Vivere Est Militare
Шрифт:
– Что-то всё невесело, - саркастически буркнула Кацураги, приводя себя в божеский вид, - Кстати, ты довольна системой катапультирования? Она ведь так славно сработала.
– Да, с ней порядок. Реактивный ускоритель и всё остальное сработали отлично. Я беспокоилась за систему навигации, но даже с такими повреждениями она выдержала испытание.
– И система самоликвидации тоже. Я беспокоилась, что нас с небес снесёт, как ворону.
– Ну, наши корабли не так плохи, но по расчётам взрыв не должен был быть таким мощным. Что ж, зато он показал, что никакое АТ-поле не спасает от реакции S2-ядра. В этом
– Значит, всё вроде как хорошо?
– Ну, не без этого. Диагностика показала, что Ева-21 полностью готова. По уровню технологий она идёт вровень с Евой-11. Все системы в норме. Осталось провести боевое испытание.
– Судя по активности Ангелов и близости Обещанного Времени, за этим дело не замрёт.
Рицуко усмехнулась.
– Да уж.
– А как пилот? С ней там всё нормально? А то сердце-то не на месте, знаешь ли.
– С ней всё хорошо. Она пока спит – сращивание искусственных и естественных мышц требует времени. Когда наступит симбиоз, то всё придёт в норму.
– Ну а в целом как?
– Психическое расстройство налицо. С этим я ничего не могу поделать.
Мисато мрачно моргнула.
– Ладно. Всё ясно. Что с тем планом по выводу Евы-11 на поле боя?
– Козо задерживает этот ход. Проблемы с пилотом. Я не успела тебе сказать: у него наблюдается частичная амнезия.
Глаза Мисато округлились.
– Что?! Быть того не может! – выпалила она.
– Боюсь, что так и есть. Он много чего не помнит, но управление Евой-11 даётся ему даже слишком хорошо. Проблема в том, что медикаментозное воздействие на него пока дало нужный эффект, но из-за этого они не могут произвести нормальный синхротест. Вероятно, дозу увеличат.
– Понятно, - Кацураги, наконец, оделась и потёрла виски, - Это всё?
– Пока да. Жди новостей. Скорее всего, узнаешь их от меня, либо же от Козо. Счастливо.
– Пока, Рицуко.
Мисато захлопнула ноутбук, после чего нещадно ахнула кулаком по стене, скрючившись затем от боли. Но мысли её были далеки от полученного синяка. Сейчас она жалела, что согласилась на предложение Акаги и Фуюцуки. Конечно, это ничего бы не поменяло, но ощущать свою причастность к такой затее было невыносимо.
***
Тренировки Мисато устраивала пилотам жёсткие. Все типы Ангелов были в неё внесены. Так что отрабатывались бои с каждым в отдельности и с разнообразными боевыми соединениями. Хотя некоторые, такие как Лелиил, Армисаил и Матариил, были смоделированы на уровне чайников и сражения с ними были довольно лёгкими, так как не было ни одной полноценной записи и отчётов пилотов о боях с ними. Один пока вообще себя не проявлял в бою, а двое других забрали жизни пилотов, так что и отчёт клепать было уже некому.
Сражались Рей и Синдзи как в команде, так и поодиночке. В принципе, их навыки росли как на дрожжах, да только ведь это были виртуальные тренировки, а в реальных сражениях Ангелы демонстрировали, что нехило учатся у своих врагов, используя разные тактические приёмы, а главное, новые виды своего оружия.
И пока пилоты мордовались на вполне себе видимом фронте, Кацураги отозвала Майю в сторону, предоставив остальное Аобе и Хьюге.
– Слушай, - сказала капитан, убедившись, что их никто не услышит, - Скажи, что за препараты
используют на пилотах Евы-11 и Евы-21?Ибуки слегка удивилась:
– Разве вам не говорили? – переспросила она, немного нервно тиская папку с документами, которые взяла для будущего изучения.
– Дело в том, что я ничего не поняла. Объяснишь по-человечески?
– Хорошо. В первую очередь используют безвредные для организма наркотики-стимуляторы. Они не вызывают никаких побочных эффектов и привыкания, но зато действуют на психику, стимулируя нужные эмоции в зависимости от сопутствующих препаратов. Используют несколько так называемых усилителей эффекта. Обычно, пробуждают в подсознании пилота злобу.
Лицо Мисато перекосилось от представления, чем пичкают подростков, но она продолжила слушать.
– Эти препараты были включены в систему жизнеобеспечения обеих Ев, но их подача контролируется исключительно дистанционно. Правда, есть резервная опция в искусственном интеллекте, которая может подать препарат во время боя, если связь с центром будет перебита.
– Так, понятно. Это всё? Или есть ещё что-то?
– Нет, есть ещё кое-какие моменты.
– Хорошо, я слушаю, - Мисато ещё раз поглядела по сторонам.
Было бы нежелательно, если бы о секретах военных доктрин NERV узнали раньше времени.
– Помимо этого используются успокоительные, чтобы нейтрализовать действие наркотиков. Очень сильные. К тому же, из-за нестабильного психического состояния обоих пилотов, это лекарство им дают и вне тренировок и испытаний.
Мисато предпочла просто кивнуть.
– И так же в кровь подаются особые составляющие наномашин, помогающие искусственным конечностям и протезам глаз уживаться в теле и функционировать с максимальной эффективностью.
– А что там насчёт их жизни? Я имею в виду…
– Эта информация мне недоступна. В отчёте её тоже не было. Скорее всего, Командующий Фуюцуки пока не обнародовал её.
– А может, они так рассчитывают на систему “Наваждение”, - заметила Кацураги.
Майя помрачнела, но предпочла промолчать.
– Ладно, это всё, что я хотела бы знать. Можешь продолжать работу.
“Чёрт, мне эта затея всё меньше и меньше нравится. Как же охота попортить рожи тем, кто это затеял!” – в сердцах подумала капитан, когда Ибуки удалилась на своё место.
***
Рей с печалью во взоре смотрела на стоящий на столе старомодный магнитофон. Конечно, читал он диски, но выглядел точь-в-точь, как старые кассетные. Мисора отличалась странной любовью к этой вещице. У пилотов было мало личных вещей и этот аппарат, который каждый вечер оглашал комнату Сэй, а заодно и Аянами, дикими зарубами, был частью скудного скарба пилота Евы-05.
Аянами забрала его, когда сотрудники NERV выносили вещи из комнат Масаки и Мисоры. Ещё она прихватила небольшую стопку дисков, которые слушала напарница. На это список личных вещей заканчивался – одежду и бельё туда включать было не обязательно. У самой Рей так же было мало чего. Да и не надо было никому кучи безделушек. Но даже с такими убеждениями, пилот Евы-00 была поражена тем, что у Масаки не было в комнате вообще ничего, что принадлежало бы лично ему. Вообще, его комнатушка напоминала больше келью. Но он сам выбрал её из-за таких габаритов.