Венец на двоих
Шрифт:
На ее волосах сейчас красовалась тиара королевы, парная тиаре короля, — скорее церемониальный знак, нежели украшение. Два простых золотых обруча — женский и мужской, — по преданию, были откованы еще на заре существования Эрнодара. Ни одна модница из тех представительниц Домов, что сегодня поздравляли Ильтеру, в обычное время не согласилась бы надеть такое незатейливое украшение, однако сейчас они смотрели на чародейку с завистью. Любая из них без колебаний отдала бы полжизни за то, чтобы несколько часов побыть в этой тиаре, и рассталась бы со всеми фамильными доходами и драгоценностями за право сесть в кресло королевы у Клятвенного постамента, установленного на площади перед дворцом.
Ее мужу — только что коронованному милостью небес правителю Эрнодара —
Поднявшийся ветер заставил Ильтеру поежиться — несмотря на то, что осень была теплой, погода периодически напоминала горожанам о грядущей зиме. Она еще раз посмотрела на мужа, оказавшегося на постаменте. Король или не король, а на таком ветру он запросто подхватит простуду! Тера, наверное, и не подумала бы об этом, если бы примерно час назад не поклялась перед лицом Отца — Неба и многочисленных свидетелей заботиться о супруге и беречь его. Хорошая жена — неважно, королева или нет, — не допустит, чтобы ее муж на следующий же день после свадьбы появился на людях со слезящимися глазами, чихая и кашляя. Надо бы послать кого-нибудь в ее дом за травами — хотя Ильтера и считалась боевым придворным магом, но навыков врачевания, когда-то усвоенных от бабушки, слывшей лучшей лекаркой в окрестностях нескольких деревушек вблизи столицы, не утратила.
Она оглянулась, и к ней тут же подскочил один из придворных, отиравшихся рядом. Тоже, наверное, младшая ветвь какого-нибудь высокого Дома. Почти всех отпрысков и воспитанников малых Домов Ильтера знала — они не брезговали общаться с королевской воспитанницей и при жизни Майрита, когда остальные старались ее избегать. Теперь в игру включились более влиятельные представители эрнодарской знати, хотя пока и с осторожностью. Даже став королевой, Тера оставалась «темной кошкой», и они пока не понимали, стоит ли тратить время, чтобы снискать ее расположение. История Эрнодара знала немало примеров, когда королева не только не имела никакого влияния на своего мужа, но и оказывалась у него в немилости. Если бывший придворный маг окажется из таких супруг, хвастаться хорошими с ней отношениями опрометчиво. Но на всякий случай крупные Дома послали все же своих представителей поближе к королеве — вдруг она в конце концов окажется достаточно влиятельной и могущественной, чтобы государь к ней прислушивался? Поэтому вокруг Ильтеры наблюдалось множество людей, к ее неудовольствию, совершенно оттеснивших эскорт невесты.
— Ваше величество! — незнакомый молодой человек угодливо склонился перед Терой — вероятно, если бы он обладал хвостом, то непременно повилял бы им. — Чем могу услужить?
— Найдите сержанта Дигса, — без церемоний распорядилась Ильтера.
— Сержанта? — ее собеседник выглядел шокированным: должно быть, по его мнению, только что коронованная королева обязана требовать пред свои очи, по меньшей мере, полковника.
— Да, он должен быть где-то поблизости, — девушка снова оглянулась, но никого не разглядела в пестрой толпе. — Он возглавлял эскорт свадебного кортежа. Найдите его и пришлите ко мне. Если, конечно, это вам по силам.
Последнюю фразу пришлось добавить, поскольку придворный явно заколебался, стоит ли изображать мальчика на побегушках и искать для королевы какого-то там неизвестного сержанта явно не из приличного рода — уж больно звание низкое! Но окончание реплики свою задачу выполнило: он поклонился и, пробормотав что-то себе под нос, отправился в толпу. Вот и хорошо — Тера попросит Дигса послать кого-нибудь из гвардейцев к ней домой за сундучком с травами. Кроме того, новоиспеченная королева поймала себя на мысли, что ей бы очень хотелось видеть рядом хоть одно
знакомое лицо.Тем временем на площадку перед помостом неторопливо вышел канцлер Октен Дирайли в мантии распорядителя и с жезлом в руке. Насколько Тера знала, он терпеть не мог долгие и, по его мнению, бессмысленные церемонии, однако сейчас выглядел вполне невозмутимо.
— Его величество милостью небес король Дорнан ан’Койр готов принять клятвы верности эрнодарцев! — провозгласил Октен. — Клянитесь и внимайте! — он трижды ударил в землю церемониальным жезлом.
Толпа затихла, над Дворцовой площадью повисло молчание. Ильтера незаметно поерзала в кресле, стараясь устроиться поудобнее. Сейчас главы или старшие представители Домов по одному начнут подниматься на постамент, вручать королю свои мечи и клясться в верности. Она сотни раз слышала описание этой церемонии от Майрита, и когда-то ей даже хотелось посмотреть на нее со стороны. Возможно, если бы чародейка стояла сейчас где-нибудь в толпе, готовясь в свой черед поклясться в верности новому королю, ей бы все нравилось. Но сидевшая в королевском кресле Ильтера, ощущая легкое давление тиары на лбу, мечтала только о том, чтобы это поскорее закончилось.
— Клянитесь и внимайте! — громогласно повторил Октен и снова трижды ударил в землю жезлом.
Интересно, кто пойдет первым? По расчетам Ильтеры, это должен быть Канар Стелл — он глава одного из самых могущественных Домов Эрнодара, прославленный полководец, да к тому же еще и родственник короля. За ним скорее всего выйдет старший представитель Дома Игрен — интересно, кстати, все-таки, кем лорд Пейлевар приходится Далларе? Дальше все будут подниматься на постамент, строго соблюдая очередность согласно высоте своего положения при дворе или на границе. Во время подобных церемоний обойти другой Дом означает нажить себе могущественного врага.
— Клянитесь и внимайте! — как-то растерянно повторил канцлер, и эхо трех ударов снова разнеслось над площадью.
Что происходит? На лице Октена Дирайли появилось странное выражение болезненного замешательства. Ильтера выпрямилась в кресле. Она что-то не могла припомнить, как Майрит ей рассказывал, что подданных нужно несколько раз призывать дать клятвы. Канцлер тоже явно не понимал, почему он до сих пор в одиночестве стоит перед высоким постаментом. Коттар Лонк, возглавляющий караул королевских телохранителей, расположившийся напротив Теры, тоже выглядел удивленным, в его глазах металось такое выражение, словно он не мог поверить в происходящее.
Тера обернулась на представителей самых могущественных Домов, почти ожидая не увидеть их на месте. Одному Отцу — Небу известно, почему бы Канара Стелла не оказалось на Дворцовой площади, но чародейка вполне была к этому готова. Мало ли, отлучился на минутку по каким-то своим делам — потребовалось срочно распорядиться эскортом или отослать гербовое письмо за собственноручной подписью в родовые владения… Но нет, он стоял на нужном месте на шаг впереди остальных представителей своего Дома, бесстрастно сложив руки на эфесе меча. Рядом расположился Дом Игрен, возглавляемый сильно нервничающим мужчиной средних лет — к стыду своему, Ильтера не узнала бы его в толпе, если бы увидела, настолько привыкла считать негласной руководительницей Даллару. Чуть поодаль стояли и другие придворные, но часть из них, видимо, участвовала в странной игре, которую вел Канар, а остальные просто не осмеливались пройти к помосту раньше тех, кто стоял выше на иерархической лестнице, чтобы ненароком не нажить в их лице опасных врагов.
Что они делают? На невозмутимом лице Стелла не читалось никаких эмоций, однако поза его говорила о том, что понадобится поистине чудо, чтобы сдвинуть его с места. Тера едва не задохнулась от неожиданного прозрения: Канар не собирается приносить королю клятву! Дорнана, как мальчишку, притащили сюда, на Дворцовую площадь, для публичного унижения! Дескать, пошел против дядьев — ну так посмотри, как мало ты без них значишь! В повисшем над площадью молчании слышалось спокойно — снисходительное превосходство могущественных Домов.