Ветер странствий
Шрифт:
До сих пор сохранились водопроводные трубы, сделанные из лиственницы. По сей день осталось бережное отношение к водным артериям острова. Когда бесчисленные туристические группы организуют тур по каналам Большого Соловецкого острова, то их предупреждают: вода у нас абсолютно чистая, её нельзя ничем загрязнять, иначе просто будешь выпровожен с острова с позором и никогда больше сюда не попадёшь. И вот идут лодки на вёслах от одного озера к другому. А всего на острове озер аж 503! В основном, ледникового происхождения. По берегам растут корявые, низкорослые берёзы и хвойные леса, ведь край этот – лесотундровый, суровый, с долгими зимами, полярными ночами.
Но в монастыре здесь всегда кипела жизнь: было большое подсобное хозяйство, монахи и послушники ловили и разводили рыбу, добывали зверя, выращивали огородные культуры, занимались скотоводством, пчеловодством в этом суровом крае. Процветали различные ремёсла: слесарное, столярное, особо славилась кузница. На каналах, там, где был перепад воды, монахи поставили мельницы и мололи зерно.
На Соловецком острове было большое животноводческое хозяйство. Монахи всегда отличались удивительным трудолюбием
Монахи трудились так, что монастырь числился среди крупнейших землевладельцев государства. Своей праведной жизнью соловецкий игумен Филипп стяжал всеобщее уважение, и слава о нём распространилась так далеко, что достигла царя Ивана Грозного, который в 1566 году вызвал Филиппа из Соловецкой обители и предложил занять кафедру митрополита Московского. Время Ивана Грозного прославилось жестокостью. Царские опричники – его телохранителями, личная гвардия, созданной царём, совершали все самые ужасные казни и деяния. Условие Филиппа уничтожить опричнину царь не принял. Он постарался доказать новому митрополиту ее необходимость и договорился с ним, что Филипп не будет вмешиваться в дела государственного управления. Всего лишь полтора года после избрания Филиппа митрополитом в Москве не было слышно о казнях. Весной 1568 года кровь вновь полилась рекой. Многих казнили без суда и следствия, и никто не смел заступиться за опальных. Митрополит Филипп не мог больше молчать при виде стольких злодейств и страданий. Убедившись, что царь не внимает его призывам, митрополит решается всенародно обличить Ивана Грозного. Это произошло во время воскресного богослужения в Успенском соборе Кремля. Царь пришел в ярость и, угрожая, велел Филиппу замолчать, на что тот ответил: «Государь! Не думаешь ли, что боюсь я смерти? Лучше умереть невинным мучеником, чем в сане митрополита безмолвно терпеть ужасы и беззакония». Смерть настигла митрополита в его келье в Тверском монастыре, куда сослал его царь за неповиновение. Исполнителем сего был боярин Малюта Скуратов. Так закончилась эпоха великого подвижника – Фёдора Колычева – игумена Филиппа, которого до сих пор помнят и почитают на Соловках.
Соловецкий монастырь своими богатствами и выгодным географическим положением привлекал недругов. Поэтому он должен был стать важной приграничной крепостью с гарнизоном и артиллерией. В XVI–XVII веках монастырь выдержал несколько нападений шведов, а в XIX веке был обстрелян англичанами, прибывшими сюда на фрегатах «Бриск» и «Миранда». Монастырь подвергся девятичасовой канонаде, но прочные каменные стены устояли. Настоятель Соловецкого монастыря архимандрит Александр отправился на переговоры с английским офицером. Англичане оставили монастырь в покое. На этом месте стоит знаменитый исторический памятник, отмечающий памятное место, где 22 июня 1855 года состоялись эти переговоры. Он называется: «Переговорный камень».
Русские цари посещали монастырь, о чём свидетельствуют сохранившиеся две часовни, Александровская и Петровская, установленные в середине XIX века в память о пребывании в обители Петра I и Александра II.
ГУЛАГ
Соловецкий монастырь был не только религиозным учреждением, но с XVI и до начала XX века монастырь также служил политической и церковной тюрьмой. Камеры в монастырских башнях и стенах этого монастыря длиной около трёх метров, шириной и высотой по два метра. Страшно представить, как можно было находиться в этих каменных застенках. Соловецкая тюрьма существовала до 1883 года. После официального закрытия тюрьмы Соловецкий монастырь продолжал служить местом ссылки для провинившихся служителей церкви. В 1920 году монастырь был окончательно ликвидирован. Культурные ценности монастыря и большие запасы продовольствия были реквизированы.
В 1920 году на территории монастыря располагается лагерь принудительных работ, В 1923 был учреждён Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН), преобразованный позднее в Соловецкую тюрьму особого назначения – СТОН, расформированную в 1937 году. Значительную часть заключённых составляли так называемые «политические» – духовенство, офицеры белого движения, эсеры, интеллигенция. Для сравнения: за 400 лет существования монастыря в заключении побывало всего около 300 человек, а за 20 лет существования СЛОНа через Соловки прошло несколько тысяч заключенных. Лагерь был закрыт в 1937 году. Об этом хорошо написано в романе Александра Исаевича Солженицына («Архипелаг ГУЛАГ») и бывшего узника СТОНа Дмитрия Сергеевича Лихачёва («Раздумья о России»). Современный писатель Захар Прилепин в романе «Обитель» поведал о жизни в Соловецком лагере особого назначения. Писатели обращаются к этой теме, потому что она не может оставлять в покое и неведении граждан нашей страны. Изуверства того времени, когда замученных нечеловеческими условиями труда и быта людей, сваливали в огромную яму и засыпали известью, чтобы ничего не осталось, не было бы ни суда, ни следствия. В память об этих событиях поставлены каменные памятники жертвам Соловецкого террора: в Москве – Соловецкий камень на Лубянке, «Стена скорби» на проспекте Мира, Соловецкий камень в Санкт-Петербурге.
А на Соловках – Мемориал на Секирной горе – стоит огромный деревянный крест, и снова – кресты и кресты.
Памятный гранитный валун с выбитыми на нём именами заключенных Соловецкого лагеря – Дмитрия Сергеевича Лихачева, Владимира Юльяновича Короленко и других заключенных Соловецкого лагеря стоит в лесу.
Обо
всём этом подробно рассказывается в музее, который пока что существует на территории монастыря, но в ближайшее время будет выведен за пределы монастырской стены.Возрождение монастыря
Как известно, восстановление церквей и монастырей началось в 1990 году при патриархе Алексии II: Священный Синод благословил открытие Спасо-Преображенского ставропигиального мужского монастыря на Большом Соловецком острове. Осенью того же года появились первые послушники.
Монастырь занимает огромную территорию, на которой сохранились храмы и другие монастырские сооружения, соединённые крытыми переходами, окружённые жилыми и хозяйственными помещениями. Здесь возвышаются соборы, построенные при игумене Филиппе – пятиглавый и трёхглавый Успенский с огромной трапезной (475 квадратных метров), второй по величине одностолпной палаты Древней Руси, уступающей по площади только Грановитой палате Московского Кремля. В начале XVII века были построены церковь Благовещения, каменные палаты, водяная мельница. Более поздние постройки включают колокольню, Николаевскую церковь, Троицкую церковь. На территории монастыря и вокруг него в праздники разрешена продажа местного кустарного производства различных ремёсел.
В Соловецкий монастырь приезжают люди со всего света, а не только из России. И что совсем неожиданно, даже остаются здесь на поселение. Когда спрашиваешь у них, что их привело из западных, как принято считать, благополучных стран, в эту глухомань с суровейшим климатом, они отвечают: «Здесь благодатно». Но какая же может быть благодать, если на этой земле было столько горя. Они отвечают: «В храме – благодать». И выстаивают семичасовые службы.
В монастыре я познакомилась с молодым двадцатилетним монахом, внешностью похожим на библейского персонажа. Он – москвич, родители – учителя, атеисты. Никаких душевных срывов и обид у него в миру не было. Как же он попал сюда? Внутренняя духовная и душевная потребность всегда тянула к уединению, к возможности как можно больше времени проводить в храме, слушать проповеди умных священников, а после размышлять о своих грехах. Какие у него грехи, у мальчика 20 лет из хорошей семьи? И тут же я задумалась о себе, о своей жизни. Если вспомнить 10 заповедей и 7 смертных грехов и вдуматься в их глубину, призвав на суд свою собственную совесть, беспощадную и справедливую, то от гордыни и самодостаточности не останется ничего.
Монастыри в России стали создаваться в XI веке. Я побывала во многих из них: в Сергиево-Посадской лавре, в Александро-Невской лавре, в Валаамском, в Валдайском, в Донском, в Даниловском, в Покровском, где находятся мощи святой Матроны Московской, в женском Александровском монастыре, в Дивеевском, где покоятся мощи святого Серафима Саровского, основателя монастыря. Я была в Оптиной пустыни и в соседнем Шамордино, где жила в монастыре родная сестра Л.Н.Толстова – Мария, к которой он заходил в гости, когда шёл пешком из Ясной Поляны в Оптину пустынь на беседы со старцем Амвросием. Побывала также в монастырях: Ново-Иерусалимском, Саввы Сторожеского, в Боровском, в пещерных монастырях Псковской и в Пензенской области и во многих других в России. И за рубежом я была в монастыре святой Марии Магдалины в Иерусалиме, в Киево-Печёрской лавре, в Славянском, высеченном в меловых горах. И даже в монастырях святой Катерины в Перу и в Гондурасе. И всюду одно: чистота, порядок, великолепные библиотеки, необычайное трудолюбие, создающее материальные ценности. На Руси издавна монастыри славились монахинями-вышивальшицами, золотошвейками. Сохранились прекрасные ризы, вышитые жемчугом Ладожского и Онежского озёр и рек, впадающих в них. Говоря о необыкновенной работоспособности и целеустремлённости монахов, вспоминается один интересный факт. До революции в Валаамском монастыре, где ледяные ветры пронизывают остров, в оранжереях монахи выращивали арбузы, дыни и ананасы. На международной выставке в Париже их труд был удостоен золотой медали.
Но главное в монастыре – это воспитание души, устремление к горнему. Бытует такое мнение, что в монастырь люди идут после какой-то душевной травмы: то ли умер близкий человек, то ли жених бросил, то ли тяжёлый недуг одолел. Раньше в монастырь ссылали в наказание за что-то. Так например, Иван Грозны сослал свою жену царицу Анну в Тихвинский монастырь за бездетный брак. Пётр Первый – нелюбимую Прасковью Илларионовну Лопухину в Покровский женский монастырь в Суздале. И в простых семьях грозил отец непокорной дочери: «Не выйдешь за богатого старика, сошлю в монастырь». В настоящее время, когда происходит возрождение монастыря, сюда потянулись совсем молодые люди и не какие-то там ущербные – хромые, слепые, дурные, а вполне образованные современные люди. Было очень интересно узнавать судьбы людские, знакомиться с жизнью монастыря, отстаивать службы. И я поняла следующее: сюда идут, чтобы подняться над бытом и постичь куда более высокое предназначение человека. Мне довелось беседовать с двумя молодыми, красивыми девушками-монахинями Дивеевского, самого крупного женского монастыря России, насчитывающего 500 монахинь. Им обеим по 25 лет. Одна окончила медицинский институт, собралась выходить замуж за хорошего, любимого человека, а за день до свадьбы оставила записку, что уходит в монастырь. Я долго с ней разговаривала. Она не сумасшедшая. Добрая, умная, всех любит. Тогда зачем же так обидела хорошего парня? Пожалела его, потому что почувствовала: не смогу служить семье, мужу и детям в полную силу. Моё место на земле иное. Это монастырь, где я служу Богу. Вторая девушка окончила институт иностранных языков и была послана на стажировку в Америку. Условия были прекрасные, учёба отличная. Подрабатывая, она откладывала деньги, чтобы по возвращении на Родину купить квартиру. Всё шло замечательно. Прошёл год, другой. И вдруг, как будто по какому-то сигналу, она села на самолёт и через несколько дней уже была в Дивеевском монастыре, где её взяли послушницей. Позднее был постриг в монахини. Она очень довольна своей жизнью в монастыре и другой для себя не представляет.