Чтение онлайн

Бэронвилл навсегда останется для нее краеугольным камнем всей ее жизни — местом, которое она хотела бы навсегда забыть, но с которым никогда не распрощается насовсем.

Декер хорошо знал это по собственному опыту.

С помощью Зои он аккуратно расстелил одеяло на траве возле могилы. Помог ей разложить цветы в изголовье холмика, и оба уселись на одеяло.

На Зое было ее лучшее платьице, а волосы завязаны в хвостики, которые так любил ее отец. Декер тоже оделся в самое лучшее из того, что взял с собой, — наряд не самый парадный, но, по крайней мере, все чистое и выглаженное.

Зоя озабоченно посмотрела на него:

— И что мне теперь делать?

— Ты можешь поговорить с папой.

—

— А что ты ему обычно говорила?

— Говорила, что делала в школе и чем мы с мамой занимались, пока он был на работе. И про книжки, которые мне нравятся.

— Ну так давай рассказывай. Я уверен, что ему хочется про все это послушать. А то он еще очень про многое не знает.

Зоя обвела тревожным взглядом остальные могилы и понизила голос:

— Шепотом надо? По-моему, тут не полагается громко разговаривать.

— Все нормально, Зоя. Папа в любом случае тебя услышит.

— И ответит мне?

— Да, только не так, как раньше. Просто представь папу у себя в голове, и ты сразу его услышишь. Это случится просто само собой. Хорошо?

— Хорошо.

Она склонилась поближе к холмику и стала что-то тихонько говорить.

Декер терпеливо сидел на месте, пока она этим занималась. Озирался по сторонам, разглядывал людей, которые пришли навестить другие могилы.

У Бэронвилла было полно всяких проблем — как, впрочем, и везде: что в больших и маленьких городах, что за их пределами. Но все проблемы в конце концов решаемы. И жизнь всегда можно изменить к лучшему.

В этом нет ничего невозможного. Раз уж на то пошло, Декер всегда верил в силу человеческого духа.

«Вообще-то я сам живой тому пример».

И все же, пока он продолжал глазеть по сторонам, в мысли предательски закрадывалась смутная тревога. Не проснется ли он завтра с осознанием того, что его абсолютная память покинула его навсегда? Что он больше никогда не увидит разноцветных сполохов, к которым привык? Еще большую тревогу вызывало подозрение, что его разум, вместо того чтобы обретать новые способности в определенных областях, начинает двигаться в противоположную сторону, безвозвратно теряя уже обретенные дарования.

Когда от подобных мыслей стало совсем уж неуютно, Декер вдруг ощутил на руке прикосновение маленьких пальчиков.

Повернувшись, он увидел, что Зоя не сводит с него глаз.

При виде светящегося доверием и невинностью детского личика нахлынувшая было волна паники немедленно испарилась без следа.

— Ну что, рассказала все, что хотела? — спросил он.

Она кивнула:

— Думаю, что да. По крайней мере, на сейчас. В следующий раз будет еще чего рассказать.

Декер прикоснулся к своей груди:

— Ну как, почувствовала вот здесь? Тепло стало?

Зоя неистово закивала:

— Почувствовала! Как ты и говорил. И он вправду мне отвечал. У меня в голове.

— Я знаю, для него очень важно, что ты здесь. И он всегда будет с тобой, Зоя, всю твою жизнь. Неважно, где ты будешь находиться.

— Потому что он на самом деле вот тут? — спросила она, показывая себе на грудь.

— Да.

— Жалко, что он здесь не по-настоящему, как ты, — произнесла она, и глаза ее вдруг расширились и наполнились слезами.

— Мне тоже жалко, что Молли тоже сейчас не прямо тут, с нами. Но поскольку это не в их власти, придется нам прожить свои жизни за них. Делать добрые дела. Вещи, которыми можно гордиться, верно говорю?

Зоя кивнула.

— Можно мы здесь еще чуточку побудем, Амос? С моим папой?

— Побудем столько, сколько захочешь.

Когда девочка наклонилась к нему и взяла за руку, Декер крепко стиснул ее ладошку в ответ.

В некотором роде, сжимая руку ребенка, он хватался за свою собственную жизнь.

И все же на душе у Амоса давно не

Все его время поглощала охота за теми, кто совершал дурные поступки, но Декер знал, что в итоге добро всегда преодолеет зло.

Вообще-то ему просто ничего не оставалось, кроме как просто верить в это, как верила Кейт Кемпер, — иначе он не был бы уверен, что продолжит и дальше заниматься этим делом.

«Иногда надо просто верить».

Декер глубоко вздохнул, продолжая крепко держать Зою за руку.

Малолетняя кроха и великанского роста здоровяк так и сидели рядышком, а жизнь и смерть безостановочно кружились вокруг них.

Искупление

(роман)

В этот бодряще-холодный погожий осенний вечер Амос Декер находился в окружении мертвых тел. Однако не было ощущения синего электрического света, которое обычно посещало его при встречах с усопшими.

Тому имелась веская причина: ни одну из этих смертей нельзя было назвать недавней.

Он снова находился в своем родном Берлингтоне, штат Огайо, — старом фабричном городке, знававшем лучшие времена. Перед этим не так давно он побывал еще в одном городе Ржавого пояса [495] — Бэронвилле, штат Пенсильвания, где едва разминулся со смертью [496] . В следующий раз таких минных полей не надо бы, а лучше и по гроб жизни.

Только сейчас выбора не было.

В Берлингтоне Декер находился потому, что его дочери Молли исполнилось четырнадцать. При нормальных обстоятельствах это было бы счастливое семейное событие, повод вместе попраздновать. Но Молли была мертва. Убита вместе с его женой Кэсси и шурином Джонни Саксом. Это роковое событие произошло незадолго до ее десятого дня рождения, когда Декер нашел Молл мертвой в их доме.

Ушла навсегда. Безвозвратно вырванная из жизни самым вопиющим образом; силой воспаленного покореженного ума, одержимого адской тягой к насилию. Их убийца среди живых тоже больше не значился, но это совершенно не утешало, хотя Декер немало сил положил на то, чтобы та гнусная жизнь оборвалась.