Вернись в мои обьятия
Шрифт:
Конечно, если бы не условия дурацкого уговора, Ширли никогда бы не решилась показаться перед Кевином без одежды. Но так уж сложилась ситуация, менять что-либо было поздно.
Кевин показал ей пример: приблизившись к деревянному топчану, он осторожно наклонился и положил на него костыли, потом, балансируя на одной ноге, сбросил халат.
Тянуть дальше было бессмысленно, поэтому, чувствуя себя припертой к стенке, Ширли направилась к ближайшему шезлонгу. Там еще немного помедлила, потом порывисто стянула через голову белый трикотажный топ. Повесив его на спинку шезлонга,
Оглянувшись, Ширли увидела хромающего без костылей Кевина.
Стаскивая одежку, она внутренне готовилась к тому, что сейчас увидит его раздетым. Вернее, даже не к этому, а к неизбежному возникновению чувственной реакции – учитывая развитие последних событий, ее следовало ожидать, – однако она никак не предполагала, что ощущения окажутся настолько сильными.
Дневная жара еще не спала, и тем не менее по спине Ширли пробежали мурашки как от холода. Каждый неуклюжий шаг приближавшегося Кевина отдавался в ее теле вибрацией.
Впрочем, ничего подобного на самом деле не происходило, Ширли понимала, что все это лишь плод ее воображения. А кроме того, результат возникшего в нервах расстройства. Если так пойдет и дальше, то очень скоро она начнет вздрагивать от звуков ветра и шелеста листвы.
Что за наваждение! – промелькнуло в ее мозгу. Будто я никогда не видела парня в трусах! Давно пора взять себя в руки…
Испытывая такое ощущение, словно в желудке образовалась сосулька, Ширли сделала над собой усилие и шагнула навстречу Кевину. Оба остановились и посмотрели друг другу в глаза. Через мгновение Ширли не выдержала – отвела взгляд. Однако ничего хорошего из этого не подучилось, потому что через секунду тот отправился путешествовать по стройному мускулистому телу Кевина.
Она настолько увлеклась, что даже вздрогнула, услышав:
– Ну, насмотрелась?
Голос Кевина упал ей на голову как снег. Она застыла, лихорадочно ища, что бы такое сказать. Ей показалось, что Кевин злится. Однако в следующее мгновение она сообразила, что Кевин задал вопрос спокойно.
Осознание данного факта помогло Ширли вернуть душевное равновесие – хотя бы частично.
– Красивый загар, – заметила она, пряча смущение за улыбкой. – Молочного шоколада…
Кевин бегло оглядел собственное тело.
– Подобный эффект достигается, когда загораешь лишь в определенные утренние часы.
– Знаю, – кивнула она. – Спозаранку, когда солнце еще не печет.
– Совершенно верно.
Кевин незаметно окинул Ширли взглядом и едва сдержал восхищенный вздох. Он давно отметил про себя, что у нее красивая фигура, а сейчас еще раз убедился в этом. К тому же Ширли была не в купальнике, а в кружевном белье, – черном! – что наполняло их вполне невинное общение интимностью. Кроме того, кружева придавали Ширли неповторимое женственное очарование.
– Кхе-кхе!
Слегка вздрогнув при звуках многозначительного покашливания, Кевин вынырнул из раздумий, с неохотой отвел взгляд от изящного тела Ширли и посмотрел ей в лицо. В ее зеленых глазах сквозила странная смесь смущения и возмущения.
– Если хочешь, я повернусь вокруг
себя, чтобы тебе было лучше видно!Кевин медленно улыбнулся.
– Благодарю, я уже почти все рассмотрел. – После секундной паузы он спросил: – Не подумай, что мне не нравится твое белье, но я только что представил тебя в купальнике и… Скажи, у тебя есть бикини?
Ширли слегка нахмурилась.
– Ты имеешь в виду…
– Купальник, что же еще! Такой, знаешь, состоящий почти из одних тесемочек.
Ширли прищурилась. Судя по всему, Кевину нравился обсуждаемый предмет.
– Знаю, разумеется, – фыркнула Ширли. – Но я таких купальников не ношу.
– Напрасно… – с сожалением протянул Кевин.
Вместе с тем в его голове промелькнула мысль, что настолько явное пробуждение у него сексуального интереса наверняка свидетельствует о начале выздоровления.
Выходит, Ширли здесь ни при чем, подумал Кевин. Окажись на ее месте другая, я реагировал бы точно так же.
В ту же минуту в его мозгу прокатился чей-то смешок: ты уверен? А вдруг все-таки дело в Ширли? Похоже, есть над чем поразмыслить, приятель.
Кевин прогнал эту мысль. Чушь! Просто Ширли, как говорится, сама подставилась: сказала, что Кевин как мужчина ее не привлекает. И тем самым бросила ему вызов. Теперь он уже просто не мог не обратить на нее внимания. Она превратилась в объект сексуального интереса.
И потом, неправда, что Кевин ее не привлекает. Пусть расскажет это кому-нибудь другому.
И пусть пеняет на себя, потому что ложь, как известно, бывает наказуема.
– Напрасно? Сам-то ты почему-то не носишь бикини!
– Я?! – Кевин хрипловато рассмеялся.
Низкие звуки его голоса прозвучали для Ширли чарующей музыкой. Но она тут же насторожилась, ведь подобный смех мог быть испытанным на многих женщинах приемом, который в данный момент был нацелен на нее – не без некоторой маячащей в перспективе цели. Иными словами, Кевин пытается склонить ее к тому, что многие мужчины – большинство которых довольно примитивны – называют «с пользой скоротать вечерок».
Когда эти мысли прокатились в мозгу Ширли, она одернула себя. Нужно смотреть на вещи реально. С какой стати преуспевающий ресторатор Кевин Найтс должен заинтересоваться ею? Вон он какой красавец – высокий, стройный, загорелый! А что она? Так, пигалица, начинающая художница…
– Ведь мужчины не носят бикини! – сквозь смех произнес Кевин.
Ширли с вызовом воззрилась на него.
– Ох, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду! Не бикини, конечно, а плавки, где вместо ткани почти одни только тесемки.
– Но для мужчины подобный купальный костюм вещь довольно рискованная, ты не находишь?
– А для женщины, по-твоему, нет?
Кевин мечтательно улыбнулся.
– Женщина в бикини обворожительна…
Несколько мгновений Ширли сверлила его взглядом, потом проворчала:
– Что ж, вполне возможно… если у нее идеальная фигура.
Ей показалось, что в глазах Кевина промелькнуло удивление. Впрочем, возможно и не показалось…
– Но ты вполне подходишь под это определение!