Чтение онлайн

Наши дни, год 2014

Адам

Даже

кусок не лез в горло, настолько он был зол. Естественно, рано или поздно эта встреча должна была состояться, но Адам не ожидал увидеть Марианну сегодня. Признаться, ему и в голову не могло прийти, что бывший сосед мог жениться на Лилит. Саркис еще неделю назад пригласил Адама на день рождения сына, когда они случайно встретились у входа в банк. Было приятно увидеть старого приятеля, хотелось поговорить подольше, но времени не было. А праздник стал отличным поводом.

Да, стал отличным поводом разворошить прошлое, почувствовать болезненные импульсы старых ран, это бессилие перед чувствами.

Его потрясло её присутствие. На какой — то миг показалось, что он бредит. Мари была так близко, но одновременно — запредельно отдалена от него.

Она до сих пор носит очки. Глаза, как и прежде, кажутся огромными сканирующими устройствами, от которых раньше хотелось спрятаться подальше. А теперь хочется смотреть и смотреть в них в поисках ответов на многочисленные вопросы.

Кто она теперь?

Замужем ли?..

Помнит о нем?

Или её уже не интересует то время, когда они были вместе?..

При этой мысли Адам насмешливо хмыкнул. Даже если не помнит, он обязательно поможет ей вспомнить.

— Ну, рассказывай! Наконец — то я смог вырваться к тебе. — Саркис перевел дух и присел рядом.

— Я — то что, всё слишком скучно. Давай начнем с тебя, когда ты успел жениться?

— Два года назад, тебя уже точно не было в городе, я видел твою маму, она сказала, что ты пробуешь силы в столице. Почему же вернулся? Соскучился по Ростову?

— Вроде того… — Адам улыбнулся. — А твоя жена, как вы познакомились? Мне кажется, вы очень разные.

Он не стал упоминать о том, что прекрасно знает Лилит. И именно по этой причине задал последний вопрос. Лилит и Саркис были настолько разными, что их брак казался Адаму невероятным.

— Так и есть, ты отличный психолог! — улыбнулся Саркис. — Мы познакомились через Марианну, её подругу. Она моя коллега в университете.

— То есть?

— Мы с Мари работаем на разных кафедрах в университете. Она ассистент на кафедре физики, собирается поступать в аспирантуру, но уже в Москве. А я уже несколько лет работаю на кафедре социологии.

Адам просто не поверил своим ушам. Марианна…преподаватель? О, Боже, сколько же изменений прошло за это время? Она, такая взбалмошная, неконтролируемая, нетерпеливая…и преподаватель?

Хотя, с другой стороны, что он знал об этой стороне её жизни? Два коротких месяца отношений прошли так бурно, что им даже не довелось поговорить о планах на будущее. Может, это всегда было целью Мари?

— Как — то я заскочил к Мари на кафедру — как раз помочь в каком — то вопросе насчет поступления. И там сидела Лилит. Мы разговорились, и, наверное, именно с тех пор вместе. Марку сегодня исполнился уже год.

— И ты счастлив? — неожиданно для самого себя спросил Адам.

Надо было видеть, как заблестели глаза Саркиса. Странно, но в душе появилась некая доля зависти. Они ровесники, обоим

по 28, но у одного уже есть семья, ребенок и любимая работа. А у него самого нет даже и малейшего представления, чего хочется от жизни.

На ум моментально пришло одно прелестное личико. Ответ напрашивался сам собой. Как бы Адаму хотелось встряхнуть голову и отвести эти мысли, сказать самому себе, что Мари больше не волнует его, но…чувство злобы и какой — то потребности в ней не убывали.

— А чем ты сейчас занимаешься? — прозвучал ответный вопрос.

— Тем же. Планирую поднять клуб на высокий уровень. Добавить кое — то по — взрослому.

Саркис весело рассмеялся и хлопнул Адама по плечу.

— Ты ничуть не изменился. Я представляю, что означает «по — взрослому».

— Да, то и означает. Интим — зона, стриптиз.

— И как реагируют твои родители? Насколько знаю, вы ссорились по этому поводу. Правда, мы уже давно не соседи, но, думаю, я не ошибся, когда сказал, что ты ничуть не изменился.

— Откровенно говоря, я не стал посвящать их в свои планы. Главное, что приехал — это единственное, что их волнует.

Он не врал, когда говорил об этом. Его родители действительно были рады приезду единственного сына, которого всегда просили вернуться. И никого теперь не интересовал род деятельности Адама, уже давно не имело смысла спорить с ним по этому поводу.

Пока они разговаривали с Саркисом, мужчина несколько раз замечал Марианну, снующую из одной комнаты в другую. Квартира была достаточно маленькой, и шум, создаваемый гостями, уже начинал действовать на нервы. Да еще и эти назойливые мысли о девушке в соседней комнате… Очень хотелось курить. Адам обвел взглядом гостиную в поисках пепельницы, но безуспешно. Видимо, в помещении не курили из — за ребенка. Он поинтересовался, как пройти на балкон и вышел в коридор. Повсюду были люди, о чем — то увлеченно разговаривающие. Удивительно, как могла такая толпа поместиться в двух комнатах?

На балконе, к счастью, никого не оказалось. Адам достал сигарету и с наслаждением закурил. Хотелось собраться с мыслями и подумать о дальнейших действиях. Они не случайно сегодня встретились. Это было его самым большим желанием — увидеть её. Зачем? Чтобы сделать как можно больнее, возвращая прошлые долги. Её последние слова в тот день…жалость, презрение — что это было? Кажется, она сказала, что Адам не мужчина?..

Он сильнее зажал сигарету между пальцами и злобно уставился на дым. Каждый раз воспоминания об их последней встрече вызывали в нём желание убивать. Первобытное, неконтролируемое, заполняющее все уголки разума. Мари его унизила своим отношением. Предала то, что между ними было, потому что так хотела её семья. Адам в этом ни капли не сомневался. Она была чертовски права, когда говорила о своих родителях, не дававших ему покоя до сих пор. Деревенские выскочки…обвиняли его в непорядочности, уверяя, что их «святая» дочь достойна лучшего. Интересно, что бы они сказали, узнав о давно потерянной невинности той же «святой» дочери?

Кажется, его понесло не в ту степь. Этого Адам точно никогда не сделает, не настолько он низок. По крайне мере, нужно оставаться благодарным за минуты наслаждения в её объятиях.

Сигарета была выкурена, но успокоения не принесла. После сегодняшней встречи это состояние станет для него привычным. Точно так же он чувствовал себя и три с половиной года назад, в самые тяжелые свои дни, когда пытался забыть её вкус…

Дверь распахнулась, и внезапно вошла именно Марианна. Увидев его, она остановилась в ступоре.