Вкус долины смерти
Шрифт:
– У отца есть знакомый, вот вы все вместе как раз и сможете всё исправить, – произнесла Вивьен, спустившись за ними.
– Я против переделывания моего дома под больничку для вампиров! – добавил Эдриан.
– Но, папа, это и мой дом тоже, – тихо добавила Вивьен. – Докери, мы постараемся тебе помочь, оставив подвал так, как тебе вздумается…
Он выдал такое скупое «спасибо», что даже это «спасибо» и близко не походило на слово благодарности. Эдриан сказал, что пусть пока осматривается. Вивьен решила тоже пока подняться наверх.
Докери сразу поставил замок для входа в свою подвальную лабораторную
– Все получилось? – спросила Вивьен.
– Всё бы ничего, все подойдет, – заявил Докери и, сцепив руки за спину прошел взад-вперед по лабораторной комнате.
Он уже успел надеть белый халат, пригладить волосы – вылитый хирург у себя на операционной. Вивьен показалось, что он держался холодно и чопорно. Её комментарии воспринимал болезненно.
– Можно вечером прогуляться и выйти на свежий воздух. Здесь есть замечательный парк, давным-давно мы с отцом там гуляли, а рядом с парком – сквер. Если захочешь, можно пройтись… – предложила Вивьен.
– Ладно, – сухо ответил Уильям и отвернулся, раскладывая свои вещи.
Вивьен казалось, что её вопросы здесь бесполезны и только разозлят его пуще прежнего.
Вивьен отвернулась и решила осмотреть, он почти каждый миллиметр пространства заставил колбами и склянками, какими-то аппаратами и специальными инструментами. На стены на крючок он повесил чистые ткани и одно полотенце. Она удивилась и подошла к одной красной склянке. Виви бы почувствовала запах настоящей крови, но я сейчас была в замешательстве, так как по запаху я не могла определить, что это.
– Синтетическая кровь, – угадав её мысль, произнес он.
– А чем она отличается от той гадости, что нам назначать пить? – произнесла Вивьен.
– Это модернизированная модель синтетической крови, говорят, что за неё заплатили целое состояние. Я выиграл грант и начал разработку, – заключил Докери.
Её интерес к синтетическому заменителю был исчерпан, наверное, что-то несъедобное.
– У меня приём крови ровно через 1 час 9 минут и 35 секунд, а у тебя, когда? – тут же задал вопрос Докери, чувствуя мою растерянность.
– Ого! Какая точность. У меня где-то через 5 часов, – произнесла она. – Я плохо слежу…
Никто бы и не удивился, что у этого педанта часы с миллисекундной стрелкой. Вивьен услышала, как по ступенькам спускается Эдриан. Наконец-то он разбавит их сухой разговор своими мужскими шутками.
Эйди услышал вопрос и начал отвечать:
– Мы обычно употребляем человеческую кровь…Я не знаю, насколько это соответствует «экологическим тенденциям» нашего времени, но мне как-то плевать, – отрезал Эдриан.
– А готовы перейти на синтетический заменитель, – повернувшись к Эдриану, произнес Докери.
Эдриан не без удивления рассмотрел этот вопрос и решил на него всё же ответить.
– Живем же так уже много лет. Не знаю, – заключил он.
– И вы случайно не утверждаете, что у вас не бывает срывов? – начал Уильям свое наступление. – Человеческая кровь…коварна как наркотик.
Эдриан с Вивьен переглянулись, и улыбка пробежала по их лицам. Они поняли, к чему клонит Докери и захотели
промолчать, так как понимали, что тема чрезвычайна серьезна.Эдриан, как простой мужчина, выросший среди неизбалованных пролетариев, начал соображать, как научиться правильно выразить свою мысль, чтобы не сбить с толку чопорного англичанина.
Вивьен хотела пошутить, но удержалась. Эдриан уже опередил её. Его восточноевропейский акцент сразу выдал переселенца в далеком прошлом, который еще не мог нарадоваться жизни в Америки. Эдриан пытался шутить, но ничего толком не получалось.
– Просто мы другие, Уильям, – произнесла Вивьен. – И много чего не знаем, и делаем неправильно, так что научи нас, – сказала она спокойно.
– Вивьен, я тебе гроб сколачивать точно не буду, – сказал Эдриан, засмеявшись.
– Я закажу по Интернету, вы недооцениваете его возможности. Гроб со всеми удобствами, мягкий и со встроенным смартфоном внутри, так что здесь есть все шансы, что вы там останетесь надолго, – тут же выпалила Вивьен.
– Вивьен, ну ладно тебе! – крикнул Эдриан, шутка про гроб явно ему не понравилась, но это не был сарказм.
Возможно этот циничный подход, но они приспосабливались к тому, что им поможет в этой жизни. Вивьен просто говорила о том, о чём думала. Она замолчала и вышла наружу, Докери начал говорить о планировке лаборатории и предложил выпить Эдриану синтетический заменитель. Однако Эдриан прикинулся чрезвычайно больным и наспех отказался от напитка. Казалось, строгий порядок Докери может пойти на пользу чете Киршнер, однако им предстоит еще долгий путь притирки друг к другу.
Глава 4. Вампирские жизни
Вивьен и Эдриан часто шутили про одно и то же, поэтому и уставали друг от друга. Хочется новых историй, новых впечатлений, поэтому и Докери с его незамыленным взглядом на жизнь будет им полезен.
Виви оставила их немного, чтобы они спокойно пообщались между собой. Она уже слышала, как Эдриан говорил, что он в прошлом работал бухгалтером, но по странному стечению обстоятельств давно всему разучился. Эдриан болтливый, как и Вивьен, чего обманывать, он сейчас все расскажет, если хоть капельку проникся доверием к Уильяму.
Все же жажда – самое непримиримое и беспощадное слово, которое я когда-либо знала. Жажда найдет тебя утром в постели, подстережёт и как убийца нападёт на тебя, вцепившись в горло. И нет от неё спасения, и никогда не было. Все чувства умирают. Ты один на один со своими страхами, болью и хочешь одного, чтобы это, как можно скорее прошло.
Вивьен осталась беседовать с Докери в гостиной, рассказывая о себе и расспрашивая доктора о его карьере. Виви впервые было очень интересно послушать образованного человека.
Вивьен казалось, что она знала его всю жизнь, будто они встречались раньше в тех жизнях и этот взгляд, и манера, и походка – всё это так сильно напоминали ей давно забытого приятеля. Первый раз она ощутила такое, когда говорила с ним, она чувствовала, что и раньше беседовала, очень-очень давно.
Докери смотрел на неё внимательно, словно ощупывая каждое произнесенное слово. Вивьен понимала, что он совершенно не похож на них, но ей казалось, что Докери понимает каждое слово, и это очень значило для неё.