Весна войны
Шрифт:
Познаний Влада в физике не хватало, чтобы понять принцип работы странного оружия, хотя ничего сложного в механизме он не видел. Перед стрельбой надо было нажать кнопку активации. При этом заряжался блок конденсаторов высокой емкости, собственно, именно он и занимал большую часть объема цилиндра. При выстреле между полосками металла проскакивали сотни искр электрических разрядов, а пуля, пролетая среди них, ускорялась настолько, что на дистанции в сотню метров ее траектория представляла собой идеально ровную линию или что-то близкое к ней. На этом расстоянии стальные семимиллиметровые листы дырявило, будто обычную бумагу.
До лагеря запов на глаз было чуть больше сотни метров.
Предстоящий бой его не пугал ни капельки. Он не один раз имел дело с запами и почти всегда лупил их в хвост и в гриву. Как противники они были опасны лишь в большом количестве или при неожиданном нападении. Если же сами подвергались внезапной атаке, то теряли и без того невеликие бойцовские качества.
Радикалам следовало не психику им ломать и пичкать затем голову контролирующими устройствами, а позаботиться о боевой подготовке. Церковные воины даже без древнего оружия легко громили малыми силами целые орды запов. Будь Влад на месте радикалов, уже давно бы задумался о повышении эффективности своих бойцов.
Мерику не сиделось на месте. Вместо того чтобы застыть на позиции, он то и дело приподнимал голову над стволом поваленного дерева, бросал в сторону лагеря запов взволнованный взгляд и вновь скрывался. Заметить движение на такой дистанции мог даже человек с плохим зрением. Крикнуть ему Влад не мог, так что оставалось молча грозить кулаком. Безуспешно – в его сторону курсант не смотрел.
Одна из формулировок закона подлости гласит: если что-то может пойти не так, то непременно пойдет.
Один из запов оказался глазастым. И, как назло, он посмотрел в сторону поваленного дерева в тот самый момент, когда Мерик в очередной раз продемонстрировал свою бестолковую голову.
Зап вскочил, что-то протараторил своим, но на его слова не обратили внимания. Взяв копье, он направился лично выяснить, что происходит за деревом.
Одновременно с этим другой зап отбросил в кусты обглоданную кость, тоже поднялся и направился в противоположную сторону. Прямиком к Рении. Она, абсолютно голая, была растянута на земле и привязана за руки и за ноги к двум деревьям и вбитым кольям.
Девушка не могла пошевельнуться, и все отношение к происходящему выразила длинным заунывным воплем. Приближавшийся к ней зап захохотал, потянувшись к завязкам штанов, и Влад понял: ждать дальнейшего развития событий не следует, даже если проигнорировать противника, направлявшегося к позиции Мерика.
Палец утопил кнопку, карабин издал тихий, на грани слышимости писк. Первая пуля-стрела была готова к полету.
Влад не стал брать на прицел запа, подбиравшегося к поваленному дереву. Его должен снять Мерик – уж это догадается сделать даже самый неопытный вояка. Тот, который сейчас собрался продолжить тесное общение с Ренией, тоже его не заинтересовал как мишень. Стоял он на одной линии с девушкой, так что пуля могла достаться и ей. Мало ли как изменится ее траектория после полета сквозь напичканное твердыми костями тело.
Ствол карабина чуть поднялся, замер. В прицеле оказался зап, расправлявшийся с куском мяса: он аккуратно длинным ножом отрезал от него кусочки, жевал неспешно. За ним сидели еще двое, предаваясь аналогичному занятию. Даже если Влад промахнется, велики шансы, что заденет остальных. Или пуля, пройдя навылет, наделает дырок еще в ком-нибудь.
«Только
бы Либерий успел добраться», – подумал он, давя на спусковой крючок.Выстрел вышел игрушечным, будто из несерьезной пневматики пальнули, но Влад знал, что запы его прекрасно услышали.
И уж точно увидели результаты.
Он понятия не имел, с какой скоростью вылетает пуля, но подозревал, что с куда большей, чем из обычного огнестрельного оружия. Первый зап с криком выронил нож, рука, из которой перед этим вырвало клок мяса, обвисла плетью. Сидевший за ним повалился в сторону, из его левого бока брызнул тонкий кровавый фонтанчик.
Карабин пискнул, перезаряжаясь. На этот процесс уходило около половины секунды, так что перед следующим выстрелом Влад сделал крошечную, почти символическую паузу.
Промах. Пуля пролетела мимо врага, ударила в дерево, пробила его насквозь, умчалась дальше, сбивая ветви кустов, густо росших возле речушки.
Запы начали вскакивать, тревожно покрикивая.
Выстрел. Дикарь, только было вскочивший на ноги, завалился на бок неестественно резко. Должно быть, пуля прошла не только через мягкие податливые ткани, а задела кости, оставив в них часть своего импульса.
Оба лучника навалились на свое оружие, торопливо надевая тетивы. Неподвижные мишени, что может быть прекраснее.
Первый завертелся на месте, прижимая ладони к пробитому брюху. Влад начал целиться во второго, но слева перепуганно заорали знакомым голосом. Повернув голову, он увидел, что зап с копьем добрался до позиции Мерика, а тот, поднявшись во весь рост, пятился, наставив на противника карабин. Тот не очень-то испугался и уже замахивался оружием для броска.
Влад выстрелил навскидку, задев бок запа – это чуток того охладило. Вторая пуля прошла мимо, третья прошила спину чуть выше копчика, еще одну он всадил в уже падающее тело. Убил или нет, проверять было некогда: Либерий до сих пор молчал, Владу приходилось отдуваться за всех.
Возле плеча в землю зарылась стрела. Очень неплохой выстрел для такой дистанции. Влад ответил тем же и также промахнулся.
Три запа мчались к нему, размахивая разнообразным оружием. Решив, что они куда опаснее далекого лучника, он открыл беглый огонь. Свалил самого прыткого, оставшиеся сделали правильные выводы, развернулись, побежали назад, причем один выписывал при этом непредсказуемые зигзаги, затрудняя прицеливание.
Сняв второго, Влад перевел огонь на лучника, заставив того укрыться за деревом. Но не слишком внушительный ствол – не помеха пулям, и, когда на голову запу посыпалась труха и куски коры, тот помчался прочь через ручей. Влад смазал первый выстрел, а дальше начала мешать дистанция и ветки кустарника. Он бил снова и снова, постепенно повышая прицел, но без толку – прыткая цель продолжала удаляться.
А потом пришлось переводить внимание на других, разбегавшихся во все стороны. Один упал, почти сразу еще один: Либерий, наконец, вступил в бой. Влад бегло добил магазин, вскочил, на ходу перезаряжая карабин, заорал:
– Бей в лучника!
Напрасно надрывал глотку: тот был уже слишком далеко, и лишь шевеление верхушек кустов выдавало его.
Либерий вылез из кустарника, перебрался вброд через речушку, начал обходить лагерь, добивая тяжелораненых врагов.
А Влад направился к Мерику. Тот, когда пятился, уперся спиной в ствол дерева и до сих пор стоял на том же месте, не сводя взгляда с запа, который только что хотел его убить. Пуля перебила дикарю позвоночник, и тот, волоча за собой неподвижные ноги, пытался куда-то зачем-то ползти. Влад прекратил его мучения выстрелом в голову и почти спокойным голосом произнес: