Чтение онлайн

— Не думаешь, что у Косты могла быть и еще какая-то тайная жизнь, про которую никто не знал? — спросила Джеймисон.

Декер поднял с письменного стола убитого банкира фотографию в рамке — Коста с какой-то молодой женщиной.

— А ведь я ее знаю, — проговорил он.

— Откуда?

— Это барменша из бара «Меркурий». Ее зовут Синди. Они друзья с Джоном Бэроном.

Джеймисон присмотрелась к фото.

— Симпатичный был парень… А эта Синди так и вовсе красавица. Может, они встречались?

— Надо выяснить, — сказал Декер.

Алекс сходила за секретаршей Косты, Эмили

Хейс, и они расспросили ее о фотографии.

— По-моему, это снято на встрече местных предпринимателей, которую организовал Брэд, — сообщила им Хейс. — Он вообще взял за правило почаще проводить подобные мероприятия. В Бэронвилле еще остались богатые и успешные люди, и он поддерживал с ними контакт. Устраивал у себя дома приемы, фуршеты, все такое… До него у нас вообще никто этим не занимался. Очень предприимчивый был человек. Его энергии как раз нам и не хватало. Очень болезненная потеря!

По ее виду и тону Декер заподозрил, что Хейс, которой хоть и было уже хорошо под пятьдесят, и сама положила глаз на молодого и харизматичного банкира.

— Так вы знаете эту женщину? — осведомился он.

— О да, это Синди Райли. Хозяйка бара «Меркурий».

— Так это ее бар? — несколько удивился Декер. — В таком юном возрасте — и хозяйка?

— Раньше это был бар ее отца. Правда, она и сама по себе женщина хваткая, умеет считать деньги.

— Коста и миз [476] Райли встречались?

— Насколько мне известно, нет.

— Хорошо, но у него на столе это единственное фото. А насколько я полагаю, он фотографировался просто с массой народа из предпринимательских кругов.

Хейс явно пребывала в растерянности.

— Даже не знаю, что вам и сказать… Насколько помню, Брэд всегда четко отделял личную жизнь от работы. Лично меня он в свои личные отношения не посвящал.

— А как насчет Джона Бэрона? — спросил Декер.

Секретарша нахмурилась:

— А что с ним?

— Он был клиентом этого банка?

— Да, когда-то у него был здесь счет.

— Он был знаком с Костой?

— Если и был, то мне об этом ничего не известно. — Она примолкла и вдруг о чем-то задумалась. — Раз уж об этом зашла речь, теперь я припоминаю, что закладная на имущество Джона Бэрона действительно оформлена в нашем банке. Но подробностей не знаю.

— И оформлял ее Коста?

— Это ничуть не исключено, хотя не уверена. Я не вправе совать нос в клиентские счета и выкладывать посторонним, что в них да как.

— Ладно, а сами-то вы знакомы с Джоном Бэроном?

Хейс поджала губы:

— Нет, не имею чести.

— По-моему, вы его несколько недолюбливаете, — заметила Джеймисон.

Хейс стрельнула в нее колючим взглядом:

— У меня дед погиб на одной из шахт Бэронов. И мать много лет на ткацкой фабрике горбатилась. А потом в один прекрасный день пришла в свою смену к воротам и увидела

на них вывеску «Закрыто». Без всяких предупреждений. Вообще-то ей обещали пенсию, но и с пенсией тоже обманули. Она вскоре умерла — наверняка от всех этих переживаний.

— Но разве Бэроны уже давным-давно не распродали свои предприятия? — удивился Декер.

Сложив руки на груди, она сердито посмотрела на него.

— Думаете, Бэроны как-то по-другому обращались бы со своими работниками, если б оставались хозяевами?

Амос решил сменить тему:

— А что еще вы можете рассказать про Косту? Он приходил на работу в тот день, когда пропал?

— Да. Весь день проработал. На следующий день, когда он не появился на своем месте и мы никак не могли его найти, мистер Бичер, наш президент, позвонил в полицию.

— Но в тот день на работе все было как обычно?

— Лично я не в курсе. Вроде все у него было нормально. Полиция тоже меня об этом спрашивала, но я ответила им то же самое.

— Ну а после работы — у него были какие-то планы на вечер?

— Насколько я в курсе, нет, но, повторяю, он мне о таких вещах не рассказывал.

— У Косты были здесь с кем-нибудь проблемы? — поинтересовался Декер. — Может, с кем-то из клиентов?

— Не в курсе.

— Вы только и делаете, что твердите «не в курсе», — заметил Амос. — А вообще-то вы могли быть в курсе?

Она слегка ощетинилась, но все-таки ответила:

— Я его секретарь, так что наверняка могла. У него тут со всеми были прекрасные отношения. На самом-то деле его все любили. Он был очень счастливый человек. Что же касается клиентов, то банку, естественно, время от времени приходится забирать заложенное имущество. Но в основном люди оплачивают проценты, если могут. А если не могут и теряют свои дома или автомобили, то относятся к этому с пониманием. Договор есть договор.

— До чего же законопослушная публика, — буркнул Декер, тон которого ясно выдавал, что сам он свое замечание и в грош не ставит.

— Вы потом домой к мистеру Косте? — поинтересовалась Хейс.

— А что?

— Могли бы заодно цветы полить, только и всего.

— Так вы там уже бывали? — спросил Амос.

— Помогала проводить деловые встречи, — чопорно ответила она.

После того как они вышли из здания банка, Джеймисон обронила:

— Не особо-то разговорчивая дамочка, хотя вряд ли она действительно что-то знает.

— Если только не врала всю дорогу, — отозвался Декер.

— М-да, цветочки-то и впрямь полить не мешало бы, — заметила Джеймисон.

Оба стояли посреди принадлежащего Косте лофта в центре Бэронвилла.

Квартира была просторной и воздушной, со стенами из голого кирпича, а вкус, с которым она была обставлена, наводил на мысли не только о тугом кошельке, но и об участии профессионального дизайнера.

— Очень мило, — произнесла Джеймисон, озираясь по сторонам. — Я бы сказала, деньги потрачены с толком. Там внизу есть табличка, на которой означено, что это бывшая ткацкая фабрика. По крайней мере, Бэроны хоть что-то местному населению оставили.