Виктор II. Академия
Шрифт:
Нутро дома не соответствовало тому, чего можно было ожидать, обозрев хату с полянки. В человеческом сознании не действовали привычные законы бытия. Так, снаружи дом был прямоугольным, а внутри он имел три уходящие вдаль коридора. Ну, так говорили учителя. Сам я пока не видел коридоров, поскольку они были скрыты дверьми.
Одна дверь, массивная и крепкая, красовалась в полу и вела в подвал. В нём скрывалось всё то, от чего человек желал избавиться, забыть или спрятать за семью печатями.
Ещё одна дверь вела на чердак. И на нём таились обычные воспоминания: хорошие или
Мне же нужна была третья дверь, которая прикрывала вход на первый этаж. Я толкнул её и увидел-таки длинный извивающийся коридор с перепадами высот и множеством дверей по обеим сторонам.
Я осторожно двинулся по нему, слыша из-за ближайших дверей приглушённые голоса, смешки и прочие звуки.
— Аделина, держи спину прямо, — донёсся до меня строгий женский голос из-за серой двери.
— Пауки такие мерзкие, бр-р-р, — прозвучали за почерневшей дверью слова Адрианы.
— Доченька, смотри, что мы купили тебе с матушкой, — мягко произнёс старший Меццо из-за розовой двери.
Я продолжал идти по освещённому керосиновыми лампами коридору и возле каждой двери ощущал что-то своё: лёгкий страх, грусть, разочарование…
Говорят, что сильные менталисты могут проникать гораздо глубже в сознание. Я же сейчас шёл по самому верхнему плану. А вот на глубинных ярусах таилось такое, что при определённом воздействии менталиста могло кардинально изменить характер и взгляды человека. Туда-то и пробирался бес, дабы, словами Васьки, захватить капитанский мостик.
Сам я туда хрен проникну. У меня попросту нет подобного опыта, силы и мастерства. А вот следуя за бесом я вполне могу очутиться там. Однако передо мной не стояла такая задача. Я просто должен догнать беса и изгнать его из сознания девушки. Но как? Меня не обучали битвам внутри чужого сознания, оттого-то я и чувствовал себя, как голый на минном поле.
А тут ещё мне повстречалось месиво из нашинкованных кусков человеческой плоти и стальных лат. Бес настругал очередную пару рыцарей, которые должны были защищать сознание девушки.
Содрогнувшись, я перешагнул изуродованные останки защитников, взобрался по небольшому склону коридора и наконец-то увидел беса. Он предстал в образе двухметрового черно-пепельного нетопыря с непропорционально большими задними лапами. Они уже скорее напоминали человеческие ноги, нежели конечности летучей мыши. Однако практически всё остальное у беса было нетопырячье: свисающие, точно плащ, крылья, ушастая меховая башка с глазами-бусинками, чёрный нос, похожий на свиной пяточек… А вот передние лапы, к коим крепились крылья, заканчивались неординарными для летучих мышей пятью пальцами с длинными серповидными когтями, обагрёнными кровью.
И вот с этой образиной мне нужно сражаться? У меня от этой мысли закололо в правом боку, а слюна сгустилась до состояния смолы.
Тем временем бес приблизился к железной двери с клёпками. Она красовалась в конце коридора
и, видимо, вела на нижний план. А там уже было сильно подсознание, а не сознание. И где мне выгоднее сражаться с бесом? Да хрен его знает. Но мне как-то роднее был более знакомый первый этаж, поэтому мою грудь покинул мощный крик, отразившийся от дощатых стен:— Эй! Козлина!
«Козлина» обернулся и вперил в меня взгляд, в котором царил чудовищный голод. Он пару мгновений разглядывал меня, а затем раскрыл усеянную зубами-иголками пасть и испустил высокий режущий барабанные перепонки звук.
Я скривился от боли и зажал уши. А этот урод помчался ко мне нелепыми прыжками, будто взял несколько уроков у горилл. Хорошо хоть ширина и высота коридора не позволяли ему летать, а то бы он шустро преодолел разделяющее нас расстояние. А так — я бросился бежать прочь от него. Только пятки засверкали.
Однако бес быстро нагонял меня. Я почувствовал себя беспомощной букашкой. До входной двери ещё было далеко. Смертельно далеко. Придётся сражаться с бесом. Спина сразу взмокла от страха, а в коленках появилась дрожь… Ещё никогда я не был объят таким ужасом. Смерть тут означала и смерть в реальном мире.
Но вдруг страх стал трансформироваться в злость. Да какого хрена я трясусь, как заячий хвост?! Я же не просто какой-то там юный маг, а настоящий менталист, который учился у таких людей, кои на завтрак ели бесов! Но мне бы оружие… револьвер или хотя бы меч. Нет, лучше копьё. Да, копьё было бы сейчас очень кстати. Длинное, гладкое и с крепким, стальным наконечником.
В этот миг я внезапно ощутил тяжесть в правой руке. Резко скосил глаза и со смесью удивления и щемящей радости увидел копьё! Охренеть! Как оно тут оказалось! Но мне некогда было думать над этим феноменом. Бес-нетопырь уже нагонял меня. Я чувствовал, как его смрадное дыхание шевелит волосы на моём затылки. Надо было что-то срочно предпринять. И я предпринял…
Прыгнул вперёд и в полёте перевернулся так, чтобы упасть на спину. Копьё же я выставил перед собой. И когда моя спина попробовала на прочность пол, оружие упёрлось древком в стык между половиц.
А преследующий меня нетопырь распахнул крылья, но не успел затормозить и всей массой насадился на остриё копья. Оно с хрустом вошло в его узкую мохнатую грудь, вызвав у существа тонкий вопль, перешедший в ультразвук. Из моих ушей чуть не брызнула кровь и даже зубы заломило.
Однако страшная рана не убила беса. Он перестал верещать и одним взмахом когтей перерубил древко копья. В моих руках осталась лишь короткая палка. Вторая же часть копья продолжала торчать из окровавленной груди нетопыря.
У меня снова не оказалось оружия. Но теперь у меня был опыт…
Я со страшной силой подумал об автомате «Калашникова». Мой мозг со всей лютой страстью вообразил в руках тяжесть автомата, запах смазки и деревянный приклад. Но — хрен там был. Шедевр отечественного оружейника не появился в моих загребущих ручонках. И тогда я постарался вообразить что-то более простое. Щит и меч.
В это же время к моей голове уже неслись когти беса. И я с ужасом видел, как с них срываются капельки крови.