Чтение онлайн

— Благо, это первый класс, — прошептал Роджер:

— Грабить ради высшей цели, конечно, можно, но богатый, хотя бы, поделиться может.

— В одном из грузов парень нашел, что искал. Деловой костюм, пара обуви, банковская карта с парой десяток вечно зеленых и больше ничего. Даже на деловую миссию не тянет. Под конец полёта оставалось только переместиться в ближайшую кабинку туалета. Данная стратегия повторилась ещё дважды. Лишь единожды стюардесса гневно попросила не курить внутри. Костюмы Вестник просто чередовал.

Международный Аэропорт Имени Вацлава Гавела. Выглядит старым, особенно внутри, но никак не ветхим. Солидным,

разве что. Выйдя из уборной, Роджер не удержался от того, чтобы оглядеть архитектурные особенности этого места. Орнамент стен и рукодельные выступы наводили на ощущение, что это изнанка хорошего столичного театра, не меньше. Сделав полноценный осмотрительный оборот, парень подошел к стойке денежного обмена, где обменял свой бюджет. В сумме было где-то под 65 тысяч чешской валюты. Уже выйдя на улицу, Вестник оказался на парковке такси.

— Drahy, довезу куда душке угодно!

— Сколько? — спросил Вестник у водителя.

— Pr'isaham, с туристами сейчас такая проблема…

— Так сколько?

— Без карты 500 крон, с картой — 1000.

— Сойдет.

— Куда путь будем дершать?

— В гостиницу, желательно в центре. Посоветуете?

— Знаю одну, такому богатею как вы в самый раз будет.

— Тогда, заводи движок.

— Pros'im!
– воскликнул водитель и открыл заднюю дверь.

Тревис сел, и машина отправилась в путь. Главное, что врезалось при наружном виде этого такси, угловатость. Желтому кузову с линией из бело-черных квадратов, идущей по корпусу, это даже шло. Внутри же салон был весь бурый, кроме молочных сидений. Задние места были похожи на маленькую софу. Приборная панель и коробка скромно была обтянута пластмассой. На стекле заднего вида висела единственная надбавка к интерьеру — четки из тёмного дерева.

— Как думаете, — спросил шофер:

— Господь разрешит нам проехать без пробок?

— К сожалению моя жизнь сложилась так, что мне не всегда приходится полагаться на Бога.

Брови, отражавшиеся в зеркале, нахмурились.

— И что только за молодежь пошла…? — тихо буркнул водитель.

Получасовая поездка по протяжной трассе. По бокам в избытке теснились леса и поля. При появлении первых домов открылся вид на огромный заповедник Дивока Шарка. Въезд в город оставил более необычные впечатления. Высоких зданий, застилающих небо, нигде взглядом и не сыскать. Улицы не забиты горожанами, а дома хоть и доходили до нескольких этажей, но были в больших пробелах друг от друга, в которых росла кустарная зелень. Заехав на мост машину начало немного трясти. Роджер даже немного занервничал.

— Первый раз в Праге? — с насмешкой обратился шофер:

— Мост ШШ такое всегда чует.

Вестник выглянул в окно. Троллейбусные пути были вымощены брусчаткой.

— Простите, вы сказали ШШ?

— Швермова-Штефаника. Сначала мост называли в честь коммуняки Яна, а затем в честь астронома Милана Штефаника. Будто им делать нечего.

Такси двигалось всё ближе к центру города, а сам город всё сильнее походил на лабиринт с высоченными стенами, нежели на типичную индустриальную застройку.

— Скажу вам сразу, мне нравится у вас. Такие места в Чикаго едва найдешь.

— Польщён, pr'itel. Мы приехали.

Машина остановилась у очередного старомодно отстроенного здания. Арт-Нуво. Одно название отеля уже отдаёт запахом кофе и корицы. Может, даже слишком.

— Хорошее местечко? — поинтересовался у водителя Тревис.

— Да,

мои родственники из-за границы только здесь и останавливаются. Драть, может, и дерут, но оно того стоит.

Роджер расплатился и взял позаимствованный чемодан с собой.

Внутри вычурного здания находился не менее вычурный зал ожидания. Паркетный пол лакированный до такого блеска, что можно поскользнуться, хрустальная люстра с искусственными свечами и огромный герб неизвестного происхождения, позади администратора.

— Dobr'y vecer, v'itejte v nejleps'i metropolitn'i hotel v Praze, — с натянутой улыбкой произнесла молодая девушка, принимающая гостей.

— Извините, я не говорю по-чешски.

— Оу, простите. Добрый веч… Вечер. Мы рады… Рады приветствовать вас в Пражской гостинице.

У неё были явные проблемы с языком. По большей части жестами парень показал, что хочет взять самый обычный номер.

— Pojdme… Ой, то есть пой… Пойдемте.

Как оказалось, администратор была очень маленького роста. На уровне глаз Вестника, во время похода до номера, была только её дулька. Девушка подошла к нужной двери и открыла её ключом, который после протянула Роджеру.

— Спасибо большое.

— Подойдите через час. Вам выда… выдадут чек для оплаты.

— Не вопрос, — Тревис ответил так, чем удивил провожавшую своим американским нравом.

Парень забрал ключ и в благодарность погладил её по голове. Та покраснела и ничего не ответила.

Внутреннее убранство переполнялось изыском. Винтажные кресла, газетный столик с лампой, диковинная кровать с поставленным рядом пуфом. Полуколонна, что выпирала из внешней стены, и многорёберный, многогранный потолок визуально уменьшали помещение так, что всё, казалось, стоит на своём месте, которое поменять уже нельзя. Роджер сбросил с себя ненужное и зашел в ванную. Плитка, крепленная по всей комнате, издалека походила на отличную говяжью вырезку. Дизайн полный зеркал, дверец и всякого подобного поначалу казался жутко хрупким. Парень подошел к умывальнику и включил воду. Под рубашкой, которую он расстегнул затем, бинт со слегка багрового стал совсем пропитанным. Рана снова начинала кровить, но в этот момент там снова была черная корка.

— Судя по тому, что я до сих пор от потери не умер, надо было пойти донором, с таким-то восстановлением.

Вестник помыл руки. Затем Тревис наклонился к ванне, расположившейся слева. Первое, что его смутило, странный вентиль на смесителе. Не его месте была большая ребристая кнопка, на которую парень и нажал. Вода полилась вниз, но была холодной. Тогда, Роджер покрутил кнопку и, тем самым, изменил температуру потока. Пока ванна набиралась, Вестник разделся. Вид множества шрамов на коже довольно молодого человека вызывал разве что мыслительный конфликт, даже у парня, когда тот смотрел на себя.

— Похоже, это не копия, а именно что моё тело. Меня, ведь, изрешетило осколками. Кости, наверное, тоже мои.

Роджер развернул кисть, услышав подозрительный хруст, ранее не бывавший в него руке. Всё время дальше он так больше не делал.

После долгожданного очищения, Тревис набросился на постель:

— Завтра я найду его. Завтра точно.

Сон его поглотил.

— Отличный город. Свежий воздух тут есть всегда, будто… Будто его законсервировали. Странная ассоциация. Парадокс.