Виолетта. Белый единорог
Шрифт:
— Ух ты… — восхитилась я, наблюдая, как парень одевается, — богиня забвения, значит?
— Да, знаешь, в этом есть смысл! Я тебя не помню, но уверен, что мы точно виделись. Забвение какое-то.
«Да уж, дочь богини раздора» — думала я о своём — «это точно!»
Сергей убежал и вернулся с двумя полными пакетами всякой съедобной ерунды. Он явно знал толк в покупках, потому что набрал именно того, что чаще всего использовалось в приготовлении пищи. Я непринуждённо, словно у себя дома, принялась готовить обед и всё время в процессе мы болтали, как добрые друзья.
Серёжа рассказал мне, что только что вернулся с коры (паломничество) на священную тибетскую гору Кайлас, где по поверью находится
Но я-то знала, что обычной жизни у него отныне больше не будет. Пока решила не приставать с излишними расспросами, дабы не возбудить в нём недоумения от такого живейшего интереса к его жизни. Впереди ещё много времени, пока нужно ненавязчиво втираться в доверие.
— Я понял! — вдруг воскликнул Сергей, — ты добрая фея, посланная ко мне, чтоб не дать умереть от голода и усталости с дороги!
— Да уж!
И мы рассмеялись. Легко и непринуждённо. Мне сейчас было очень хорошо, поскольку общение не напрягало, а увлекало.
— А я, кстати, вспомнил. Ты и правда снилась мне во сне! — вдруг резко сменив тему, тихо сказал Сергей, — и ты там меня поцеловала…
— Это новый способ соблазнения? — пробуя ложкой готовящееся явство, усмехнулась я, а в душе ликовала: ну наконец-то!.
— Нет, — помотал головой он, — просто сон был такой яркий, необычный! Вот именно из-за поцелуя я его и запомнил. Точно!
Я отложила лопаточку, которой перемешивала овощи на сковородке — Сергей, ко всему прочему, оказался вегетарианцем — Тебе снятся вещие сны? — спросила я вкрадчиво, приближаясь к нему.
— Иногда, — он вдруг, словно под невидимым напором, шагнул назад. Попятился!
Я чуть не рассмеялась. Застенчивый, однако. Ладно, ни к чему пугать, торопить события.
— Мне тоже, — вздохнула я и вернулась к плите.
Потом мы вместе и с аппетитом покушали, и Сергей принялся разбирать рюкзак. Он показал мне, помимо фотографий, свои зарисовки цветными мелками: храмовый комплекс Пашупатинатх в Катманду, горы Западного Непала, центральная площадь Патана (городок, носящий статус «Мирового культурного наследия» в списке ЮНЕСКО), мост на границе с Тибетом, озеро Маносаровар уже в Тибете (женская ипостась и сила Вселенной), буддийский монастырь «Чу» на берегу озера, Кайлас на рассвете — вид издали, и ещё много-много разных видов…
— Ты отлично рисуешь! Так передавать цвета… — искренне восхищалась я, — это талант! Специально учился где-то?
— Нет, самоучка, — спокойно ответил он.
— Обалдеть…
Я посмотрела на него другими глазами. Пишет, рисует (да так восхитительно!), при этом совершенно никаких признаков тщеславия и даже не возгордился. Как будто это обычное дело — творить такие вещи. Как будто каждый способен на это.
Я
знаю, что Маргоша пишет картины акварелью, не раз хвасталась: отец устраивает ей дорогущие выставки…И девочка ощущает себя невероятно продвинутой художницей, задирает носик и жаждет всеобщего поклонения. А Сергей, как будто бы совершенно равнодушен к своим способностям. Единственное — он с восхищением смотрит на рисунки. Но восхищение это оттого, что переживает заново впечатления от поездки.Я бы тоже не отказалась увидеть воочию всё это, своими глазами…
Однако сейчас я поняла, что на сегодня хватит. Перегружать его своим присутствием не следовало, в таком деле лучше нехватка, чтоб разжечь интерес.
Только вот как уйти, чтоб парень захотел увидеться снова?
— Мне пора домой… — я вымолвила это так внезапно, так грустно, что Сергей растерялся.
С горящими глазами он жаждал вывалить на меня кучу информации и увлекательных рассказов.
— Мы ведь ещё увидимся? — спросил с надеждой. Этот парень совсем не умеет скрывать своих эмоций!
— Если хочешь, — с облегчением, обворожительно улыбнулась я.
— Знаешь, — проговорил Сергей, выходя за мной в коридор, — у меня такое ощущение, что я знаю тебя целую вечность, Лета…
Было очень непривычно так называться. Я кивнула.
— У меня тоже. Спасибо сну, он подарил нам эту встречу.
Кажется он уже и забыл, с чего всё началось.
— Подожди! Я провожу тебя! — Сергей метнулся одеваться.
На улице снова мело, холод пробирал до костей. Благодаря непогоде, казалось, что уже смерклось, а ведь не было ещё и пяти вечера. А может и впрямь стемнело, зимой ночь подкрадывается незаметно и накидывается внезапно.
Люди сновали по тротуару туда-сюда, ныряя в недра магазинов и выныривая с огромными пакетами и сумками. Улицы, украшенные в предвкушении Нового года, переливались огнями и дразнили рекламой. Мы двинулись к метро.
— Скоро Новый год, — улыбнулся Сергей, — со всеми перемещениями я почти забыл об этом.
— Я тоже, декабрь был таким сумбурным, как и весь год… Пора подводить итоги?
Я подмигнула ему.
— Есть что подвести, — согласился он, — впереди самое начало новой жизни.
— Надеюсь, в ней будет место для меня? — кокетливо улыбнулась я.
Он молча улыбнулся в ответ, некоторое время глядя мне в глаза.
На меня вдруг накатил страх: а если он прочтёт в них мою истинную сущность и истинные мотивы общения с ним? Я быстро опустила взгляд и заторопилась вперёд.
Уже у самых ступенек метро Сергей поймал меня за руку.
— Убежишь просто так? — в глазах его прыгали лукавинки.
Я вспыхнула.
— На первом свидании не целуюсь!
— Да я не об этом, — засмеялся Сергей, — может, обменяемся телефонами?
Я покраснела. Так глупо себя повести… Полезла в сумочку, но замёрзшие пальцы не слушались.
— Сейчас напишу…
— Не надо, — остановил меня Сергей, — я сам.
Извлек из кармана телефон, пощёлкал кнопками. Я продиктовала номер мобильника.
— Сейчас звякну — сохрани, — сказал Сергей.
Когда его номер высветился на экране моего телефона, я аккуратно занесла его в книгу.
— Ну, всё? — я сунула телефон в сумочку.
— Теперь да.
— Я позвоню, — помахала я, — иди, дальше я сама. Пока! И…спокойной ночи!
Уже покачиваясь в тёплой подземной электричке, я не переставала думать о сегодняшнем знакомстве. Анализировала, как всё прошло, мысленно готовила отчёт для Стефана. Всё оказалось гораздо проще, чем мы предполагали. Учитель переоценил парня, посчитал, что будет нелегко с ним сблизиться, а он, похоже, прост, как пять копеек, совершенно открыт и искренен. С таким не нужно иметь семь пядей во лбу, чтоб манипулировать им и аккуратно вести. Я с облегчением вздохнула и улыбнулась — победа будет нашей!