Чтение онлайн

Когда холод снова стал подбираться, Мартенс встал на ноги и включил фонарик. Теперь он должен спуститься на ту сторону и найти хижину. Это не может быть далеко, потому что когда он вылез на гребень скользкого склона, его буквально оглушил шум волн. И подмял под себя жуткий ветер. Он шел согнувшись, закрыв руками нос и рот, чтоб как-то дышать. С этой стороны склон оказался просто катком. Он споткнулся и повалился на колени.

В первый раз Мортен Мартенс действительно испугался. Нет, так дело не пойдет. Даже если он доковыляет до моря, хижина может оказаться метрах в двухстах как в ту, так и в другую сторону. Единственный разумный выход — дождаться рассвета. Он дополз обратно и провел хилым лучиком по лодке и коробкам. В какой из них спальный

мешок? Если он его найдет, можно укрыться под навесом в лодке и сохранить тепло. Он попробовал разыскать это, поднимая тюки по очереди. Но благодаря его гениальной прозорливости все коробки были одного веса. Тогда он стал действовать на ощупь, вспомнив, что переложил спальником какие-то консервы. Наверно, здесь, вроде что-то мягкое… Закоченевшие пальцы не могли совладать со скотчем. Наконец он рванул и выдрал клок.

По счастью, он не ошибся. Он вытянул спальник, звякнули банки. Еще немного попрыгать, чтоб разогнать кровь. Он и сам понимал, что прыгает, как рахит, прыжки походили на тур медленного вальса. Он запихнул спальник под навес. На дне лодки перекатывалась вода, шут с ней. Когда он опять нагнулся, чтобы влезть в лодку, из кармана вывалился фонарь. Потом, попробовав его зажечь, Мартенс обнаружил, что и стекло, и лампочка разбились. Все равно, через три часа рассветет.

Но мерз он нещадно, часто высовывал голову и с надеждой смотрел в черное небо. Странным, необъяснимым образом он почувствовал, что дождь прекратился. Стоило ему минуту полежать спокойно, его начинал колотить озноб, как при температуре. Время тянулось омерзительно медленно.

Прошла вечность тьмы, и он увидел просвет на востоке. Вылезя чуть позже из лодки, он прочувствовал, каково приходится подагрикам: прямо он шел с огромным трудом. Тело вышло из повиновения. Грыз голод, еще более страстно хотелось очутиться в тепле. Он взобрался на отполированную гору и увидел вдали, где бились о берег волны, белую полоску. Да, этот пейзаж что-то напоминает ему. Там ниже и правее…

Перед последним решительным броском он выждал минут пятнадцать — чтоб совсем рассвело и не было риска свернуть себе шею в расщелинах. Потом вышел к морю. Этот маленький пляж, должно быть, мини-Ривьера Нурдванга. Мортен прошел он еще немного, встал на четвереньки и посмотрел в бухту. Странно, что никто не водрузил на полюсе флаг, рассеянно подумал он. Провалявшись так какое-то время, Мартенс вдруг расхохотался. Не от истерической радости, а от щемящего страха. Никакой хижины не было.

Старший инспектор Кристиан Рённес относился к тем, кто ждал лыжного чемпионата с искренним и неуемным нетерпением. Интерес его был так горяч, что, признаться, он сэкономил шесть дней от отпуска — чтоб уж точно ничего не упустить. Жена выражала свое молчаливое согласие, хотя не считала сидение перед телевизором единственно возможной формой зимнего отдыха.

Часы показывали половину девятого, и он наслаждался непривычной тишиной в управлении. Несколько сотрудников выступали свидетелями в суде по делу о мошеннике, огребшем 400 тысяч крон на запрещенных игровых автоматах. Рённес посмотрел на настольный ежедневник. Он до сих пор не проверил, все ли успел вчера. Итак: 17.00, Мартенс. Так. Печатник вчера не приходил. Он хотел посоветоваться с ним, какие именно типографии необходимо проверить, и может, есть специальное бюро, которое могло бы собрать все необходимые образцы шрифтов. Мартенс произвел на него очень приятное впечатление — не то что эта болтушка, его шеф. Странно, что он не позвонил. Рённес прождал его до шести.

Он достал каталог, отыскал номер АО «ТРЁНДЕР-ПРИНТ» и потянулся к трубке.

— День добрый, будьте добры Мартенса.

— Минуточку, — ответил женский голос. Минутка тянулась пятнадцать секунд ровно, после чего в трубке послышался стук работающей машины, и слегка заглушённый им голос сообщил: — Вы слушаете? Оказывается, Мартенс сегодня не приходил. Наверно, заболел. Я могу вам чем-нибудь

помочь?

— Нет, спасибо. А нет ли на месте начальника?

— Грегерсена? Минуточку, — эта вторая минуточка продлилась всего пять секунд.

— Грегерсен слушает.

— Здравствуйте, это Рённес из уголовной полиции. Мне сказали, что Мартенс заболел.

— Похоже на то. Хотя сам он нам не звонил.

— А обычно он пунктуален?

— Кто, Мартенс? Как часы. А в чем дело?

— Он вчера так и не пришел.

— Не пришел?

— Нет.

— Но он ушел сразу после вашего звонка. Я отпустил его, что бы вам не ждать.

— Непонятно, — сказал Рённес, идеально точно выразив свою мысль. Он постучал пальцами по столу. — Не могли бы вы позвонить ему сами и выяснить, действительно ли он заболел? В таком случае стало бы ясно, почему он вчера не явился.

— Да, я немедленно позвоню и потом сообщу вам.

Рённес положил трубку и придвинул к себе папку с пометкой С-276 — «Польше нужна еда». Он стал перелистывать ее содержимое. Взглянул на фотографию изможденных рабочих в очереди. ЗАРАНЕЕ БЛАГОДАРЮ ВАС ЗА ДОБРОСЕРДЕЧИЕ И ЩЕДРОСТЬ. С НАИЛУЧШИМИ ПОЖЕЛАНИЯМИ, ГЕРХАРД МОЛЬТКЕ, УСТРОИТЕЛЬ АКЦИИ.

Телефон зазвонил через четыре минуты.

— Рённес.

Это Грегерсен опять. Как бы с Мартенсом чего-нибудь не приключилось. У него никто не отвечает. Тогда я позвонил хозяину и попросил его подняться к Мартенсу. Он стучал, но никто не открывает.

— Плохо. Грегерсен, пожалуйста, если он появится, немедленно дайте мне знать.

— Само собой. Ума не приложу…

— И никому пока ничего не говорите. Понятно?

— Естественно… Но тут еще одно.

— Что?

— Его хозяйка сказала, что машины нет на месте.

— Обычно он ездит на работу на машине?

— Нет, на автобусе.

— Вы не спросили хозяев, когда они в последний раз видели его машину?

— Вчера вечером. Рённес, вы думаете, с ним что-нибудь случилось?

— Будем надеяться, что нет. Пока нет поводов для паники. Я буду держать вас в курсе дела.

— Большое спасибо.

Он посидел немного в задумчивости. Каких только невероятных совпадений не бывает, может, правда…

Что-то подсказывало ему, что и правда может. С этой минуты Кристиан Рённес лишился покоя. Сначала два коротких телефонных звонка — в местную больницу и охраннику на первом этаже. Отрицательные ответы в обоих случаях. Мортен Мартенс не поступал. Потом он позвонил в дорожную полицию и получил сведения о номере, марке и цвете машины. Распорядился передать по радиотелефону запрос на розыск «Лады» красного цвета, модель 1977, номер VE 17393. Потом по местному он соединился с Андреасом Хаугеном, шефом уголовной полиции. Быстро ввел его в курс дела и получил разрешение. Если бы речь шла об обыске, нужно было бы обращаться в вышестоящие инстанции, но на то, чтобы просто взломать дверь и выяснить, что с человеком, может дать санкцию и он.

Потом Рённес сел в полицейскую машину и отправился по указанному адресу вместе с инспектором Френгеном, одним из старейших и самых надежных сотрудников управления. Как один из наиболее доверенных помощников Рённеса, он был в курсе расследования операции «Польше нужна еда». Они не мчались очертя голову и не пугали всех синей мигалкой. Наверняка первая мистерия сегодняшнего дня окажется ложной тревогой — по счастью, большинству мистерий находится разумное, а не уголовное объяснение.

Женщина, открывшая им дверь на Свердрюпсвейен, испуганно улыбнулась.

— Полиция?

— Полиция? — переспросил выросший за ее спиной мужчина.

Рённес назвался и представил Френгена. Тот в свою очередь пробормотал несколько вежливых слов, и чета Нильсенов пригласила их в дом.

— Фру, нет ли у вас ключа от квартиры на втором этаже?

— Есть, но…

— Нам необходимо убедиться, что с господином Мартенсом все в порядке. Как выяснилось, никто не видел его с тех пор, как он уехал отсюда вчера вечером, — объяснил Рённес абсолютно безмятежно.