Ветер перемен
Шрифт:
Себя я видел прекрасно – в полный рост. Высокий, худощавый молодой человек с длинными ногами и руками, широкоплечий.
Тело молодое и красивое, очень перспективное, если можно так сказать. Даже не зная, кто родители Джоффри, я бы смело мог предположить, что и мать и отец также красивые и пропорциональные люди. Чувствовалось, что это все не просто так, а результат многовековой генетики по выведению нормальных потомков. Им бы еще в близкородственные браки не вступать!
Голова и лицо мне тоже понравились. Густые, золотистые волосы почти до плеч, большие зеленые глаза, тонкий нос, волевой подбородок. Вот только губы
Тело выше всяких похвал. Правда предыдущий хозяин им точно не занимался. Мышцы развиты плохо, кожа белая и слишком нежная. Наверняка и выносливости здесь, как кот наплакал. Я напряг правый бицепс. Да уж, результат явно не впечатлил.
Ладно, с этим всем можно и позже разобраться. Оставив канделябр в ванной, я вернулся в спальню, а потом вышел в еще одну дверь. Радовало, что с координацией полный порядок, да и само тело производило впечатление новой, не испорченной вредными привычками и излишествами, вещи.
Теперь я оказался в холле. Иначе его и не назовешь – это большое квадратное помещение. Здесь имелся один внушительный стол персон на десять со стульями, и в углу еще столик на два-три человека. Там стоял кувшин и пара кубков. Две мраморные, с прожилками колонны поддерживали потолок.
Я подошел, взял графин в руку и понюхал содержимое. Пахло вином. Причем запах очень тонкий, бодрящий. Не удержавшись (убивать меня начнут чуть позже), налил бокал и сделал пару глотков.
Никогда прежде я и близкое по качеству и запаху вино не пробовал. Оно отдавало южным солнцем, теплом и идеально вызревшим, чуть пыльным виноградом. Его хотелось пить и пить…
С сожалением отставил бокал. За тягой к спиртному надо следить. Если в Вестеросе такие вина, не мудрено, что король Роберт спился.
На стенах висело оружие – пара мечей, топор, копьё, щит, а в углу, на распорках, стоял полный рыцарский доспех. Но больше всего здесь было арбалетов. Судя по всему, мой предшественник испытывал явную симпатию к этому виду оружия.
Я не удержался и поочередно взял в руки несколько самострелов. Оружие серьезное. А некоторые так вообще выглядели как произведение искусства – их прямо в музей можно помещать!
Отложив арбалеты, я продолжил знакомиться со своим новым жилищем.
В холле имелось несколько выходов. Один вел в комнату, которая хранила королевский гардероб. Я заглянул туда и не удержавшись, присвистнул.
Поймите меня правильно – я всю жизнь жил в обычной семье. Ел нормально и одет был нормально. Может, по-настоящему дорогие одежды я никогда и не носил, но проблем с вещами не стояло.
Здесь же было что-то невообразимое… Открытый шкаф во всю стену буквально забит множеством платьев, дублетов, туник, плащей, жилеток, брюк и лосин. Их просто не счесть – различного стиля, расцветок и вида. Отдельно находилась полка с сапогами, туфлями и прочей обувью – не меньше ста пар.
Ну и стеллаж с беретами, шляпами и всем прочим. Да, еще внушительный шкаф с нижним бельем, сорочками и платками. Ясное дело, я знал, что Джоффри никогда не бедствовал. Но чтобы его так сильно баловали… Вот и еще одна деталь, почему он вырос именно таким.
В центре комнаты, в тяжелой металлической раме, на подставках в виде львиных лап, стояло высокое зеркало. Я еще раз посмотрел на себя. Ну что ж, Джоффри с таким телом не испытывал проблем с одеждой – на нем все должно
сидеть отлично. Главное правильно сочетать различные цвета.Прикидывая в голове будущий стиль и предпочтения в одежде, я вновь вернулся в холл, подошел к двери, которая вела в коридор, положил руку на резную металлическую ручку, но дверь открывать не стал, а прислонился к ней ухом и прислушался.
Еще в самом начале я слышал уверенный, основательный храп. За дверью кто-то спал. Память Джоффри подсказала, что там на ночь каждый раз остается кто-то из гвардейцев Королевской Гвардии.
Я нажал на дверь, но она ударилась во что-то и не желала открываться. Храп на мгновение стих, а потом возобновился.
Уже не скрываясь, я пару раз ударил дверью по препятствию с другой стороны.
— Кто здесь?
– храп прекратился и послышался сонный, «мятый», голос. — Во имя Семерых! — Похоже, тот, кто это говорил, не ожидал или просто не привык, что король может встать так рано.
Раздался скрип - по полу что-то двигали и дверь открылась. На меня испуганно уставился среднего роста, лысый мужик, с обвисшими щеками, коротковатыми, мощными ногами, широкой грудью, закованный в чешуйчатую броню белого цвета.
— Рад вас видеть, ваше величество, — толстяк попытался прикрыть рукой зевок, одновременно пытаясь придать себе бравый вид. — Что-то случилось?
— Пока нет, — память Джоффри подсказала, что этот человек – сир Борос Блаунт, один из семи рыцарей Королевской Гвардии, ничтожный и глуповатый воин. Джоффри его искренне презирал и никогда не называл по имени.
Сейчас сир Борос неуклюже переминался около своего ложа. Судя по всему, он подтащил его вплотную к двери, так, чтобы ко мне никто не мог случайно зайти, и спокойно спал. Он снял шлем и поставил его у стенки – так же как и ножны с мечом.
Я оглядел темный коридор, сира Бороса, кивнул ему и вернулся к себе в комнату. Краем глаза я заприметил, что рыцарь облегченно перевел дух. Похоже Джоффри с его перепадами в настроении, склонностью к необдуманной жестокости или необоснованному и тупому юмору здесь побаивались.
Дверь за моей спиной закрылась. Я почесал подбородок. Рыцарь спит на боевом посту, охраняя короля. Это вообще нормально или как? Это нарушение или все так делают?
Подумав, решил не рубить с плеча, ничего не предпринимать, а просто узнать, как должны гвардейцы нести службу ночью, а уж потом принимать решение. Тем более, толстяк все же не просто дрых, а заблокировал своим внушительным телом доступ в мои покои…
Подойдя к окну, я распахнул занавески, потом, повозившись, открыл и ставни. В комнату ворвался свежий, бодрящий воздух. Пахло морским бризом, водорослями и гниющей рыбой. Еще я уловил «нотку» говнеца – думаю, с канализацией в Королевской Гавани имелись определенные проблемы.
Сев на подоконник, принялся рассматривать город. Слева поднималось солнце – это значило, что мои окна выходят на юг.
Внизу находился парк с подстриженными деревьями и присыпанными гравием дорожками. Моя спальня располагается достаточно высоко – так, что замковая стена не сильно закрывает обзор. Вдалеке я видел узкие улочки, бегущие к воде, дома, черепичные крыши различных оттенков и дымоходы. А дальше начиналось море, которое тихо дышало и готовилось встретить новый день. Слышался гомон чаек. Снизу, от города доносился шум просыпающейся столицы.