Vivere Est Militare
Шрифт:
– Сейчас я его, - сообщила Мисора, когда перекрестия прицела, имевшего семиугольную форму, сошлись с семиконечным крестом мушки.
Зажав скобу на правом манипуляторе, девушка заставила Еву-05 проделать то же самое с курком автомата.
Прикрывшись своим щитом, машина упёрла приклад Штейра в плечо и зажала гашетку.
Тут же орудие исторгло яркое пламя и выплюнуло снаряд, светящийся еле заметным синим светом. Затем ещё и ещё. Днём этого свечения не было бы видно, но стояла глубокая ночь.
Однако все снаряды рвались рядом с замершим на месте Сахиилом, который, выставив
Грохот автомата, который до этого оглашал город своими дикими руладами, внезапно стих, оставив после себя лишь звенящую тишину. Однако Ангел не спешил снимать защиту, хотя снаряды и перестали превращать всё вокруг в макет лунной поверхности.
– Прицеливание завершено, - вдохновенно прошептал Масаки, - Сейчас всё будет, Мисора.
– Тебя поняла.
Ева-05 тут же полностью загородилась своим щитом.
– АТ-поле, максимальная мощность, - произнесла девушка, нажимая ещё одну кнопку на главной консоли.
Чисто для собственного успокоения она решилась-таки это сделать. Она, безусловно, доверяла Нанао, но подстраховаться всё же стоило. В конечном итоге, их противник был Ангелом, а они обожали выкидывать разные неприятные фокусы.
– Мы родимся, мы живём и когда-нибудь умрём, - негромко пропел Масаки, зажимая обе гашетки, оскаливаясь.
Ева-06 стояла на четвереньках, вонзив когти в металл крыши, тело её было напряжено, ожидая отдачи. Сферы, что были вмонтированы в орудия, засияли голубым светом куда как ярче, нежели раньше. Дула засверкали электрическими разрядами, после чего раздался приглушённый хлопок, а из правого дула вырвалось с ярчайшей вспышкой синее пламя, тут же унёсшееся прямым лучом к Ангелу, замершему за своим АТ-полем.
Следом за первым залпом последовал второй, третий…
Скорострельность орудий была достаточно высокой, к тому же лучи не всегда были одиночными, разделяясь на несколько штук, менявших траекторию падения. С каждым ударом Ева-06 проскальзывала назад, чертя когтями глубокие борозды в бронированной крыше небоскрёба.
Даже если бы Ангел не был подозрительно медлительным, он бы не смог увернуться от этого огня, идущего под очень большим углом. Почти что удар с неба. Сахиила хватило лишь на то, чтобы прикрыться АТ-полем сверху.
В этот момент земля начала комьями подниматься на несколько метров вверх, а следом произошёл взрыв, потом ещё один и ещё.
Это не было простым разрывом, как у снаряда, например, нет. Каждая белая вспышка, что поглощала собой метров пятьдесят площади, уничтожала любую материю в этом радиусе.
Поле Ангела было пробито с невероятной лёгкостью, и он с пронзительным визгом, заглушённым треском и грохотом, исчез в ослепительной белой вспышке, последовавшей после дробного удара нейтринного луча.
В эфире был лишь слышен исступленный смех Масаки, который от души радовался устроенному переполоху.
Камни и куски земли, отброшенные ударной волной,
усыпали близлежащие районы. Центральная площадь превратилась в жуткий кратер, дымящийся и вонявший всем, чем угодно, но только не ландышами. Сплавившаяся в стекло земля стала новой декорацией и памятником человеческому военному гению.– Хе-хе… - отсмеявшись простонал Нанао, - Вот и сказочке конец.
– Не смеши, - отрезала Мисора, чья Ева сейчас стряхнула с себя и со щита остатки грунта и асфальта, - Сахиил этот был просто слабаком. Скорее всего, он лишился большей части своей энергии. Он даже не смог контратаковать, хотя я и стреляла-то фугасными снарядами. Вспомни оборону Уцуномии! Тогда Сахиил чуть мне кишки не вынул.
– К чёрту, Мисора! Мы убили его! Это было круто! – снова нервно захихикал Масаки.
– Боже, расскажешь это в штабе, - отмахнулась от него, как от комара, напарница, - Вызываю эвакуатор, если ты не против.
– Давай. А я пока пушечки сверну.
Девушка устало нажала на кнопку вызова видеосвязи.
***
– Парень, я тебе ещё раз говорю, что нечего тебе тут делать, - с печальным вздохом произнёс начальник бригады спасателей.
Он был стройным высоким человеком в гидрокостюме тёмно-серого цвета. Лицо его было вытянутым, небритым и беззаботным, несмотря на то, что работы у спасателей сейчас было хоть отбавляй.
Стоя на разбитой автобусной остановке, от которой после разрыва снаряда авиапушки остались рожки да ножки, он потягивал воду из небольшого сосуда с шлангом, крепившегося прямо к костюму на поясе.
Позади него простирался Токио-2 – отстроенный старый Токио - блестящий на солнце всей красотой стальных домов и цветущими палисадниками. Однако ко всей этой мишуре и шику примешивалось несколько кратеров невероятных размеров и превращённые в раины жилые кварталы. Ночью была атака Ангела, так что он успел наворотить дел, покуда его не остановили.
В воздухе витал запах гари, заставлявший то и дело зажимать нос, чтобы не чуять эту дикую смесь самых разнообразных благоуханий.
Собеседником начальника смены спасателей был довольно рослый парень семнадцати лет с тёмными волосами и решительным взглядом тёмно-синих глаз. Одетый в видавший виды спортивный костюм, он не производил какого-то невероятного впечатления, но тем не менее с шеи спасателя слезать не собирался.
– Очень вас прошу! – повторил он, чуть ли не крича, - Возьмите хоть добровольцем!
– Да что ты пристал? Заняться нечем? – отмахнулся от него начальник смены, с тоской во взгляде глядящий на бригаду экскаваторов, разгребавших завалы в ближайшем к кратерам районе.
– Разрешите тоже участвовать! – повторил парень.
– Тебя как звать, пацан? – лениво спросил спасатель, поправляя внушительную русую шевелюру, которая под каской, которая сейчас, правда, болталась на ремне, скатались и приняли форму крысиных хвостиков.
– Синдзи. Икари Синдзи.
– Так вот Синдзи, тебе тут делать нечего. И без тебя забот хватает. Так что дуй-ка ты отсюда под добру по здорово. Не детское это дело – в руинах ковыряться. Автобус с беженцами скоро уезжает с западной горы. А ну бегом туда!