Чтение онлайн

– Утром монтировали какое-то оборудование на шпиле, сейчас снаружи никого нет. Особой активности в здании не отмечается. Точно могу сказать, что тянут провода. Много проводов.

– Фиксируйте все, что заметите.

– Так точно, – отозвался майор.

Люди в Фадеев-тауэре появились два дня назад.

Представители корпорации «Науком» прибыли на большом транспортном самолете собственного производства. Прибывшие и не пытались скрывать, что являются работниками московской корпорации – по обоим бортам белого, как снег горных вершин, джета тянулась крупная надпись, выведенная иссиня-черной краской: «Науком».

Койман, разумеется, рвал и метал. Он сидел в кабинете Мортенса еще до того, как наукомовцы успели добраться

– Какого черта, Морти?! – заорал он, едва появившись на пороге. – Ты уверял нас, что ваша хваленая новая сеть почти готова. Вы с Филгорном потратили чертову уйму денег, сеть как лежала, так и лежит, а эти московские прохвосты разъезжают по моему Анклаву, будто у себя дома!

– Мы – Анклав, – спокойно ответил Мортенс, вставая навстречу Пер-Андерсу. – У нас не закрытая зона. Представители «Наукома» – граждане Анклава, и согласно «Положению»…

– К черту «Положение»! Ты же… – от переизбытка чувств Койман поперхнулся, чем не преминул воспользоваться директор:

– Я бы не рекомендовал вам отправлять к черту «Положение об Анклавах». Каким бы ни был Эдинбург, но мы все еще Анклав. И наш Анклав просто обязан соответствовать «Положению», иначе политическая ситуация может поменяться: мы лишь точка на карте, а эмир Шотландии спит и видит Эдинбург своей территорией. Достаточно другим Анклавам объявить, что мы отказались от «Положения», и Эдинбург формально перестанет быть Анклавом. Со всеми вытекающими…

– Ты меня еще поучи, щенок! – рявкнул Койман.

Мортенс молча проглотил оскорбление, ни один мускул не дрогнул на его лице. Он знал, осталось недолго, какой-нибудь месяц или полтора, и Пер-Андерс со своими дружками заговорит совсем другим тоном. Но именно поэтому москвичи, прибывшие в Эдинбург, беспокоили его намного больше, чем Коймана.

Что терять верхолазам? Какие такие секреты хранят они в сети Анклава, что так настойчиво противятся подключению к новому стандарту сети, предложенному корпорацией «Науком»? Скорее их реакция была ответом на тщательно продуманную и отлично сыгранную им вместе с Филгорном игру. И Мейер тоже неплохо подыграл, правда, даже не подозревая, что участвует в каком-то действе. Мортенсу удалось убедить верхолазов в том, что СБА верить можно, а москвичам – нет.

– «В Анклавах действуют законы, установленные настоящим Положением, а также внутренние правила, выработанные корпорациями», – процитировал Койман, тщательно выговаривая слова, как студент на зачете по обществоведению Анклавов.

Напоминать Мортенсу содержание «Положений» нужды не было, он знал их не хуже Пер-Андерса. Может быть, и лучше, хотя, скорее всего, верхолаз намеренно не закончил фразу, написанную в одном из основных параграфов единственного действующего на территории Анклавов закона. «Совместно с СБА», – добавил про себя Мортенс. Когда наступит нужный момент, он обязательно напомнит об этой неточности Пер-Андерсу вслух. Очень громко и отчетливо, чтобы он запомнил это раз и навсегда: «Совместно с СБА»! А СБА здесь, черт возьми, это он – Мортенс!

– Дело в том, – вместо продолжения спора о «Положении» сказал директор, – что «Науком» такая же корпорация как, скажем, «МегаСофт» или «Лира-дельта». Согласно «Положению», расположение штаб-квартир названных корпораций в Эдинбурге не дает им никакого преимущества на его территории. Кроме того, это еще полбеды – у нас связаны руки.

– Сделай так, чтобы эти уроды убрались отсюда, – прошипел Койман, выпустив в сторону директора клубы сизого дыма.

«Да уж, скрывать ему явно есть что», – поморщившись от едкого сигарного дыма, не без удовольствия отметил Мортенс. Удовольствие пока было чисто платоническим, но когда код Филгорна заработает в полную силу, а команда, подготовленная Пракашем, войдет во владения верхолазов, тогда старому хрычу

Самое странное, но Мортенс прекрасно понимал, что москвичам, вероятно, тайны Коймана абсолютно неинтересны. С их потенциалом этими тайнами можно разве что подтереться. Но этого не понимал Койман. Или понимал, но все равно так сильно боялся проверить это, что собственноручно рыл себе могилу, отстегивая деньги и выделяя ресурсы на проект СБА.

– Я не могу. СБА корпорациям не указ, – Мортенс постарался наполнить последнюю фразу ядом до краев. Судя по тому, что Койман, уже прицелившись выстрелить очередную порцию зловонного сигарного смрада в лицо Мортенсу, резко отвернулся и выпустил дым в пол, у него это получилось. – Фадеев-тауэр официально принадлежит корпорации «Науком», и я никак не могу отказать москвичам в праве пользоваться своей собственностью.

– Отключи им электроснабжение, в конце концов! Сделай что-нибудь!

Мортенс усмехнулся – Койман в пылу возмущения забыл о простой вещи. Той самой, что перевернула этот мир год назад.

– Фадеев-тауэр отключен от общего электроснабжения. Оно им не нужно. У них есть Станция, помните?

– Ну и что?

– Новая энергия.

– Но они монтируют там свое оборудование!

– А вы устанавливаете у себя программы собственного производства – что с того? Поймите, Пер-Андерс, в данной ситуации мы оказались в качестве жертв зыбучего песка – чем больше будем трепыхаться, тем глубже увязнем.

– Ты предлагаешь сидеть сложа руки? – Тон Коймана опустился вниз как минимум на октаву.

– Я предлагаю соблюдать «Положение об Анклавах». Только и всего. В конце концов, смонтированное на крыше Фадеев-тауэра оборудование не сможет обеспечить устойчивый сигнал на территории всего Эдинбурга. А чтобы продолжить работы, москвичам в любом случае потребуется получить разрешение администрации Анклава. То есть у меня.

Койман хмыкнул. Мортенс сделал вид, что не заметил реакции верхолаза.

– Потом им необходимо начать продажу своего оборудования и набрать достаточное количество пользователей сети.

– Их сеть поддерживает все гаджеты старого образца, – напомнил Койман.

– У них нет никакой сети в Эдинбурге, – вздохнув, сказал Мортенс. – Мы ведь даже не знаем, что они там у себя монтируют. С чего вы взяли, что это обязательно сетевое оборудование?

– Ты издеваешься?

Койман посмотрел на директора СБА, не поднимая головы, исподлобья, и затушил сигару о подлокотник дорогого кожаного кресла.

– Нет. Просто рассуждаю.

– Не пошел бы ты со своими рассуждениями? – бросил Пер-Андерс и, резко поднявшись на ноги, стремительно вышел из кабинета Мортенса.

Директор улыбнулся. Впервые с момента появления здесь верхолаза. Мог ли Койман сместить Мортенса с поста директора? Мог. Так думал сам Койман. И это замечательно, что он так думает.

У верхолазов на самом деле была власть. С момента создания Службы Безопасности Анклавов директоров филиалов назначал президент СБА – недавно объявившийся Ник Моратти. Сегодня на Ника все, включая самого Мортенса, в общем-то, плевать хотели. Но процедуру назначения директора никто до сих пор не поменял. Понятно, что верхолазы могли самостоятельно решить, кому следует сидеть в кресле директора СБА, который на сегодня выполнял стандартные обязанности мэра, заодно с удовольствием руководил всеми силовыми структурами вверенного ему Анклава. Но СБА – это не просто название. Это люди, которые сегодня на стороне Мортенса. Безы подчиняются именно ему, и ни Койману, ни остальным хозяевам корпораций быстро уговорить их подчиняться кому-то другому, поставленному на пост директора без соответствующего распоряжения из Цюриха, не удастся.