Венец демона
Шрифт:
– Прости, - покаялась я, понимая, что брат прав, хотя, вряд ли он сильно переживал.
Витя хотел сказать что-то еще, но заметил Сатану позади меня и явно струхнул.
– З-здравствуйте, - заикаясь, пролепетал мой драгоценный братик, моментально исчезая за дверью, на что наставник только самодовольно прищурился.
– Так зайдете?
– неуверенно произнесла я, отчаянно не желая с ним прощаться, все-таки прав он, я мазохистка.
– Что ж, раз вы настаиваете, - хмыкнул учитель, будто великое одолжение сделал.
Это немного успокоило мое сердце, заставляя снова
– Что же вас заставило пригласить меня в дом?
– от голоса мужчины, прозвучавшего ближе, чем ожидалось, я непроизвольно вздрогнула и обернулась, ловя на себе заинтересованный взгляд.
Он сидел на табурете у стены, сложив на груди руки, чему-то ухмылялся и следил за моими, наверное, неуклюжими движениями
– Я посчитала, что будет невежливо не пригласить вас к себе на чай, - несмело выдавила я, смущаясь от его внимания, - вы ведь примчались ко мне, можно сказать, на помощь, да, и не обязаны вы были помогать мне с перемещением. Кстати, - я тут же в подозрении прищурилась, - как вам это удалось?
– Что именно?
– наставник сделал вид, что не понял о чем я, а в его глазах плескалось едва уловимое веселье.
– Как вы смогли так точно переместиться ко мне, не в первый раз, между прочим...
– Скажем так, - вроде неохотно протянул он, будто обращался к несмышленому ребенку, - в первый раз я удачно контактировал с Гранью, и она позвала меня в ваш город, где могла случиться катастрофа от ваших же неумелых энергетических выбросов, - он усмехнулся, отчего я в возмущении вспыхнула.
– Сегодня же я почувствовал, как вы позвали силу, а отследить нити вашей души было делом техники.
Я непонимающе захлопала ресницами, как это он почувствовал мою спущенную с поводка тьму?
– После ритуала распечатывания, - пояснил он, отвечая на мой не заданный вопрос, - я частично ощущаю вашу силу, когда вы ее используете. Моя собственная энергия смерти воспринимает ее, как свою частицу.
Я непроизвольно покраснела и отвернулась к пузатому заварнику, чтобы залить ароматные листья чая подоспевшим кипятком.
Пауза затягивалась, а я не знала, о чем может поговорить несовершеннолетняя ученица, такая, как я в его глазах, с взрослым «дядей-учителем». Я молчаливо разлила крепкий чай по кружкам, придвинула к наставнику сахарницу и вазочку с печеньем, также молча села.
– И часто ваши родители ночью работают?
– нарушил, наконец, уже давящую тишину мужчина, лениво размешивая сахар в своей кружке.
От неожиданности я чуть не обварилась, пытаясь хлебнуть горячего питья.
– Бывает, - недовольно посмотрела я на него, втягивая воздух через рот, чтобы остудить обожженную губу, - вас что-то удивляет?
– Сейчас праздники, многие отдыхают, - как само собой разумеющееся, пояснил наставник.
– У них посменная работа, - зачем-то стала объяснять, аккуратно хлебая горячий напиток с ложечки, - и часто случается, что они вместе в ночь работают.
Папа, к тому же, на двух работах трудится, - вышло как оправдание под нечитаемым взором учителя.– А как же воспитание детей?
– не отставал упорный Сатана.
– Они иногда меняются, чтобы провести время с нами, - ну чего он такой дотошный?
– Когда тебя некому поддержать, то приходится крутиться, как получится.
– Что вы имеете в виду?
– Наши с братом родители - сироты, - нехотя пояснила я, - им неоткуда ждать помощи. А ипотека - та еще каббала, хоть и живем мы не в столице.
Сатана как-то странно поморщился, но развивать тему дальше не стал. После недолгого молчания он все же спросил.
– Скажите, Ворошилова, вы можете вспомнить, когда вас инициировали, как некроманта?
Теперь поморщилась я. Его вопрос не был такой уж неожиданностью, но отвечать я на него совсем не горела желанием.
– Когда мне было лет семь, - протянула я, капитулируя под его настойчивым взглядом, - на моих глазах умирал человек, и я оборвала нити его души, прервала физические мучения.
Мужчина со стуком опустил на стол кружку с почти допитым чаем. В его глазах сквозили чувство недоверия и удивление.
– Вы инициировали сами себя?
– его голос звучал еще более хрипло, чем обычно, в тоне сквозило недоверие.
– Видимо, да, потому что вокруг точно не было других некромантов.
– Он был вам близок?
– спросил быстро мужчина, намекая на «моего» бомжа.
– Нет, просто несчастный избитый почти до смерти человек, - неохотно пояснила я, - которому никто не стал бы помогать.
– И как вас угораздило попасть в такую ситуацию в столь раннем возрасте?!
– удивился некромант.
– Мы жили в таком районе, что бандитские разборки были не редкостью, просто я пошла не в то время не в том месте.
– И как же отреагировали ваши родители?
– в голосе мужчины сквозило чуть заметное недовольство.
– Я одна из школы шла, - сказала, и тут же пожалела - во взгляде наставника вновь проскользнула ярость.
– И куда же ваши, с позволения сказать, родители смотрели?!
– голос стал холоден, как лед.
От такого тона наставника все внутренности будто тисками сжимало.
– Так получилось, - поежилась я непроизвольно, - мама тогда трудилась официанткой, попутно получала высшее образование, папа же постоянно менял места работы, брался за любую. Потому что недоученный, отчисленный техник никому не нужен, а кормить четыре рта надо. Вот я и заботилась о себе и брате с детства, как могла, мы тогда разные районы повидали, комнаты в коммуналках гораздо дешевле снимать, чем квартиры. А общежитие, комнату в котором дали маме с папой после детского дома - снесли.
И чего я перед ним отчитываюсь?! Стало как-то стыдно и неприятно, он не обязан знать о моем трудном детстве. Я же для него просто подопечная, так зачем этот жуткий учитель меня сейчас выслушивает?! Я подняла на него взгляд, опасаясь неприязни и презрения, но Сатана смотрел совершенно не читаемо сквозь меня, только желваки на скулах ходили ходуном, да кулаки на сложенных на груди руках напряглись.