Вихрь пророчеств
Шрифт:
– Наверное, лорд Айвар и другие руководители уже добрались к выходу из туннеля, – почти прямым текстом сообщил Гарван аб Малах. – И если так, то там сейчас очень горячо. Я уверен, что они пошли не только сами, а прихватив с собой достаточно охраны.
– Очень надеюсь, что верховного поборника возьмут живым, – сказал Имар, наблюдая за тем, как Фергас аб Гвыртир, разрядив пистоль в ближайшего врага, выхватил саблю и врезался в самую гущу боя. – Лорд Айвар слишком легко отделается, если просто погибнет в катакомбах.
Глава XXIII
Капля силы, перо от крыла
Когда под килем зашуршал песок, четверо моряков, оставив весла, дружно спрыгнули в воду, схватились руками за борт и одним сильным рывком вытащили лодку на берег почти до половины ее корпуса.
Мейлас аб Конхир, капитан корабля «Шерен Эйнарах», сошел первым
Перед ними до самого горизонта раскинулась голая песчаная равнина, над которой неистово палило солнце. Шимасу даже не верилось, что сейчас в Северном Абраде лютует зима, да и на значительной части юга континента погода далеко не теплая. Они с Рианой отплыли из Гулад Данана в конце осени и с тех пор быстро убегали от холодов, пока наконец не очутились в краях, где круглый год царило лето. Да еще и такое лето, что даже в разгар зимы, за каких-нибудь одинадцать дней до праздника Солнцеворота, когда начинался новый календарный год, тут было жарче, чем в середине горфеннава в Кованхаре.
– Госпожа, вы уверены, что вам не нужно сопровождение? – в последний раз спросил Мейлас аб Конхир. – Мы с радостью вам послужим и дальше.
Впрочем, он лукавил и знал, что Риана это понимает. На самом же деле капитану очень хотелось отправиться в глубь острова и своими глазами увидеть кости легендарных драконов, однако договором, заключенным еще в Вантайне, предусматривалось, что члены команды не будут высаживаться на берег без разрешения Рианы. Собственно говоря, и моряки, включая Мейласа аб Конхира, были слишком суеверны, чтобы самим путешествовать по острову. Другое дело – вместе с ведьмой и тремя колдунами…
– Конечно, я уверена, капитан, – ответила Риана. – Мы как-нибудь сами о себе позаботимся. Благодарю вас за предложение и прошу вернуться на корабль. Думаю, до вечера мы управимся, но если придется остаться на ночь, я непременно об этом напишу. Если до захода солнца нас не будет, не спешите волноваться, а просто проверьте листы, которые я вам дала.
Примирившись с тем, что ему не суждено совершить путешествие к загадочному Драконьему Гнезду, Мейлас аб Конхир пожелал своим пассажирам успеха, вместе с подчиненными столкнул лодку в воду, и они впятером поплыли назад к кораблю, стоящему на якоре в двух кабельтовых от берега. А Риана извлекла из пристегнутой к поясу сумки карту Инис на н-Драйга, быстро сориентировалась по ней и указала в направлении, немного западнее от южного:
– Нам туда. Вы уже готовы идти?
Шимас молча кивнул. Так же поступил и Дарах аб Шолвег – чернявый и смуглый здоровяк на целых полголовы выше Шимаса, который и сам не имел оснований жаловаться на рост. А жена Дараха, Ингриг, невысокая блондинка, казавшаяся совсем миниатюрной рядом со своим мужем, ответила:
– Да, леди Риана, мы готовы.
– Тогда пойдемте, пока солнце не слишком поднялось. Если не будем мешкать, за два часа доберемся.
Риана с Шимасом двинулись впереди, за ними пошли Дарах с Ингриг, а последним плелся Колвин. Ему было труднее по сравнению с остальными, так как он не мог защититься чарами от тропической жары. На протяжении всего плавания Колвин, по приказу Рианы, скрывал свою силу, и ни Дарах, ни Ингриг даже не догадывались, что он колдун, тем более черный, искренне считая его просто придурковатым слугой, которого ведьма по непонятным причинам, а может, из банальной прихоти, взяла с собой в это далекое путешествие.
Впрочем, нельзя сказать, что они вообще ни о чем не подозревали. Разумеется, оба понимали, что Риана не по доброте душевной подобрала их на полпути до Инис на н-Драйга, а ее объяснения что она просто заинтересовалась пророчеством арранской провидицы, их совсем не удовлетворило. Кроме того, ведьма путешествовала в обществе кованхарского профессора, что было крайне необычно. Когда Дарах и Ингриг прямо спросили об этом у Шимаса, он рассказал им чистую правду, хотя и не всю: что познакомился с Рианой в Эврахе, потом так сложилось, что им было по пути, и они вместе поехали на север, а в Манхайне Риана внезапно предложила ему отправиться с ней на Драконий остров, и он был
бы глупцом, если бы упустил такую возможность. Кто знает, поверили ему молодые люди или нет, но больше к этой теме не возвращались…Они шли, берег постепенно отдалялся, и весь вид вокруг заполоняла покрытая золотистым песком равнина без единого деревца или хотя бы мельчайшего кустика. Инис на н-Драйг представлял собой кусок пустыни посреди бескрайнего океана, и если бы тут не было Драконьего Гнезда, он не привлекал бы ничьего внимания; ему, скорее всего, не дали бы никакого названия. А если бы и дали, то какое-нибудь пресное, бесцветное, и уж подавно никому бы и в голову не приходило устраивать дискусии, как его правильно называть.
Однако остров был необычным, поэтому с давних времен между историками и географами велись ожесточенные споры о его названии. Первые исходили из того, что здесь нашли свое последнее пристанище двенадцать драконов, а значит, остров должен быть Драконьим – Инис Драгол. Географы же утверждали, что к тому времени, когда сюда приплыл первый шинанский корабль, в живых оставался только один дракон, которого именовали просто Ан Драйг, так что название Инис на н-Драйг, остров Дракона, вполне оправданно. Географы в этом споре одерживали верх, ведь именно они составляли все карты, а историки отыгрывались разве что в своих книгах, где писали исключительно «Инис Драгол», обязательно добавляя пренебрежительную ремарку, что некоторые малообразованные люди ошибочно называют этот остров Инис на н-Драйгом.
Сам Шимас не утруждал себя тонкостями терминологии, называя остров и так, и этак, в зависимости от того, что первое на язык придется. Он никогда не был сторонником маргинальных теорий, приписывающих словам и их сочетаниям какое-то самодостаточное магическое или мистическое значение. Для Шимаса они были просто способом формулировать мысли и передавать информацию, а с этой точки зрения что Инис Драгол, что Инис на н-Драйг значили одно – когда-то тут жили драконы. Собственно, это было единственное место, где сохранились следы их присутствия. И хотя большинство колдунов и ведьм придерживались мнения, что в древние времена Новый Свет населяло много драконов, факт оставался фактом – ни на Абраде, ни на всех исследованных островах, кроме самого Драконьего, до сих пор не нашли ни единого свидетельства, что их было больше двенадцати. А двенадцать, между прочим, интересное число. Математик сразу скажет, что оно равняется трем, умноженным на четыре, и в связи с этим упомянет геометрическую теорему о прямоугольном треугольнике. Однако для Шимаса было гораздо важнее историческое значение этого числа. В Старом Свете оно, похоже, имело какой-то глубокий смысл, потому что древние шинанцы чаще считали дюжинами, чем удобными десятками, да и само наличие специального слова, обозначающего такое количество, говорило само за себя. С той же седой древности сохранилось деление времени от полуночи до полудня на двенадцать часов; бытовая мера длины, фут, вмещает ровно двенадцать дюймов; а еще Шимасу было известно, что и год в Старом Свете состоял из двенадцати месяцев. Также в нескольких старейших религиозных текстах вскользь упоминается о каких-то двенадцати апостолах, и теологи по-прежнему не могут прийти к согласию, что это означает. Шимас не исключал, что там идет речь именно о драконах; возможно, и в Старом Свете их было двенадцать…
Идти пришлось дольше, чем два часа, и лишь около полудня по минеганскому времени (а на долготе Инис на н-Драйга это соответствовало примерно одиннадцати часам) они добрались до единственной существенной неровности на всем острове – большой, не меньше четверти мили в диаметре и глубиной, наверное, футов пятьдесят, впадины с пологими склонами. Вероятно, здесь когда-то было озеро, хотя при такой жаре в это слабо верилось.
На дне впадины поблескивали слепящей белизной двенадцать огромных скелетов. По форме они напоминали ящериц, но этим все их сходство с пресмыкающимися исчерпывалось. Драконы были теплокровными существами и обладали разумом, ни в чем не уступающим человеческому. Кроме того, они владели могущественной магией, по многим признакам напоминавшей ведьмовскую. Однако Искры, по утверждению ведьм, у них не было; они несли в себе некое подобие ведьмаческого отпечатка, очень мощного отпечатка, которым были пропитаны их кости и плоть. О силе их чар свидетельствовало хотя бы то, что они свободно летали, не имея крыльев. Им было по плечу перелететь с Абрада на этот остров, тогда как еще ни одной ведьме не удавалось левитировать дальше чем на два десятка миль – и такой полет ведьму полностью истощал.