Великолепная Алиса
Шрифт:
Впрочем, моя бабушка все-таки прожила с Дедулей свою жизнь, проговорила Алиса вслух. А Надежда Ивановна пока проживает ее с Мерзавцевым. Мало того что у Мерзавцева, помимо нее, еще жена наличествует, он все-таки непривлекательный тип. Так что лучше оставаться не солидной, но рядом с Дедулей. Как знать, может быть, если бы бабушка была серьезной, моим дедушкой оказался бы тип вроде Мерзавцева, а то и похлеще...
Пнув ногой камушек, некстати попавшийся ей по дороге, Алиса подняла глаза, и столкнулась взглядом с собственным витрин-ным отражением.
Ничего хорошего она там, конечно, не увидела. Длинная де-вица в джинсах, волосы снова скручены в лошадиный хвост на затылке, и нос в этой витрине у Алисы отчего-то стал скошен-ным влево, а
Она рассмеялась. Нет уж, не станет Алиса на нее походить! Лучше остаться собой, тем более что Елизавета утверждает, что Алиса похожа на Венеру Ботичелли, а дедушка все твердит про Саскию но как это Алиса умудрилась быть похожа и на ту и на другую, она не могла понять! Вроде обе разные... Обдумывать эту дилемму Алисе не хотелось, потому что у нее от бессонной ночи было плохо не только с настроением, но и с соображением. Какая, в конце концов, уродилась, такая и уродилась...
Бумс! Алиса остановилась, потирая лоб. В глазах потемнело, и она решила, что налетела на фонарный столб. Боль была такая же. Когда туман в глазах рассеялся, Алиса подняла глаза и застыла.
Простите, пробормотал фонарный столб. Вы не ушиблись?
Если бы Алиса была нормальной женщиной, как Надежда Иванов-на, она бы немедленно упала в обморок. Или, едва шевеля губами, заметила ему, что ей очень трудно теперь добраться до дома, и попросила бы ее проводить. Вместо этого Алиса мужественно улыбнулась и проговорила:
Ничего... Можете еще разок!
Он рассмеялся.
Да уж лучше не надо, больно очень!
Он тоже потирал лоб. Ну, конечно, грустно подумала Алиса. С моим ростом куда бы и заехать встречному красавцу, как не в лоб? Надежда Ивановна мягко уперлась бы в эту мужественную, широкую грудь, и даже всплакнула бы на ней, а я исключи-тельно в лоб!
Простите, пролепетала она, с ужасом понимая, что ее лицо приобретает багрово-красный оттенок.
И быстрыми шагами направилась прочь, отчаянно проклиная свою способность краснеть.
Только потом, когда ее чувства пришли в относительный порядок, она остановилась, и недоуменно оглянулась назад.
Интересно, подумала Алиса. Можно ли расценивать вто-рую случайную встречу за день как судьбу?
Судя по тому, как Алисина судьба безмятежно удалялась прочь, вряд ли, печально подумала она, усаживаясь в Берни. Настроение и так никто не смог бы назвать радостным, столько в Алисиной жизни накопилось обломов, а тут еще этот тип...
А собственно, почему я на него так обиделась, пожала Алиса плечиком. Конечно, он мог бы броситься за мной вслед, отнести на руках в машину, ну, на крайний случай, дать понять, что наши встречи не являются случайностью, а тщательно им запланированы: например, он уже давно в меня влюблен, и следует за мной безмолвной тенью, лишь бы насладиться моим обликом сполна... Даже, если все это не правда, но как сладок сей обман!
Следом вспомнился Леха. Почему он с ней не поздоровался? В свете сегодняшнего обстояния этот вопрос стал для Алисы чрезвычайно важен. Голос разума тщетно взывал к ней, пытаясь оправдать невежливого соседа-бандита мало ли какие траурные мысли отягощали его не очень-то развитое сознание?
Может быть, именно в тот момент ему было совершенно по фонарю существование в этом же пространстве индивидуума, по имени Алиса Павлищева!
Тут еще и Мидленд, которая свалилась как снег на голову!
В конце концов, это своеобразное приключение, подумала Алиса. А то станешь скоро зам-шелой, покрытой собственными заморочками, как столетней плесенью... Посмотри на себя, даже встречного
красавца не смогла завлечь в сети страсти!Но у меня были свои планы, прошептала она несчастным голосом. И я не собиралась никого никуда завлекать... Тем более в эти самые сети. Я же не несравненная Элайза!
Надо ли объяснять, что под впечатлениями сегодняшнего дня кошмары ночи померкли, отдалились, стали зыбкими и те-перь уже окончательно далекими от реальности?
***
Берни катила по городу, старательно косившему под немецкую готику, что ему почти удавалось из-за обилия ро-мантических решеток, шпилей и прочих изысканных наворотов. На одном из зданий даже умудрились взгромоздиться два мас-сивных рыцаря при мечах мечи они держали острием вниз, отчего у Алисы вечно закрадывались опасения, что когдани-будь, если эти два джентльмена рассердятся, они запросто могут выпустить их из ладоней. Кому пришла в голову идея водрузить тут этих меченосцев? Бог с ними в принципе, Алиса ничего против никогда не имела, а одно время они ей даже нравились. Можно было благодаря им вообразить себя не в средней полосе России, а в крошечной европейской стране, где эти рыцари смотрелись бы куда более кстати.
Припарковавшись возле супермаркета, Алиса оставила Берни в одиночестве, и отправилась за покупками, прикидывая в уме, что может любить автор "Элайзы". В ее книгах ответа на сей вопрос искать было тщетно Элайза не питалась ничем. Даже Святым Духом из-за своей сексуальной распущенности.
Поэ-тому Алисе приходилось импровизировать на ходу увы! В ре-зультате ее импровизаций кошелек изрядно опустел, а в большом пакете болтались маленькие баночки деликатесов, две бутылки Кьянти черт знает, почему Алисе пришло в голову, что госпожа Мидленд должна непременно упиваться этим дорогу-щим Кьянти! Наверное, от потрясений у нее что-то сместилось в голове, и она все перепутала Мидленд превратилась в писателя-битника типа Керуака, которая глушит вино и курит сигары... Сигары Алиса купила не сразу. Сначала она таращилась на них битых полчаса, из-за их эстетически выдер-жанного вида такие длинные и черные, с немного загнутыми кончиками... Жаль, что она не курит сигар! Подумав, она все-таки купила парочку для дедули он тоже не курил сигар, но кто знает, может быть, соблазнится?
Правда, Алисе совсем не хотелось быть причиной дедули-ного грехопадения, поэтому, уже оказавшись в машине, она снова все перерешила и постановила отдать прекрасные сигары Ели-завете для Пафнутия.
Надо же хоть как-то вознаградить бедную Лизу за ее стоицизм, пробормотала Алиса, загрузив свои деликатесы в беднягу Берни, которая при виде этаких заморских редкостей" и вкусностей слегка ошалела и нипочем не желала дви-гаться с места.
Поедешь, дам сигару и тебе, пообещала она Берни. Бу-дучи понятливой, старушка издала воинственный рык, от которого шарахнулись в благоговейном ужасе напуганные запо-рожцами мерседесы, и, явно подражая болиду, рванула с места с невиданной прытью.
Надо же, усмехнулась про себя Алиса, а я и не знала, что мой раздолбанный Москвич втайне любит курить сигары...
Настроение у нее перестало быть таким загробно-безна-дежным, как с утра. Все дурные предчувствия, терзавшие Алису еще пять минут назад, странным образом ее покинули, и она твердо решила для себя, что неприятности, ежели они и имели место, теперь закончены, она возвращается домой, у нее впереди целый день безмятежного спокойствия. Деньги, конечно, кончились, едва успев начаться, но это их обычное свойство. Сара Мидленд Алису беспокоила, но она уже отнесла ее в своем воображаемом реестре к приключениям, а приключения Алисе всегда нравились. Все равно ей больше повезло, чем Елизавете страшно подумать, что с ней было бы, заявись во плоти толстощекий монстр! Может быть, она и не виновата просто подставное лицо. В конце концов, Алиса же знала, на что идет ... Все равно неприятно, подумала Алиса, встретиться с человеком, который торчит на обложке твоих книжек по совершенно неведомым причинам!