Изенгарда туда, где их ждал старейшина энтов, но Арагорн, Леголас и Гимли остались с хоббитами.
– Ну вот, — сказал Арагорн, — охота кончилась, и мы снова имеете, причем там, где никто из нас и не думал оказаться.
– И пока великие мира сего заняты высокими материями, — добавил Леголас, — охотники наконец смогут получить ответы на маленькие загадки, с которыми они встретились. Мы проследили ваш путь до леса, но многого пока не понимаем.
– Нам тоже интересно, — ворчливо отозвался Мерри — Фангорн рассказывал кое–что, но мало.
– Всему свое время, — сказал Леголас. — Ведь это мы охотились за вами, вот вы и рассказывайте.
– Нет, сначала мы должны позавтракать, — вмешался Гимли. — У меня рана ноет, да и солнце уже высоко. Ладно, я готов забыть половину наших мытарств из–за вас, если вы, бездельники шерстолапые, добудете и нам чего–нибудь пожевать.