Виконт особо опасен
Шрифт:
— Вот уж славные новости. И куда ты нас переместил? — спросил я, оглядываясь.
— На кладбище, — как ни в чем не бывало ответил Натан.
Я смерил его подозрительным взглядом, но тот развел руками, давая понять, что серьезен. Окидывая взглядом аллею, я убедился, что он не шутит. За деревцами действительно были невысокий надгробия, а вдали и вовсе виднелись памятники.
— И зачем? — спросил я у него.
— С родителями познакомишься, — фыркнул он. — Ты ж у нас ничего не помнишь, вот и будешь потихой вспоминать. Айда за мной! — махнул он рукой и
Мне не оставалось ничего не делать, кроме как последовать за ним. Надо же было как-то знакомиться с новыми обстоятельствами. Чем больше информации я поглощал, тем подготовленнее становился.
Я в принципе любил быть готовым ко всему. И раз уж так вышло, то нужно было пользоваться моментом.
Мы остановились возле невысокого прямоугольного надгробия. Могила была сдвоенной и, судя по надписи, в ней покоились мои мать и отец. Даты смерти совпадали. Похоже они умерли в один день.
— Вот, теть Люд, — сказал карлик. — Сына вам привел. Сам-то он не сподобится. Только таким способом заманить можно. Знакомься, Фил. Это твои родители. Или их ты тоже забыл?
А у меня и не малейшей мысли об этом, ни малейшего воспоминания. Я даже не помню, как они выглядели и чувств реципиента к ним.
— Так, пошли, — дернул я его за плечо. — Несмешные шуточки у тебя.
Мы прошли дальше и сели на лавку неподалеку.
— Слушай сюда, — сказал я. — Я на полном серьезе тебе говорю, что твоего друга в этом теле больше нет. Это не амнезия и не прикол. Здесь я — Филин. Один из лучших воинов Империи, высший архимаг первого ордена.
— Понятно, — буркнул карлик. — Совсем крыша поехала. Ладно, будем считать, что я тебе поверил.
— Да чтоб тебя, — выругался я. — Твой друг так умел?
Я материализовал возле себя летающий шип, который начал кружить вокруг нас. Натан завороженно смотрел на него, а потом расплылся в улыбке.
— О, так у тебя и дар проснулся. Поздравляю! — захохотал он. — Это дело надо отметить! Только не так как вчера. А то начнешь думать, что ты медведь и ходить реветь по углам.
— Хрен с тобой, — махнул я на него рукой. — Думай, что у меня потеря памяти или я стал психом. Да что угодно. Только давай рассказывай, кто я такой и что здесь вообще происходит.
Оказалось, что это и не мой мир вовсе. Та же Российская Империя, только в другом измерении. Вот подарочек судьбы-то.
Мой род носил титул виконта, которые пришли к нам из европейских государств. И в принципе Империя было сильно европеизирована до поры до времени, пока не разгорелась мировая война и они не начали отделяться друг от друга.
Боевые действия стихли, но между странами до сих пор были напряженные отношения. Стремящаяся к мировому господству Британия то и дело разжигала конфликты по всему земному шару.
Род Калашниковых существовал уже более трехсот лет и был достаточно богат, имея в своем распоряжении заводы, фабрики и различные предприятия. На их довольстве была даже целая небольшая армия.
Поэтому Филипп Эдмундович, хоть и не обладал каким-либо даром, с малых лет купался в роскоши и привык к этому.
Всему
приходит конец. Зачастую неожиданно. Так и случилось. Год назад в автомобильной катастрофе погибли родители Филиппа. Они ехали на официальный вечер, но по дороге им в лоб прилетел грузовик, водитель которого был пьян.У них осталось трое детей, из которых Филипп был самым младшим. Однако все имущество, включая фамильную усадьбу, никому из детей не досталось.
По странному стечению обстоятельств в завещании не был никто из них указан, а главным наследником числился родной дядя Филиппа — Платон Калашников.
Тут же поднялась волна возмущения со стороны старших братьев. Но их быстро успокоили, поставив каждого во главе своей фабрики. Старшему Николаю досталась текстильная, а среднему — птицефабрика.
А вот Филипп даже и не думал претендовать на имущество отца. Вместо этого он пустился во все тяжкие. Пил, курил и кутил вовсю со своим лучшим другом — карликом Натаном.
Дядя щедро отсыпал ему отступных, лишь бы он ни на что не претендовал. Но что-то мне подсказывало, что Филиппа знатно обманули, а он в виду своего возраста и безответственности повелся.
— Вот такая история, — усмехнулся карлик, закончив свой рассказ. — Только тут есть один нюанс.
Я посмотрел на него приподняв одну бровь. Ну что там еще?
— Мы с тобой были слишком избирательны в выборе своих… так сказать, половых увлечений. Не, ну я-то всегда был против. Лучше уж цыпочек в клубе снять. Ну или в баре каком захудалом. Ну или проститутку на худой конец.
— А я?
— А для тебя они все были недостойны. Ты же у нас — виконт! Тебе не пристало кувыркаться с какими-то там…
— И-и?
— И ты охотился на всех знатных дочерей в этом городе, — весомо качая головой, сказал карлик. — Собственно из двадцати шести родов и кланов, в твоей коллекции нет только пятерых.
— Вот значит как, — цыкнул я. — И что-то мне подсказывает, что их отцы и братья, как те, которых мы только что видели, не очень-то довольны такому раскладу.
— О-очень недовольны, — подтвердил Натан. — По десятибальной шкале они злы на все пятнадцать. Поговаривают, что за твою голову назначена награда с шестью нолями. Но я этого точно не знаю. Может и слухи.
— Что-то вы не особо скрывались, учитывая то место, где мы сегодня проснулись, — произнес я.
— А чего бояться? Один раз живем, — усмехнулся карлик. — И нужно прожить эту жизнь на полную катушку. Нас еще пять дамочек заждались.
— Нас? — я вопросительно посмотрел на него, намекая на его размеры.
— Ага. Ты у нас по дочерям, а я по их служанкам. Мне высокородных фиф не надо. У этих дамочек и служанки отличные. А чего ты на меня так смотришь? Я между прочим ого-го-го. У нас так всегда и было — я красивый, а ты — знатный. Вот такая компания — странная, но чертовски эффективная.
Этого мне только не хватало. Если все эти разъяренные родственники назначили за мою голову награду, то за ней должна вестись охота. В моем положении это было совершенно ни к чему.